ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Все мы смертны. Что для нас дорого в самом конце и чем тут может помочь медицина
Цветы для Элджернона
Монах, который продал свой «феррари»
По ту сторону от тебя
Ложные приговоры, неожиданные оправдания и другие игры в справедливость
Тараканы в твоей голове и лишний вес
Расширить сознание легально
InDriver: От Якутска до Кремниевой долины
Пенсионная реформа и рабочее время

– «А она у тебя тоже конопатая?», – но Йен не послушал – выдавая очередное свое воспоминание, удачно передавая интонацию собеседника, он двинулся ближе, растягивая губы в ехидной улыбке, понимая, что, возможно, сейчас, впервые со дня знакомства, ему удастся одержать победу в споре.

– Бля, заткнись, – повторил свой аргумент брюнет, передернув плечами, не желая признавать заслуженного поражения, и повернулся к собеседнику, сжимая кулаки, зная, что еще одна подобная фраза от Галлагера, и он может сорваться.

– Погоди-погоди, вот, мое любимое, – но сосед, кажется, не чувствовал надвигающейся угрозы – смотря прямо в голубые глаза напротив, понижая интонацию голоса и смочив предварительно губы слюной, Йен тихо продолжил: – «А ты везде такой рыжий?», – напомнил он Милковичу вопрос, заданный возле его собственной двери, когда Галлагер, трижды нажав на дверной звонок квартиры соседа, ждал появления Мэнди.

– Сука, – прорычал Микки, подаваясь вперед, толкая парня от себя, но тут же хватая за грудки и возвращая обратно, притягивая ближе, наклоняясь к покрытому веснушками лицу в желании поцеловать продолжающий говорить что-то розовый рот:

– Я не успел тогда ответить, прости, – улыбнулся Йен, вновь пройдясь языком по кромке губ, смачивая их, – Да, – прошептал он, заметив движение черных зрачков напротив, проследивших за его действиями, ответив искрой желания, – везде, – и прикрыл веки, ожидая первого прикосновения губ Милковича к своим.

Пожалуй, дольше, чем того требовала пара дюймов, разделяющих сейчас их лица.

– Бля, ссать охота, – услышал Галлагер совсем рядом и повалился на пол, не удерживаемый больше крепким захватом за ткань рубашки.

Tbc…

Комментарий к 6. Вынужденное заключение

========== 7. Будь здоров ==========

– Микки, я все равно все слышу, – не открывая глаз, проговорил Йен, когда Милкович, стойко протерпев еще около часа, сосредоточенно наполнял уже третью банку из-под пива другого характера жидкостью, не сильно отличающейся оттенком от прежнего ее содержимого.

– Блять, не пизди под руку, – прорычал в ответ брюнет, вздрогнув от голоса, промахнувшись мимо крохотной дырочки, принимающей испражнения его мочевого пузыря, пачкая сжимающие головку члена пальцы и роняя несколько желтых капель на пол дальнего от Галлагера угла кабины. – Сука, – опуская банку на пол к своим соседям, пробормотал он, скривившись, тряся влажной теперь рукой. – Хули ты распизделся-то, а? – развернувшись к соседу, вопрошал он, сжимая ладонь в кулак. – Промазал из-за тебя.

– Ой, тебе ли возмущаться, – усмехнулся рыжий, вспоминая о первой встрече и большой луже под спящим жильцом «5C». – Погоди, у меня где-то салфетки были, – но, глядя на поджатые в разочаровании губы и попытки Милковича держать испачканную руку подальше от одежды, Йен решил сжалиться над парнем и сменить легкие подколы искренним участием, вываливая содержимое своей небольшой сумки на бедра, ища среди разноцветных пакетиков нужный. – Вот, – наконец, подхватывая пальцами искомый предмет, протянул Галлагер упаковку с антибактериальной влажной салфеткой Микки.

– Бля, что за ебанутый набор первой необходимости? – вместо ожидаемого «спасибо» услышал он и, подняв голову, заметил заинтересованный взгляд голубых глаз, рассматривающий разномастные пакетики и обертки на его ногах. – Нахуя ты с собой все это таскаешь? – вытаскивая салфетку и вытирая руки, поинтересовался Микки, опускаясь на корточки рядом, чтобы поближе рассмотреть предоставленный ассортимент. – Соль, перец, сахар, – перечислял он, собирая маленькие упаковки со штанов соседа, читая надписи и пытаясь предположить, за каким хером рыжий мог укомплектовать свою сумку подобным содержимым. – Блять, да у тебя тут даже желе есть, – вскинул брови он, разминая в ладони пакетик с розоватой вязкой субстанцией без опознавательных знаков на прозрачном целлофане.

– Эм, Микки, это смазка, – смущенно прошептал Йен, закусывая нижнюю губу и поднимая взгляд на лицо Милковича, тут же поспешившего освободить ладонь от вмиг будто раскалившегося предмета и нервно усмехнуться:

– А я уже сожрать хотел, – решив, что подобная реакция на лубрикант в руках не с лучшей стороны его выставит, брюнет подобрал упаковку и положил обратно на бедра Галлагера, переводя разговор в юмористическое русло.

– Она с клубничным запахом, ты даже бы разницы не заметил, – поддержал его сосед, растягивая свои губы в широкую улыбку, появившуюся одновременно с румянцем на щеках Микки.

– Не, жрать, конечно, охота, но не до такой степени, – продолжал говорить Милкович, пытаясь успокоиться и не выдать рыжему своих мыслей, крутившихся теперь вокруг процесса, в котором наполнивший пакетик гель смог бы использоваться по прямому назначению.

– На случай голодовки еще презик есть, вишневый, кажется, – но, судя по всему, в планах соседа главным сейчас стоял пункт по постановке Микки в неудобнейшее из возможных положений – поднимая ярко-бордовый квадратик со штанов, Галлагер протянул его брюнету, на автомате подхватившему предложенный предмет.

– XXL? – не задумавшись даже о том, что спрашивать подобное у собеседника не самая хорошая идея, удивился Милкович, окончательно убеждая Йена в своей бестактности внимательным взглядом на его ширинку, прожигающим два слоя ткани в попытках убедиться в соразмерности резинки и члена под ними, понимая, что совершил необдуманное лишь тогда, когда собственный орган, с которого в не лучшие времена соскальзывал и обычный гондон, тоже заинтересовался ответом на поставленный вопрос.

– Да, – вновь смутился рыжий, отводя взгляд, мысленно пытаясь остановить ход бегущей к паху крови, желающей предоставить до сих пор сосредоточенным на выпуклости штанов своего хозяина голубым глазам неоспоримый аргумент, дернувшийся навстречу языку брюнета, облизавшему пересохшие губы. – Хочешь на память оставить себе? – делая все возможное, чтобы отвлечься, пытаясь разрушить возникшее в кабине напряжение и понизить температуру воздуха, поинтересовался рыжий, подмигнув соседу, наконец, переставшему пялиться на его ширинку и поднявшему голову навстречу вопросу.

Кажется, зря.

Нет, Микки не был романтиком, даже отдаленно не походил на стандартное представление о геях-пассивах и дал бы в морду любому, кто посмел бы намекнуть ему о подобном. Просто зеленые глаза соседа, рассматриванием которых Милкович не обременял себя раньше, за несколько секунд трижды сменили свой цвет, теряя прозрачность изумруда и приобретая самые глубокие оттенки малахита.

Блять, да Микки даже не знал, как выглядят эти камни, так часто используемые авторами для описаний глаз героев в дешевых бульварных романах, но брюнет был точно уверен, что эти куски горных пород прекрасно бы охарактеризовали потемневшую радужку напротив.

Пытаясь не думать о том, откуда в его голове появились подобные мысли и обещая себе больше никогда не подходить к стенду с легким чтивом в своем супермаркете на сменах, Милкович внимательно следил за собственным отражением в зеленых глазах, кусая губы и чувствуя острые иглы на давно покрасневших щеках, выдающих парню напротив его возбуждение; в момент, когда тот вновь открыл было рот, чтобы сказать очередную свою тупую шутку, прерывая его:

– В пизду, блять, – прорычал Микки, бросаясь вперед, впиваясь в розовые губы.

Йен имел достаточно богатый опыт в предварительных ласках, одними только губами и языком с легкостью мог довести партнера до оргазма, даже не прикасаясь к его члену, и очень любил целоваться.

Однако сегодня Галлагер поймал себя на мысли, что даже он, знаток и мастер французского поцелуя, никогда не испытывал подобного.

Милкович не затыкался ни на минуту.

Терзая губы рыжего своими зубами, Микки громко рычал и матерился в приоткрытый рот, расширяя словарный запас Галлагера такими выражениями, составить которые вряд ли смог бы хоть один квалифицированный лингвист, записывая «дрочепиздище» и «залупоглазый» на корочку мозга Йена, пока сам толкался языком внутрь, пытаясь достать до гланд и буквально высосать душу.

15
{"b":"560149","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Ангел влияния
Прорваться сквозь шум
Корейская красота
Дикий гормон. Удивительное медицинское открытие о том, как наш организм набирает лишний вес, почему мы в этом не виноваты и что поможет обуздать свой аппетит
Пандемия
Психовампиры
Где мои очки и другие истории о нашей памяти
Позволь мне выбрать
Парадокс растений. Скрытые опасности «здоровой» пищи: как продукты питания убивают нас, лишая здоровья, молодости и красоты