ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Мистера Хоукса нет дома?

– Нет, сэр. Рокки повез его на вокзал. Хозяин уезжает в Лос-Анджелес по делам. Он сказал, что вернется через день или два.

– В котором часу его поезд?

– Точно не знаю. В десять с минутами.

Мы вошли в холл, Гилберт запер за нами дверь и указал мне на лестницу.

– Зачем вы запираетесь?

– Распоряжение доктора. Он приказал запирать дверь в любое время суток, если она остается без присмотра.

– Опасаетесь привидений?

– Хозяин нам уже рассказал о своей находке?

– Да. Чудеса! Но ведь у миссис Хоукс есть свои ключи.

– Совершенно верно, но их нет больше ни у кого. И, если в доме появятся новые вещи, то не останется сомнений в том, что здесь побывала хозяйка.

– Логично.

Мы поднялись на второй этаж, и Гилберт открыл передо мной дверь одной из комнат.

– Думаю, сэр, вам здесь будет удобно.

Когда я вошел, то усомнился в его словах. Кровать под балдахином занимала места больше, чем вся моя квартира. Я не привык к роскоши, но, очевидно, на несколько дней мне придется смириться с излишествами.

– Вы будете ужинать, сэр?

– Благодарю, Гилберт, но я сыт. Мне бы хотелось прогуляться и обдумать кое-что. В саду тихо и тепло. Лучшего места не придумаешь.

– Хорошо, сэр. Хозяин сказал, что вы можете распоряжаться всем, чем угодно, и прислуга обязана вам подчиняться.

– Надеюсь, что не доставлю вам много хлопот.

Гилберт сопроводил меня вниз и открыл мне дверь.

– Кто, кроме вас, сейчас находится на территории усадьбы?

– Служанка и сторож, сэр. Их комнаты в домике, который стоит в саду за оранжереями. Джозеф живет на первом этаже. Сейчас он спит и сменит меня, когда я уйду отдыхать. Второй этаж занимают Майра и горничная Дэби. Но Дэби получила отпуск и уехала к родным в штат Вермонт. Если вы желаете поговорить с Майрой, то я вас провожу.

– Не беспокойтесь. Если у меня возникнет такое желание, то я загляну к Майре.

Гилберт остался стоять на пороге, а я побрел по аллее в сторону гаража. Помимо фонарей, которые стояли друг от друга в трех шагах и яркими пучками лучей освещали гравийные дорожки, в небе висел желтый блин луны. Ее мягкий свет сделал верхушки деревьев похожими на волны океана, которые слегка покачивались под слабым ветерком.

В окне над гаражом света не было. Рокки должен вскоре вернуться, и я решил дождаться его, но не снаружи, а внутри. Я поднялся на второй этаж и толкнул дверь. Она открылась, на такую фанерку не имело смысла вешать замок.

Я вошел в небольшую комнатушку с покатым потолком. Луна висела над самым окном, и не имело смысла включать свет. В студенческие годы я жил так же, только мой письменный стол был завален книгами, а не деталями от мотоцикла.

На самодельных полках у кровати валялось несколько книжек в мягких обложках. Рокки увлекался детективами, а не наукой. Я взял одну из них и пролистал. Из страниц выскочила закладка и упала на пол. Я поднял ее и понял, что это не закладка, а фотография. Подойдя к окну, я рассмотрел ее. На снимке красовался портрет Лионел Хоукс, точно такой же я видел в ее спальне. Такая женщина стоит того, чтобы ее фотографии хранить при себе. Что ж, в его возрасте можно влюбляться в девушек с обложки. В свое время я был влюблен в Риту Хейворд, и ее фотография висела над моей кроватью. Кинозвезда была так же недосягаема для меня, как и Лин для Рокки. Но человек должен иметь какие-то идеалы.

Свет зажегся внезапно, когда я стоял спиной к двери. Я обернулся. Черный силуэт рванулся в мою сторону, как пантера на жертву. Я успел заметить белый оскал зубов. Парень решил, что достаточно сбить противника с ног, но мне удалось увернуться, и он врезался в стену. Секунда замешательства, и он вновь на ногах. На этот раз он сумел прихватить с пола табурет. Лихой мальчуган. Конечно, я не дал ему возможности намести мне удар, а врезал ему головой в грудь. Парень перелетел через кровать и приземлился на полу.

– Не прыгай, дружок, у нас разные весовые категории.

Из-за спинки кровати появилась озлобленная физиономия. Глаза горели, как угольки в камине.

– Что вы здесь делаете?

– По воле твоего хозяина я могу делать что угодно на территории усадьбы.

Я взял стул и оседлал его спинкой вперед. Парень сел на кровать и восстанавливал дыхание.

– Что вам надо? Только воры прячутся в темноте!

– Я не прятался. Я ждал тебя.

– Зачем? Я вам уже все сказал.

– Я так не думаю. Мы еще не раз и не два встретимся. Я не люблю, когда люди лгут. Хочу дать тебе совет: никогда не считай себя умнее противника. Проиграешь! И никогда не думай, что ты сильнее.

– Вы мне лекцию пришли читать?

– Две недели назад ты попросил дать тебе выходной. У тебя заболела мать. Но, вместо того, чтобы сидеть возле больной, ты болтался по южному шоссе, сбагрив свой мотоцикл Сэму Ральфу. Так чем ты занимался в тот день?

– Я не обязан отвечать!

– Возможно. Но в этот день исчезла Лионел Хоукс, твоя хозяйка. Если обнаружится, что она мертва, то тебе придется отвечать, но не мне, а в суде.

– Она жива!

– Рад это слышать. Почему ты не заявишь об этом в полицию и не укажешь ее местонахождение?

– Я ничего не знаю. У меня был выходной, и я не знаю, что происходило в доме.

– В этом доме играли в шахматы, а ты крутился юлой по городу и по шоссе, где исчезла Лин. В этот день тебя видели на шоссе дважды. Теперь посмотрим на ситуацию в целом. У тебя нет алиби. Ты работаешь в доме, где исчезает хозяйка. Ты живешь недалеко от того места, где она исчезла. Ты лжешь на каждом слове. Тут еще стало ясно, что ты неравнодушен к Лионел Хоукс.

Я взял с подоконника книжку, в которой лежала фотография, и кинул ее на кровать. Рокки бросил на меня взгляд, который походил на взгляд волка, попавшего в капкан.

– Мне нечего вам сказать.

– А зря. Но если я еще докажу, что ты бывал на квартире в доме по Шестой авеню, угол Балтимор-стрит, то плохи твои дела, парень.

Рокки был крепким орешком. Но при последних моих словах его плечи дрогнули. Я не видел его лица, теперь он сидел, низко склонив голову.

– Оставьте меня в покое.

– Оставлю на некоторое время. Но если ты хочешь, чтобы твоя хозяйка вернулась домой целой и невредимой, то советую подумать. Меня ты найдешь здесь.

Я направился к двери. Внизу, под вешалкой, валялись спортивные парусиновые туфли и ботинки на рифленой подошве. Я поднял один и осмотрел его. Ботинок был хорошо вымыт, подошва вычищена, но в шнурках запуталось несколько травинок. Ботинки скидывали второпях, не расшнуровывая.

– Любишь гулять по лесу?

– Это мое дело, – огрызнулся Рокки.

– Не только твое. Сейчас оно и ко мне имеет отношение, но скоро им займется прокуратура. Не губи себя, парень. Пора бы понять, кто на чьей стороне находится.

Я спустился в сад. Рокки слишком озлоблен, и не имело смысла разбираться с ним, но в общих чертах я уже понимал его роль в этой истории.

Зеленый домик мне удалось найти без особых трудностей. В окнах второго этажа горел свет, и я не беспокоился, что потревожу чей-то сон. Я поднялся по крутым деревянным ступенькам на веранду и прошел в узкий коридорчик. На двери слева висел замок, я постучал в соседнюю. Она тут же открылась, словно меня ждали.

– Вы мистер Элжер? – спросила девушка с рыжей косой и пушистыми ресницами.

– Да. А вы Майра?

– Майра. Гилберт меня предупредил, что вы зайдете.

На тумбочке возле кровати стоял телефон. Теперь мне стало понятно, что меня и впрямь ждали.

– Я не задержу вас долго, Майра. Несколько вопросов, и я уйду.

– Не беспокойтесь, я не ложусь так рано. Проходите.

Я зашел в уютную комнатку, убранную в деревенском вкусе. Майра от кончиков ногтей до корней волос была сельской девушкой.

– Гилберт сказал, чтобы я ответила на ваши вопросы. Он сказал, что вы ищете хозяйку.

– Так оно и есть. Ты помнишь тот день, когда миссис Хоукс уехала из дома?

– Очень хорошо помню.

31
{"b":"560171","o":1}