ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Потеря на земле хотя бы одного боевого самолета Ла-5 вела бы нас к ослаблению боеспособности. Поэтому, не обращая внимания на обстрел, я с комэсками Васильевым, Кожановым и начальником штаба полка, в должности которого теперь был неутомимый Алексей Васильевич Тарараксин, недавно получивший звание майора, обошли все защищенные стоянки самолетов, в которых заботливыми руками техников уже были поставлены " лавочкины ".

Убедившись, что самолеты и основной спецавтотранспорт надежно укрыты, я отпустил командиров эскадрилий. Им предстояло среди множества дел и забот провести разбор очень сложного по метеорологическим условиям перелета в Кронштадт и подготовить боевые расчеты на случай подъема по тревоге. Мы все с нетерпением ждали такие задания, а новая техника давала возможность их выполнить.

До командного пункта полка было не более километра, и Тарараксин предложил пройти пешком по тропинке, проходившей через Петровский парк. По пути он сообщил, что по указанию командира бригады летал на самолете У-2 в Ленинград в госпиталь навещать командира полка подполковника Борисова. Общее состояние его неплохое, а вот раздробленное плечо срастается плохо, правая рука на повязке и совсем не поднимается, к тому же врач-хирург сказал, что, наверное, подполковника Борисова медкомиссия не допустит к полетам на боевом самолете. "Учитывая это, - сказал Тарараксин, - полковник Кондратьев издал сегодня приказ о возложении на вас обязанностей командира полка и начальника авиагарнизона на аэродроме Бычье Поле. Сегодня вечером вернется из Ленинграда замполит майор Безносов. Его вызвали в Политуправление флота. Назначают с повышением, а на его место подбирают замполита летчика-истребителя".

Сообщение начальника штаба легло на душу тяжелой ношей. Я шел медленно, потом остановился. В ушах усилился шум - это всегда бывало после длительного полета. Да к тому же вновь возникла боль в правом подреберье. Боль я почти постоянно чувствую уже около трех месяцев, но об этом никому не говорю, даже врачу полка - капитану медицинской службы Валентину Званцову, человеку заботливому и хорошему специалисту. За пять месяцев он прекрасно вошел в коллектив полка, особенно в боевую семью летчиков.

Повернувшись к Алексею Васильевичу, я высказал то, о чем сейчас думал, - как эти повышения не вовремя... Ведь они пользы не дают - ни мне, ни замполиту, ни полку. Сейчас наступил ответственный момент для всего личного состава и даже для истребительной авиации флота в целом. Получили новые самолеты. На них нужно начать боевую работу, не допустить неоправданных потерь и спада морально-боевого духа. Особенно в первых боях. Ведь именно первые успешные бои дают боевой настрой на дальнейшее. Тем более что часть молодых летчиков из-за плохой погоды еще не полностью отработали групповые учебные воздушные бои, воздушные стрельбы. Да и здешний район они совсем не знают. Мне сейчас нужно не администрировать, не заниматься переучиванием 2-й эскадрильи, а быть рядом на земле и в воздухе с теми, кто полетит на новых самолетах.

В такое время нужно, чтобы на месте был командир полка, пусть даже не летающий на боевые задания. Мы уже к этому привыкли, после Романенко никто из них как следует в воздухе не учил летчиков. Совсем не ко времени сейчас и замена замполита. Его уход - хотим мы или не хотим - снизит уровень партийно-политической работы. Сегодня же вечером поеду к командиру бригады. Нужно задержать хотя бы отъезд замполита до возвращения командира полка из госпиталя.

Придя на КП полка, я по телефону доложил полковнику Кондратьеву о прибытии двух эскадрилий после переучивания к постоянному месту базирования.

- Я это знаю, товарищ Голубев, по оперативной службе. Молодцы, что в такую погоду долетели без происшествий. Как там - артобстрел не повредил?

- Нет, товарищ командир, - ответил я. - Укрытия надежные.

- Ну хорошо, прошу ознакомиться с основными боевыми документами и к вечеру с начальником штаба - ко мне. Понял? - спокойным тоном закончил телефонный разговор Кондратьев.

В кабинете у командира находились начальник политотдела полковник Иван Иванович Сербин, начштаба подполковник Петр Львович Ройтберг и заместитель подполковник Владимир Иванович Катков. Все они, за исключением Каткова, раньше воевали в 4-м гвардейском полку и встретили нас как самых близких друзей.

Я четко, по-уставному доложил о прибытии. Петр Васильевич, всегда спокойный и приветливый, внимательно посмотрел на нас, покачал головой, повернулся к Сербину, сидевшему в старом кресле в углу кабинета, и сказал:

- Смотри, комиссар, какой грустный вид у гвардейцев. Труженики Горьковской области за свои трудовые рубли купили им двадцать лучших самолетов. На бортах фюзеляжей написали "Валерий Чкалов" - имя лучшего летчика современности, а они прилетели на фронт темнее пасмурного дня.

- Ничего, командир, - вставая с кресла, весело проговорил Сербин. Грустное настроение у гвардейцев проходит быстро. Это они просто устали, да к тому же сегодня еще и не обедали. Пойдемте лучше поужинаем, да там за столом и поговорим о делах.

- Ну что же, давайте поужинаем в штабе. Я думаю, все согласны? А пока приготовят - послушаем исполняющего обязанности командира о боеготовности полка и о плане переучивания последней эскадрильи, - сказал комбриг.

Я встал и начал почему-то с того, что хотел сказать в конце доклада: попросил освободить меня от обязанностей начальника авиагарнизона и до возвращения командира полка из госпиталя оставить на месте замполита. Смена руководящего состава полка, особенно в момент, когда противник усиливает свою авиацию и пытается нанести нам чувствительные удары, отрицательно скажется на первых же боях.

- Не так начинаете доклад, товарищ Голубев, - первым заметил заместитель командира бригады Катков - единственный из присутствующих, имевший высшую военную подготовку.

Кондратьев, как бы не замечая реплики, усмехнулся:

- Говорите, Голубев, все, что есть на душе, потом все расставим по своим местам.

Спокойный тон Петра Васильевича и улыбающиеся глаза как-то незаметно повернули мои мысли, сняли замешательство, и я уже твердо продолжил:

- Полк двумя эскадрильями в составе тридцати двух летчиков (с учетом летчиков управления полка) с девятнадцатью самолетами Ла-5 готов к выполнению боевых задач. Если не успеем завершить переучивание молодых летчиков, то будем их постепенно вводить в строй в боевой обстановке.

К перебазированию 2-й эскадрильи на тыловой аэродром для учебы все готово. Передать старые самолеты в другие полки можем в любое время, но новых самолетов Ла-5 для этой эскадрильи пока нет. Есть данные, что они поступят в ближайшие дни. Чтобы ускорить переучивание, командиру эскадрильи Цоколаеву выделяем двух опытных командиров звеньев. Это, по нашим расчетам, позволит уже в мае вести боевые действия полным составом полка. Но есть просьба: оставить в полку шесть самолетов И-16 с лучшим ресурсом моторов. На этих самолетах до завершения работ по удлинению взлетно-посадочной полосы будем вести боевую работу ночью. Тем самым получим возможность использовать больше самолетов Ла-5 в дневное время.

Заканчивая доклад, я вновь повторил свою просьбу об отмене приказа о перемещениях среди командования полка, но теперь реплик не последовало.

Некоторое время в кабинете стояла тишина, которую нарушил комбриг:

- Раз все молчат, снимем с полка на десять дней часть боевых задач. За это время они подтянут "хвосты", облетают район боевых действий с новым пополнением. Оставим шестерку самолетов И-16 - пусть на них летают ночью. Задержим на время замену замполита, а все остальное оставим так, как было решено.

Вечером, во время ужина, Кондратьев сказал:

- Товарищи! Сегодня у нас знаменательное событие. Четвертый гвардейский авиаполк вернулся на фронт на лучших советских самолетах-истребителях, которые труженики тыла построили в самое тяжелое для страны время. Первым этот прекрасный самолет освоил гвардии капитан Голубев. Учитывая боевые заслуги и хорошее выполнение обязанностей заместителя командира полка, ему приказом наркома Военно-Морского Флота присвоено внеочередное воинское звание - майор.

65
{"b":"56021","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Сколько живут донжуаны
На краю пылающего Рая
О тирании. 20 уроков XX века
Настройки для ума. Как избавиться от страданий и обрести душевное спокойствие
Крампус, Повелитель Йоля
Маленькое счастье. Как жить, чтобы все было хорошо
Макбет
Ирландское сердце
Принцип пирамиды Минто®. Золотые правила мышления, делового письма и устных выступлений