ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Питание в спорте на выносливость. Все, что нужно знать бегуну, пловцу, велосипедисту и триатлету
Тобол. Мало избранных
Экспедитор. Оттенки тьмы
Меган. Принцесса из Голливуда
Иллюзия 2
Дело сердца. 11 ключевых операций в истории кардиохирургии
Иногда я лгу
На волне здоровья. Две лучшие книги об исцелении
Практический курс трансерфинга за 78 дней
A
A

Вокруг истребителя рвались десятки зенитных снарядов, разноцветные трассы неслись со всех сторон. Летчик мельком взглянул на аэростат - кабины под ним не было.

Вдруг Бринько почувствовал, как что-то горячее кольнуло в правую ногу и в бок. В глазах замелькали огненные круги. Он поглядел на землю - она быстро надвигалась на самолет. Бринько автоматически потянул ручку на себя, убрал сектор газа. Приземление самолета он уже не почувствовал. К лежащему на фюзеляже И-16 подбежали бойцы-пехотинцы. Летчик в темно-синем кителе с Золотой Звездой, орденами Ленина, Красного Знамени и Красной Звезды на груди сидел в кресле, откинув голову на бронеспинку. Бринько умер, изрешеченный пулями, но сумел все же последним усилием посадить самолет...

Петр Антонович Бринько, боевой друг Антоненко, за свои двадцать шесть лет прошел такой же славный путь. Окончив в 1937 году Ейскую школу морских летчиков, еще до Великой Отечественной успел сразиться с японскими воздушными пиратами в районах озера Хасан и реки Халхин-Гол, участвовал в боях и на Карельском перешейке. Два с половиной месяца войны Бринько дрался на подступах к Ленинграду и погиб как герой.

Обо всем этом подробно, допоздна рассказывал нам Белоусов. Мы слушали его, затаив дыхание. И понимали, что нужно сражаться за Ленинград так, как бились с врагом Антоненко и Бринько, - на высочайшем уровне мастерства, умно, расчетливо и до последнего вздоха...

В непобежденном Гангуте

Со школьной скамьи мне знакомо слово "Гангут". В эпоху Петра I Гангут стал местом неувядаемой боевой славы русского парусно-гребного флота, выигравшего в 1714 году битву со шведами. В честь и в память этого сражения была отлита медаль.

И вот я, летчик морской истребительной авиации, через 227 лет со своими боевыми друзьями воюю в этих же памятных всем русским людям местах.

Что такое группа из пяти летчиков-истребителей, пополнившая более чем двадцатишеститысячный коллектив героического Гангута? Она кажется крохотным ручейком, даже струйкой, впадающей в полноводную реку. Но именно этого ручейка и не хватало сейчас на полуострове Ханко.

В 13 часов, до обеда, капитан Ильин объявил боевой расчет авиагруппы. Он впервые в авиации ВМФ предусматривал подбор пар или звеньев четырехсамолетного состава. Это позволяло эффективнее использовать их качества и повысить боевую готовность к ударам по наземному, морскому и воздушному противнику.

Наш боевой расчет состоял из двух групп - бомбоштурмовой во главе с капитаном Ильиным и группы прикрытия и воздушного боя, водить которую было поручено мне.

Ждем улучшения погоды и подвоза обеда. Все это необходимо для боя и жизни. Финская артиллерия аккомпанирует разрывами десятков снарядов. Бесстрашные аэродромщики, не обращая внимания на обстрел, заравнивают и укатывают воронки.

По дороге к стоянке тихонько на открытой телеге, запряженной привычной к разрывам лошадкой, едет Шурочка - везет обед. Я хотел было броситься к ней и скорее увести сюда, в самолетное укрытие. Но техник схватил меня за руку и сказал:

- Не надо, товарищ командир. Она с первых дней войны не обращает внимания на обстрелы и всегда вовремя доставляет питание на стоянки...

Шурочка спокойно въехала под маскировочную сеть. Я сказал:

- Шурочка, что же вы не бережете свой белый фартучек от осколков снарядов?

Она, не поднимая головы, ответила:

- Вы-то, летчики, не бережете себя, взлетаете и садитесь во время обстрела!

Возражать не приходилось. Девушка была права.

К середине дня погода немного улучшилась, и шестерка истребителей взлетела, взяв курс на юг. До восточного берега острова Даго (Хийумаа) мы летели на бреющем полете, а потом набрали высоту и начали искать цель. Поиск был недолог - десятка три крытых и открытых машин двигались по дороге в северном направлении. Звено Ильина перестроилось и пошло в атаку. Двенадцать РС-82 Ильина и Васильева накрыли середину автоколонны и в завершение пулеметный огонь. Потом колонну прошили пушечные и пулеметные трассы Бодаева и Цоколаева.

Атака оказалась столь неожиданной, что зенитчики, спохватившись, открыли слабый, беспорядочный огонь, лишь когда звено заходило на повторную штурмовку.

Я тщательно следил за воздухом и землей, барражируя на своей высоте. Истребителей противника пока нигде не видно. Значит, позволительно и мне пойти хоть на одну штурмовку. Внизу уже горели машины, что-то взрывалось...

Мы полетели на север, в сторону наших войск. Над линией фронта фашистские самолеты, три "Хеншеля-126" и три "Юнкерса-88", кружились, бомбили и обстреливали боевые порядки наших войск.

Разделившись попарно, пошло в атаку наше ударное звено. "Хеншели" бросились наутек. Один из них не сумел увернуться от короткой очереди и, не выходя из пикирования, врезался в болотный кустарник. Взметнулся столб огня и грязи. "Юнкерсы" начали уходить на восток. Я выбираю одного, подхожу метров на четыреста, посылаю два снаряда. Сближаюсь на короткую снайперскую дистанцию, стрелки "юнкерса" молчат, видимо, оба убиты. Длинная очередь из трех пулеметов прошивает самолет врага от хвоста до кабины. Ю-88, медленно заваливаясь на крыло, уходит вниз. Близ позиций наших войск на земле вспухает огненный шар...

О нашем бое с "юнкерсами" и "хеншелями" еще до посадки сообщили по радио на КП базы Ханко, и генерал-лейтенант Кабанов приехал к нам поздравить с победой и одновременно познакомиться, как он сказал, с новичками из-под Ленинграда.

- Это хорошо, друзья, что вы сразу взяли эстафету от Антоненко и Бринько. Держите ее и дальше, как гангутцы! - сказал генерал.

В дальнейшем, чередуясь, по два-три раза в день вылетали на остров Даго, наносили штурмовые удары по войскам и технике противника, прикрывали наши шхуны, мотоботы, торпедные катера, "морских охотников", которые перевозили больных и раненых бойцов на Ханко.

16 октября звено Васильева и пара Байсултанова, следуя на штурмовку, перехватили над островом четыре Ю-88, заставили их сбросить бомбы на свои войска и сбили один фашистский бомбардировщик.

Потом три дня бушевал шторм. Едва он стих, как я повел группу истребителей к острову Даго. Возвращаясь, мы увидели сторожевик и сопровождавшие его семь больших катеров. Я набрал высоту и развернул группу в сторону кораблей.

Вдруг с них дали три зеленых ракеты - сигнал "Я свой". Но мы-то знаем, что таких судов на Ханко нет. Даю команду на атаку. Те внизу поняли, что нас не обманешь, и пустили в нашу сторону несколько трасс спаренных "эрликонов". Пиратский отряд вышел из шхер на перехват наших мотоботов и катеров и сам попал в ловушку.

Боезапас у нас остался, а главное, у меня и Байсултанова висело по два РС-82. Жаль, конечно, что они с дистанционными взрывателями. Ну да ничего, один заход сделаем всей группой. Покачиваю с крыла на крыло - сигнал следовать в атаку за мной.

Идем парами на самый большой корабль-сторожевик. Он огрызается довольно сильно. Его поддерживают идущие рядом три катера. Нам к огню не привыкать, сближаемся, пускаем РС-82. Черные шапки дистанционных разрывов метрах в десяти над кораблем. Это очень хорошо - тысячи осколков сгонят зенитчиков с палубы в трюм. А мы вдобавок еще стегнули пулеметами и из пушек и на бреющем полете вышли из зоны обстрела. Я оглянулся: сторожевик начал поворот на север. Нет, этот номер не пройдет, через час сведем счеты до конца.

После посадки я доложил о выполнении задания и встрече с вражескими кораблями. Сразу же поступило приказание: нанести повторный удар по катерам и сторожевику. Через час мы восьмеркой летели в район, где должны быть гитлеровские корабли. Я вел шесть И-16 и две "чайки". Все самолеты на борту имели РС-82.

Противника долго искать не пришлось, он был в том же районе - видимо, подкарауливал наши корабли с Даго.

Согласно разработанному плану, мы заняли позицию для первой атаки. Я, Татаренко и пара "чаек" - Овчинников с Лазукиным - атаковали с двух сторон сторожевик. Из двенадцати реактивных снарядов пять достигли цели. Прямые попадания. Атаку завершили пулеметным огнем. Байсултанов, Старухин, Бодаев и Цоколаев удачно атаковали два катера. Один из них взорвался, второй загорелся.

25
{"b":"56021","o":1}