ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Ребенок в тебе должен обрести дом. Вернуться в детство, чтобы исправить взрослые ошибки
Тайна дома Морелли
Вечная жизнь Смерти
Конец радуг
Обрести любовь демона
Девушка в тумане
Сулажин
Убивая Еву: это случится не завтра
Дом кривых стен

Помещение «Алиби» было забито огромным количеством малознакомых людей, но Микки не чувствовал здесь себя лишним. Успев познакомиться с братьями и сестрами Дома, а так же с непосредственными виновниками торжества, брюнет сидел на высоком стуле за барной стойкой, повернувшись к залу, потягивая прохладное пиво, наблюдая за веселившейся рядом компанией.

– А ты тоже гей? – голос сбоку привлек к себе внимание Милковича, заставляя перевести взгляд на соседа: приятной наружности паренек лет пятнадцати, Карл, кажется, младший брат Йена, сидел рядом, уминая уже вторую тарелку картошки-фри, с интересом разглядывая нового знакомого.

– Эммм… да, – ответил Микки, поражаясь бестактности подростка, уже задающего свой следующий вопрос:

– Ты парень Йена? – опуская очередную картофелину в кетчуп, проговорил младший Галлагер, указывая на своего рыжего брата, о чем-то разговаривающего с Кевином.

– Нет, – выдохнул саб, останавливая взгляд на Доминанте.

Конечно, он не раз уже успел задуматься над этим вопросом, снова и снова прокручивая в голове все произошедшее с ним за последние несколько недель, стараясь найти четкое определение их с Йеном своеобразных отношений, теперь еще более запутанных из-за присутствия в них секса на постоянной основе, но каждый раз терпел поражение.

Кто они друг другу?

Соседи? Друзья? Партнеры?

Микки не мог ответить.

Сущность сабмиссива, долгие годы подавляемая Милковичем, тянулась к этому странному Дому, умоляя о большем, изнывая от разлуки и желая оказаться рядом с сильным и властным молодым человеком, выворачивая наизнанку внутренности каждый раз, когда брюнет пытался убедить себя, что Галлагер для него ничего не значит.

Украшающая правую руку метка чесалась и горела, привлекая к себе внимание Микки, но саб списывал подобного рода ощущения на продолжительную носку кожаного браслета, который он не смел снимать, дабы не нарушить приказ Йена.

Его тело желало подчиниться голосу рыжего, стремясь угодить любой его малейшей просьбе, а обычно сопротивляющийся мозг с остатками гордости и строптивости, даже не пытался помешать этому, обильно сдабривая физическое удовольствие от происходившего в стенах квартиры Галлагера эмоциональным удовлетворением.

Определенно, их отношения давно перешли за обозначенную Доминантом границу, но дать им какое-то четкое определение оба не спешили.

Несколько бокалов пива ощутимо давили на стенки мочевого пузыря Микки, предлагая отличный повод избежать общества чрезмерно любопытного подростка с его так некстати возникшими вопросами, скрываясь в туалете.

Ополаскивая горящие щеки ледяной водой, сабмиссив продолжал размышлять об оставшемся в зале Доме, убеждая себя в том, что странного рода ощущения в его теле и фантазии, не раз нарушающие покой его снов – временное явление.

А желание узнать мнение на этот счет самого Галлагера легко поддастся уничижению.

Почти двадцать минут Микки Милкович скрывался в небольшом помещении с раковинами, кабинками и писсуарами, стараясь утихомирить галопом проносившиеся в сознании мысли, отвлекаясь на удовлетворение первичных потребностей и продолжительные водные процедуры после.

Но застрявший в голове вопрос все никак не хотел покидать брюнета, игнорируя все усилия того избавиться от рыже-конопатого наваждения в своих мыслях.

Чего не скажешь о ненароком подслушанном разговоре за дальним столиком в момент возвращения из туалета.

Торопливыми шагами преодолевая квартал за кварталом, сабмиссив спешил по известному адресу, крепко сжимая кулаки и зубы, игнорируя тупую боль в районе солнечного сплетения и рваные раны на самоуважении и гордости, нанесенные острыми словами Дома.

– …вы живете вместе, – проговорил Лип, понижая интонацию голоса и наклоняясь к брату.

– Ты знаешь, что это вынужденная мера, – ответил рыжий. – Я рассказывал тебе, в каком положении оказался Микки, предлагаешь выгнать его на улицу?

– Ты спишь с ним, Йен, – следующий аргумент был произнесен старшим Галлагером под обреченный вздох брата и внимательный взгляд притаившегося за углом саба, прислушивающегося к разговору.

– Я…

– Вот только не нужно рассказывать мне о терапевтических целях, ладно? – не дав рыжему ответить, продолжал Филлип. – Ты сам прекрасно знаешь, что это другое, – он говорил достаточно громко для навострившего уши Микки, но не настолько, чтобы его мог услышать кто-то посторонний.

– Тебя это не касается, – недовольно прошипел Дом, желая поскорее закрыть неприятную тему.

–Ты реально такой тормоз или просто притворяешься? – разозленный нежеланием брата понять и принять очевидное, закипал старший Галлагер. – Посмотри на свою руку – два из трех, Йен, тебе всего лишь нужно спросить…

– Хватит, – вскакивая со своего места, злобно прорычал рыжий, – мне наплевать на эту чертову метку, сколько еще раз тебе это повторять? Я не буду подчиняться каким-то непонятным буквам на своем запястье. Я не верю в эту вашу судьбу, я хочу сам выбрать человека, – повышая голос, привлекая к себе внимание гостей «Алиби», говорил Галлагер. – Как только вынесут решение по делу, он уйдет из моей жизни, – сжимая кулаки, проговорил Йен. – Мне не нужен саб, Лип! Мне не нужен… Микки? – встречаясь взглядом с широко распахнутыми голубыми глазами брюнета, покинувшего свое укрытие, едва слышно произнес Доминант, выпуская из груди остатки воздуха, не смея сделать нового вдоха.

Милкович исчез из бара уже через несколько секунд, не обернувшись на голос рыжего, зовущий его по имени.

Сумка застряла, не желая поддаваться усилиям молодого человека, остервенело дергающего ее ручку в попытках выудить остатки своей одежды из-под кровати.

Большой пакет, еще несколько часов назад так веселивший брюнета своим содержимым, вызывал теперь лишь злость и раздражение: доставая увесистый сверток, Микки отшвырнул помеху в сторону, разрывая полиэтиленовую упаковку, рассыпая все, что было внутри по полу галлагеровской спальни, наконец, достигая цели – сумка с вещами сабмиссива легко выбралась наружу.

Еще мокрые джинсы, несколько футболок и рубашек, висевших на спинке кресла, бритва и зубная щетка были упакованы в течение десяти минут, придавленные хозяином и спрятанные за зубцами молнии, легко соединенными меж собой металлической собачкой.

Ключ от квартиры был оставлен на подушке Микки, уже давно не используемой по своему прямому назначению, а все оставшиеся после сегодняшнего похода в магазин наличные – на тумбочке возле нее.

– Я не хотел говорить этого, – стоявший спиной к двери сабмиссив обернулся на голос Доминанта, пытающегося отдышаться от быстрого шага.

– Тогда стоило молчать, – прорычал Милкович в ответ.

– Я не имел в виду…

– Мне не интересно, – пересекая комнату в несколько шагов, останавливаясь напротив Галлагера, проговорил Микки, делая следующий шаг.

– Не уходи, – попросил рыжий.

Приказал Дом?

– «Мы прекращаем все, как только один из нас этого захочет», – процитировал слова Йена брюнет, направляясь к входной двери, чувствуя острую боль, пронзившую тело от сопротивления приказу, значительно превышающую по силе любую другую, ранее испытанную.

– Я не хочу, – услышал за своей спиной, обуваясь.

– Я хочу, – ответил, не обернувшись.

– Нет, – горячее дыхание опалило ушную раковину, а крепкий захват рук Галлагера под ребрами выбил из груди весь воздух. – Я соврал, – прижимая к груди дрожавшее в желании подчиниться тело Милковича, прошептал Йен, прикасаясь губами к шее брюнета, втягивая носом аромат строптивого саба. – Ты нужен мне, Микки.

***

Осознание того, что ты не нужен своему Доминанту, убило не одного саба, разрывая на мелкие части душу и терзая тело, обрекая человека на вечное скитание в поисках признания своей необходимости. Сабмиссив, физически зависимый от своего Дома, не способный самостоятельно преодолеть эту тягу, медленно умирает, получая отказ.

В свою очередь, несколько слов, произнесенных едва различимым шепотом или раздирающим глотку криком, в темноте или при ярком свете солнца, способны вдохнуть жизнь и придать сил любому сабу, стоит только тому почувствовать себя желанным.

18
{"b":"560148","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Я – женщина. Все о женском здоровье, контрацепции, гормонах и многом другом
Времетрясение. Фокус-покус
Синий вирус любви
Последний ребенок
K-Pop. Love Story. На виду у миллионов
Последняя Академия Элизабет Чарльстон
И возвращается ветер
Финансист. Титан. Стоик
Его лёгкая добыча