ЛитМир - Электронная Библиотека

Погруженная в свои тревожные мысли, Кэрол подошла к детям, застывшим посреди тротуара, и удивленно отметила подозрительный блеск в глазах Софии.

- Карл, прости меня. Я просто так думаю, - лепетала дочка, жалобно заглядывая в лицо отворачивающегося от нее друга.

- Да что ты можешь думать! Дура! - хмыкнул он, переглядываясь с Дуэйном.

- Ну, Карл, ну, прости, пожалуйста, - заныла София.

Незамеченная увлеченными своими проблемами детьми Кэрол не выдержала:

- По-моему, это Карл должен извиниться. Ты как разговариваешь? Почему ты позволяешь себе…

- Как хочу, так и разговариваю! Мы не в школе, тут вы мне не учительница, - выкрикнул он последние слова, уже убегая вместе с другом в сторону своего дома.

А взгляд насупленной Софии показал, что, по ее мнению, вмешательство матери лишь все испортило. Кэрол мягко подтолкнула хлюпающую носом дочку в сторону дома и решила, что поговорит с Лори о поведении ее сына сегодня же. Да, у мальчика как раз самый переходный возраст, он подросток, но это не дает ему права вот так вот относиться к Софии. Которая почему-то даже не обижалась на него.

- Руки мой и садись кушать, - Кэрол дождалась, пока дочка выполнит требуемое, налила и себе супа в тарелку и тоже села за стол. - Что у вас случилось, не хочешь рассказать?

- Ничего, - уныло перемешивала остывающий суп ложкой София, но через минуту не сдержалась. - Просто я сказала, что нужно было и Патрика позвать сегодня к нам играть, но за ним идти надо, а Карлу и Дуэйну не хотелось. Даже за Лиззи с Микой не хотелось. Но я просто сказала, что вместе было бы веселей!

- И за это ты извинялась?

- Они разозлились, сказали, что я ною и могу сама идти за кем хочу, если мне с ними скучно, и что им без меня точно скучно не будет, и вообще, лучше бы я им не навязывалась…

- И ты снова извинилась, - не понимала Кэрол. - И после того, как Карл сказал тебе нехорошее слово, ты тоже извинилась. София, милая, это неправильно. Это он перед тобой виноват и должен извиняться. Ты вполне могла сделать предложение позвать к вам играть остальных. Это твое мнение и желание, ты не должна за него ни оправдываться, ни извиняться. И ни в коем случае не должна извиняться, когда тебя обзывают и грубо с тобой говорят!

- Папа тебе и похуже говорит. А ты извиняешься, - пожала плечами София, без аппетита принимаясь за суп.

Задохнувшись на вдохе, Кэрол виновато опустила голову. София права. Кэрол каждый раз только извинялась перед Эдом, прислуживала ему и никогда не обижалась ни на что. Во всяком случае, никогда не показывала своей обиды. И дочка все это видела. Все эти годы она наблюдала за родителями, делала какие-то выводы, впитывала, как губка, и решила, что это – единственно возможный сценарий отношений. Женщина – безропотное вечно виноватое существо, а мужчина – царь и Бог, который может безнаказанно говорить и делать что угодно.

- Да, папа говорит. И я извиняюсь. Но не должна так делать. Не должна была в самом начале. Должна была просто взять тебя и уйти, - вздохнула Кэрол, отставляя от себя почти полную тарелку и с болью глядя на светлую макушку склоненной над супом дочки. - А потом стало слишком сложно. Вот если бы я сразу все пресекла. Но мне тогда некому было сказать, что так нельзя. У меня уже не было мамы.

- Прости, мамочка.

- Ничего. Ты кушай. Сейчас чаю налью. А вечером поговорю с миссис Граймс, она должна за книжкой ко мне заглянуть.

- Не надо! Не говори ей! Карл тогда совсем со мной разговаривать перестанет! А с кем мне еще дружить? - вскинулась София.

- С Патриком. С Микой. С другими детками, они, конечно, маленькие, но все же… Милая, мама Карла должна знать, как он себя ведет. Должна поговорить с ним и объяснить, что так нельзя. Все, не расстраивайся, пей чай. Завтра праздник будет, а с Карлом вы еще помиритесь, - поставила перед ней чашку с чаем Кэрол и пододвинула вазочку с леденцами.

Лори зашла уже через пару часов, и Кэрол попросила ее задержаться на несколько минут, пересказывая сценку, свидетельницей которой невольно стала. Подруга хмурилась, охала и кивала, соглашаясь с тем, что Карл был неправ, и что с ним необходимо поговорить по этому поводу.

- Я Рику расскажу, думаю, он лучше справится с этим разговором. Тем более он и так собирался. Карл в последнее время неуправляемым стал, и мне пару раз нагрубил. Утром Рик услышал, наверное, уже подготовил речь. Это все я виновата… - вздохнула она.

- Почему ты? У Карла просто переходный возраст начинается. София тоже то в смех, то в слезы постоянно.

- Переходный возраст на фоне того, что у нас дома творится…

- Мне казалось, вы на Рождество помирились? - не стала уточнять Кэрол, что позже Лори снова довольной не выглядела, и это было заметно.

- Помирились. Ровно до того момента, как не решили утром пойти поздравить с Рождеством Шейна и… В общем, там была помада на диване… А я не смогла скрыть своих чувств, когда поняла, что он провел ночь с женщиной, - увидев, как Кэрол приподняла бровь, Лори помотала головой. - Да, Кэрол, я все понимаю. Я не должна ревновать. Я должна его отпустить. Но сказать проще, чем сделать. И мне казалось, что я вела себя, как ни в чем не бывало, но Рик как-то заметил, сделал правильные выводы и снова закрылся. Ну а Карл, само собой, все это видит и чувствует, - она горько вздохнула. - Ладно, я пойду, Рик вот-вот вернется. Завтра увидимся!

Ушла она как раз вовремя, ведь вскоре явился к ужину Эд. Обычно он приходил немного позже, и Кэрол с Софией успели отвыкнуть от совместного принятия пищи за одним столом. Да и привыкать к подобному не хотелось: атмосфера на кухне в такие моменты всегда царила напряженная. Кэрол и София вели себя как мышки, стараясь ничего лишнего не сказать и ничего не уронить, чтобы не разозлить Эда.

Вот и сегодня, торопливо накрыв на стол и пытаясь унять нервную дрожь в руках, которая была сильней обычной из-за дневного разговора с Софией, Кэрол бесшумно села на свое место, молясь о том, чтобы все прошло спокойно. Муж находился во вполне благодушном настроении, хоть и сетовал на то, что никакой салют им не нужен, ведь подобный шум может привлечь ходячих, если они вдруг в честь праздника решатся прогуляться где-то поблизости, покинув свои города.

София робко отметила, что она мечтает посмотреть на салют и не может его дождаться, а Кэрол улыбнулась, напомнив, что осталось подождать всего один день.

- Ты что, собралась ее на площадь завтра тащить? - недовольно буркнул Эд.

- Там же весь город будет! - пискнула София жалобно, моментально сообразив, что сейчас одно только слово отца может лишить ее праздника.

- Делать больше нечего, как в толпе толкаться по ночам. И вообще ей вроде спать в такое время положено? - кивнул он на дочку, обращаясь к Кэрол. - Так что никаких салютов. Сидите дома.

София беззвучно расплакалась прямо над тарелкой. Слезы большими горошинами падали на макароны. Кэрол сжимала в руке вилку изо всех сил, привычно склонив голову. Она готова была пожертвовать праздником. Как всегда и как обычно, покориться мужу во избежание скандала. Или просто потому что она так привыкла и никакой иной реакции, кроме послушного согласия, ей даже в голову не могло прийти. Она была готова, вот только перед глазами стояло виноватое лицо дочки, которая слушала оскорбления в свой адрес и лишь повторяла извинения в ответ. Какой она пример покажет Софии, если ради бессмысленной прихоти Эда лишит ее Нового года?

- Нет, - тихо сказала она, спокойно отпивая воду из стакана и продолжая ужин как ни в чем не бывало.

Эд застыл с вилкой, поднесенной ко рту, а София притихла, сжавшись на стуле и переводя испуганный взгляд с отца на мать, готовая в любой момент сорваться с места и убежать к себе, запираясь.

- Что? - переспросил муж, наверное, решив, что он ослышался.

- Нет, мы не останемся дома. Мы пойдем на праздник, - спокойно, сама не зная, откуда в ней берутся силы на этот уверенный тон, сообщила Кэрол. - Это Новый Год. София его уже давно ждала. Один раз ей можно лечь немного позже из-за праздника. И мы уже пообещали Рику и Лори, что пойдем вместе с ними. Надеемся, ты к нам присоединишься.

72
{"b":"560284","o":1}