ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В это время крайне напряженно развиваются у Александра отношения с двумя главными действующими лицами исторической драмы того периода, действовавшими на территории Юго-западной и Западной Руси. Речь идет о литовском князе Миндовге и Данииле Романовиче Галицком. Александр знал о том, что его политические то союзники, то соперники, а на данном этапе соперники, Даниил Галицкий и Миндовг, князь. Литовский, получили от папы королевские короны. Историки связывают именно с этим фактом появление новой печати Александра — всадник с короной на голове и мечом в руке, а на обороте святой Федор, поражающий змея. Подобного всадника впервые на своей печати изобразил дед Александра — Всеволод Большое Гнездо. Статус этой новой печати стал столь высок, что именно ее присвоили себе литовские князья и впервые — князь Гедимин. Эта же печать возродилась на великокняжеских печатях московских при Дмитрии Донском и его сыне Василии. Самой этой печатью Александр хотел подчеркнуть как независимый характер своей наследственной власти, так и ее равночестность по отношению к королевскому титулу.

Говоря о политике Даниила Галицкого на данном этапе, несколько предваряя наш обстоятельный о нем рассказ, скажем, что Даниил, понимая, что после коронации его борьба с Ордой принимает необратимый характер, начал спешно заключать союзы с Литвой, Польшей, Венгрией и Орденом. К сожалению, упорство Даниила в его антиордынской политике, определенная последовательность его борьбы, лютая, вполне понятная и объяснимая ненависть к захватчикам застили ему глаза на очевидный факт. Его католические союзники вовсе не стремились к жесткой конфронтации с Ордой, зато аппетиты по отношению к землям Галицко-Волынского княжества у них были и постоянно росли. Миндовг с севера, венгры и поляки с запада только и ждали своего часа. И ведь в итоге дождались!

При Александре Невском случилось еще одно чудо Русской истории. Ростовский епископ Кирилл П вылечил в Орде сына хана Берке и получил в дар годовые оброки, которые были взысканы с ярославских князей. Позднее, при нем же, из Орды на Русь приезжает крещеный Чингизид, который будет вскоре прославлен Церковью как святой царевич Петр. Царевич поселился в Ростове.

В 1262 г. князь Александр, сын его Дмитрий и посадник Михаил с тысяцким Жирославом и новгородцами заключили мир с немецким послом Шивордом, послом от Любека Тидриком, послом с Готланда Олостеном. Это договорное «Докончание» определило мирные и торговые отношения с немецким Западом на века. В 1420 г. новгородцы заключают мир с магистром Тевтонского ордена «по старине», как было при князе Александре! Успешный договор с немцами был следствием мудрого дипломатического хода Александра и очередным воинским успехом. Пойдя на союз с Литвою, Александр предпринимает вместе с литовцами поход на Дерпт. Орден разбит и идет на мир на новгородских условиях.

В этом же, 1262 г. во всех крупных городах Северо-Восточной Руси вспыхивают восстания против татарских сборщиков дани. Восстания начались спонтанно, но затем, вероятно, были кем-то управляемы и организованы. Трудно избежать мысли, что, возможно, опосредованно восставшими должна была руководить верховная власть в лице князей и Церкви. Таким образом, мы можем быть уверены, что так или иначе, но определенную роль в данном восстании играл и Александр Ярославич. К этому вопросу мы вернемся ниже.

В 1263 г. состоялась последняя поездка князя в Орду.

Последняя поездка в Орду Александра была самой трудной. Александр ехал по вызову хана Берке. Хан в этот момент готовился к борьбе с ханом Хулагу, прочно обосновавшимся в Иране. Берке собирался истребовать у Александра непосредственного участия русских дружин в этой войне. Нам нужно понимать, а Александр это понимал особенно остро, что в случае, если бы не удалось отговорить хана от этой затеи, будущее русского народа висело бы на волоске или его вообще не было. Ведь что такое участие войск. Это, прежде всего, уход дружин, то есть лучших, здоровых мужчин далеко на юг в совершенно чужие земли. После таких походов мало кто мог рассчитывать вернуться на родину. В худшем случае человека ждала смерть, в лучшем — дальнейшая военная служба у татар по принуждению. Русь, ослабленная демографически после нашествия, обладала огромным дефицитом мужского работоспособного и пригодного к воинской службе населения. Малочисленные дружины остались у князей. Именно из этого скудного человеческого ресурса и пришлось бы формировать отряды для татар. И князья остались бы без воинов, и Русь окончательно лишилась бы воинского сословия, да и вообще возможности восстановления численности населения. В городах и весях остались бы старики и старухи. Нельзя не учитывать, что молодое население нещадно уводилось в Орду, и особенно из среды ремесленников. Последним ресурсом населения оставались княжеские люди и их семьи. Война на стороне татар подорвала бы последние иссякшие силы этого сословия. И тогда мечты о возрождении Руси стали бы действительно призрачными.

Между тем политическая обстановка того времени все более усложнялась. Еще когда великим монгольским ханом стал союзник Батыя Мункэ, папа и французский король Людовик IX направили монголам посольство во главе с Вильгельмом Рубруквисом. Король французов предлагал монголам союз против теснивших крестоносцев арабов и набиравшей силу Никейской империи ромеев (византийцев). Это была явная попытка толкнуть Орду на борьбу против мусульман и православного мира одновременно. Рубруквис имел четкую задачу, казавшуюся для Запада вполне реализуемой, а именно — сманить татар в католицизм. Союз против арабов вполне устраивал стороны. Хан Мункэ велел своему брату Хулагу начать наступление в Азии. Так татарами были завоеваны и подчинены окончательно земли Ирана и Сирии. Татары захватили священные города Востока: Багдад, Алеппо и Дамаск. Но случилось непредвиденное. Войска славного полководца мусульман Бейбарса остановили монголов в сражении 1260 г.

В это же время татары начинают активное военное наступление в Галиции и на Волыни. В земли Даниила был послан полководец Бурундай. Татары вторглись в Галицко-Волынское княжество, Литву и Польшу.

Таким образом, ставка Даниила Галицкого на католический мир окончательно провалилась. Этот мир в своей сложной геополитической игре вовсе не собирался учитывать интересы галицкого князя.

В своем стремлении прикончить православную Никейскую империю как потенциально опасного соперника, который спит и видит, как бы отвоевать свою законную и священную столицу Константинополь, папа и король Франции «разменяли» православных Галиции на помощь татар в борьбе со своими главными врагами на Востоке.

Как было уже сказано выше, 1262 г. ознаменовался массовыми восстаниями в русских городах против баскаков. После этого восстания Александр снова едет к хану. Но речь в ставке должна была пойти, видимо, не о восстании, о которым мы еще будем упоминать..

В своей последней поездке в орду Александр предстал перед нами как выдающийся и прозорливый дипломат. Вне всякого сомнения, князь пожинал во время ее и плоды своих прежних дипломатических усилий и политического чутья, столь недостающего Даниилу Галицкому. Православная Никейская империя под стягом династии Палеологов, золотым двуглавым орлом на красном поле, вернула в 1261 г. себе Царьград. Дипломатические усилия Александра привели к тому, что в Орде была основана христианская епархия, но не католическая, как о том мечталось папе и его посланнику Рубруквису, а православная, с русским митрополитом Митрофаном, который стал выполнять роль дипломатического посланника Руси в Орде. Это была действительно серьезная победа. Речь шла не только о возможности окормлять томившихся в плену русичей, из которых впоследствии, вполне возможно, хотя бы и отчасти, сложится славное русское казачество. Важно и другое. Удалось отбить реальную угрозу со стороны католицизма. Эта угроза была двоякого характера, как духовного порядка, так и политического. Католики не останавливались перед тем, чтобы Русь, руками религиозно индифферентных татар, обратить в католичество. Возьмись за это дело ордынцы, ревностно, как они брались за вопросы политического подчинения народов, и нового нашествия было бы не избежать. И такое «крещение» Руси в католическую веру стоило бы нашему народу очень дорого. Вероятнее всего, это был бы конец нашего народа как определенной национальной индивидуальности, этноисторической единицы. Именно такую базу «духовного окормления» Восточной Европы готовили римские посланники в Сарае.

12
{"b":"560136","o":1}