ЛитМир - Электронная Библиотека

Серьезное значение имел антропогенный фактор — воздействие человека на природу, приведшее в ряде случаев к необратимым последствиям. Перемены, вызванные деятельностью людей, переросли в качественные изменения биосферы. Из-за хищнической эксплуатации природных ресурсов облик Европы претерпел за VI—XV вв. заметные метаморфозы. Первичные, естественные ландшафты уступали место вторичным, искусственным. Люди прорывали каналы и шахты, возводили мосты и акведуки, дамбы и плотины, мельницы и мануфактуры, сооружали насыпи и валы, спускали воду из болот и озер, добывали мрамор и камень, осушали топи, вырубали и сжигали леса, распахивали почву, строили дома, крепости и монастыри. Ландшафты средневековых городов практически можно считать целиком антропогенными.

Наиболее болезненным следствием было уничтожение лесов, особенно в Западной Европе. Меньше затронуло оно Восточную: на Руси XV в. 3/4 поверхности на севере еще было покрыто лесами, в центре — не менее 1/2, в лесостепи — 1/4. Резкое сведение растительности, порождавшееся системами тогдашнего земледелия, наметилось во время пожогов VI—VII вв. и «великих» расчисток X—XIII вв. В числе наиболее пострадавших стран оказались Испания, Англия, Нидерланды, Франция, Италия, европейская часть Византии и Паннония. На Руси южная зона лиственных лесов превратилась в лесостепь. Овцы и козы уничтожили растительность многих горных склонов на Балканском и Апеннинском полуостровах, пришлось перейти к стойловому содержанию скота. Голландия, в древности сплошь «лесная страна» (Holttland), стала к концу средневековья безлесной равниной. Новый толчок к уничтожению лесов дали успехи строительства и промышленности — массовое потребление стройматериалов и топлива городами, рудниками, солеварнями, стекловарнями, домнами.

Большинство европейских стран рано столкнулось с эрозией почв, выветриванием плодородного слоя, распространением балок и оврагов, обмелением рек и озер, образованием уже с IX в. огромных пойменных и низинных лугов. Ранее в умеренном географическом поясе сорняки не мешали людям; теперь же на распаханных полях, при ослабленной растительной конкуренции, приносили земледельцам большой вред.

НАРОДОНАСЕЛЕНИЕ

Люди — главная производительная сила общества. Поэтому в феодальной формации демографические процессы играли заметную роль. Рост численности населения убыстрял прогресс общества. Для эпохи средних веков мы располагаем лишь приблизительными сведениями о численности и естественном движении населения, поскольку отсутствовали всеобщие переписи, а применяемые специалистами методики подсчета различны. Предположительно к началу средневековья в Италии проживало до 5 млн. человек коренного населения, на Балканах — 2 млн., в Галлии — до 5 млн., в Испании — около 4 млн., на Британских островах — до 1 млн., в Германии — от 0,5 до 3 млн. К XI в. население в Италии возросло до 6 млн., на Балканах — до 3 млн., во Франции — до 6 млн., в Испании с Португалией — до 6 млн., на Британских островах — до 2 млн., в Германии с Австрией и Швейцарией — до 4,5 млн. На территории современной Чехословакии проживал 1 млн., в Венгрии — 0,5 млн., в Польше — 1 млн., в Восточной Европе — до 10 млн. (в том числе 6 млн. — в Средней Руси), в Скандинавских странах — 1 млн. К середине XIV в. население почти всех стран Европы значительно возросло, а в некоторых странах удвоилось. Однако после эпидемии чумы («Черная смерть» 1348—1349 гг.), а также вследствие частых голодных лет и опустошительных войн начался спад численности населения.

Общественному прогрессу способствовал и рост плотности населения, хотя он был неравномерным. За исключением морских побережий и долин рек, нигде населенные пункты не располагались сплошной полосой. В давно освоенной европейцами долине Мозеля на протяжении около 500 км. существовало к XI в. 590 поселений; в долине Немана той же поры на таком же расстоянии археологи насчитывают их в 8 раз меньше, по Каме — в 16 раз меньше. В глухих лесах почти совсем не было жителей, будь то Северная Англия, Швеция или Русь. На рубеже II тысячелетия средняя плотность населения в Англии составляла около 9 человек на 1 кв. милю, в Южной Руси перед батыевым нашествием — 6 человек на 1 кв. км., в Северной — 2 человека. Накануне «Черной смерти» в Испании на 1 кв. милю приходилось 30 человек; в Дании, Англии, Германии, Северной и Южной Италии — 70; во Франции — 150; в Центральной Италии — 300. Цифры повышались в городах, хотя последние были невелики: из английских городов конца XIV в. только Лондон имел жителей более 30 тыс., Йорк — свыше 10 тыс., Норидж, Ковентри, Плимут, Линкольн и Бристоль — более 5 тыс.; еще 10 городов — свыше 3 тыс.; прочие 250 были мельче. К концу XV в. лишь в 4 городах Священной Римской империи вне Италии (Кёльн, Гамбург, Прага и Нюрнберг) обитало более 25 тыс. человек, а в Италии — 15 (в том числе Венеция, Генуя, Флоренция, Неаполь и Милан) имели до 100 тыс. жителей, во Франции с ними мог сравниться только Париж. Существовали многонаселенные города и на Руси (Киев, Чернигов, Новгород, Псков и др.). Крупнейшим городом Европы вплоть до XV в. оставался Константинополь с сотнями тысяч жителей.

История Европы. Том 2. Средневековая Европа - _1.jpg

Прирост населения не был ни последовательным, ни постоянным. Но он создавал новые трудовые ресурсы в условиях малопродуктивного хозяйства и побуждал людей интенсифицировать труд или же искать средства пропитания на других территориях; так, увеличение численности крестьянства во Франции IX—X вв. стимулировало расчистку лесов. Расширение рядов рыцарства в Западной Европе XI в. побудило малоземельных феодалов охотно участвовать в крестовых походах; невозможность прокормиться в суровых условиях Скандинавии толкнула часть норманнов на дальние странствия; миграция славян в Приильменье предопределила здесь замену охотничьего хозяйства пашенным земледелием. Отток крестьян с мест поселения нередко вынуждал феодалов смягчать формы эксплуатации (это особенно характерно для Германии, Руси, стран Пиренейского полуострова).

Средняя продолжительность жизни европейца составляла тогда 45 лет для мужчин и 35 — для женщин; треть жителей умирала еще в детском возрасте, а четверть — после 50 лет. При небольшой продолжительности жизни затруднялась передача накопленного опыта от поколения к поколению. Порой вообще огромные людские коллективы исчезали из истории. Главные причины ранней смертности — болезни, голод, нашествия иноземцев и прочие невзгоды. Девушки, вступая в брак обычно в возрасте до 15 лет, быстро теряли здоровье, что вело к бесплодию. Распространенным явлением было безбрачие; некоторая часть населения просто не обладала правом вступать в брак (католическое духовенство во Франции и Германии составляло в XIV в. 5% населения) или давала соответствующий клятвенный обет. Обычно семью имели не более 3/4 лиц брачного возраста.

Голодовки случались в среднем каждые 6 лет и нередко приводили к катастрофическим последствиям. Много бед приносили антисанитария, повседневные болезни (туберкулез, ревматизм), эпидемии. Пандемии иногда оставляли яркий след в источниках. Общеевропейское распространение имели пандемии VI в. (чумная 543 г., оспенная 570 г., дизентерийная или брюшнотифозная 580 г., чумная 588—592 гг.). Тяжкими оказались на Руси холерные заболевания в 1083, 1091 и 1092 гг.; в Западной Европе — уникальная в своем роде «Черная смерть» 1348—1349 гг. Почти неизвестные скотоводам, охотникам, рыболовам и собирателям сыпной тиф, холера и малярия стали систематически поражать общество после перехода основной части населения к земледелию. Из-за высокой плотности населения город, особенно во время ярмарок, страдал от инфекционных заболеваний больше, чем деревня. Спасаясь от «проклятого» места, горожане иногда переносили свое поселение. Например, Белозерск некогда находился на западном берегу оз. Белого, после мора конца X в. его перенесли на северный берег, после мора середины XIV в. — на южный.

13
{"b":"560219","o":1}