ЛитМир - Электронная Библиотека

За ужином, сразу после отъезда герольда, Сиверн объявил, что намеревается отправиться на турнир и вернуться с богатой женой – леди Энн. Это послужило причиной бурного спора между Лианой и Сиверном. Лиана предположила, что Сиверн, должно быть, слишком много возомнил о себе, если считает, что в состоянии завоевать благородную и образованную девушку, лишь выбив из седла несколько грубых, покрытых шрамами мужчин. Сиверн заявил, что собирается сделать то же, что сделал Роган: добыть себе богатую жену. Лиана же ответила, что Рогана выбрала она и сомневается, что Энн выберет небритого, грязного и самоуверенного Сиверна, который к тому же влюблен в другую. Сиверн рванулся через стол к Лиане, и Рогану пришлось удерживать брата.

После этого в доме Перегринов не было мира. Зарид считала, что вина за непрекращающиеся стычки лежит на Лиане. Но именно Лиана взялась готовить Сиверна к турниру. Она заказала для него новую одежду, богато отделанные попоны для лошадей, подумала о шатре и даже о том, как лучше украсить его шлем. Но чем больше трудилась Лиана, тем больше упирался Сиверн. Он отказывался принимать в этом участие. После трехнедельных споров Сиверн заявил, что, если понадобится, он перебросит леди Энн через седло, увезет и заставит выйти за него замуж.

– Только это тебе и остается, – заметила Лиана. – Увезти ее насильно – все, что ты сможешь после того, как она подойдет к тебе настолько близко, чтобы почувствовать, как от тебя пахнет.

Через два дня Сиверн собирался отправиться на турнир. Он отказался взять с собой одежду, приготовленную Лианой.

– Она примет меня таким, каков я есть.

– Зачем ты ей нужен такой? – парировала Лиана. А теперь Сиверн говорил Лиане, что хочет взять оруженосцем Зарид. Зарид счастливо улыбнулась: увидеть мир, послушать музыку, попробовать незнакомые кушанья, по…

– Она не может ехать с тобой, – настаивала Лиана. – Разве ты забыл, что, несмотря на весь этот маскарад, она – девушка. Что, если это станет известно? Кто оградит ее от какого-нибудь подвыпившего мужчины? А если она лишится девственности, у нее не будет шансов на хорошую партию.

«Брак?» – подумала Зарид. О браке с ней еще никто не говорил.

Лиана понизила голос:

– А Говарды? Они узнают, что двое Перегринов отправились в путь. Разве они не попытаются добраться до вас? И разве их мишенью не станет тот, кто младше и слабее?

– Даже Говарды не решатся оскорбить короля. А он будет там.

– Подумай о пути туда" и обратно, – сердито продолжала Лиана. – Сиверн, пожалуйста, выслушай меня. Не подвергай опасности жизнь ребенка. Не дай твоему гневу на Иоланту стать причиной смерти твоей сестры.

Зарид сжала кулаки, да так, что коротко обрезанные ногти впились в ладони. Ей захотелось выйти из своего укрытия и накричать на Лиану. Сказать ей, что она, Зарид, прекрасно сумеет о себе позаботиться, и если какой-нибудь мужчина осмелится тронуть ее, он познакомится с ее ножом. Как смеет Лиана думать, что она не сможет постоять за себя и что ее надо защищать, как слабейшую из женщин? Она – мужчина!

– Я… – прошептала Зарид и с ужасом почувствовала, что слезы наворачиваются ей на глаза. Она была женщиной, но женщиной, способной постоять за себя.

– Она поедет со мной. – Тон Сиверна дал Зарид понять, что этот вопрос обсуждению не подлежит.

Зарид отпрянула от стены и пустилась бегом вниз по ступеням, пока Сиверн ее не заметил. «Черт бы их всех побрал!» – думала она. Только что она была на поле, и Роган кричал, чтобы она выше держала меч, – а через минуту ей приходится слушать Лиану, которая уверена, что она не сможет даже отбиться от пьяного приставалы. Так кто же она: рыцарь или слабая девчонка, мужчина или женщина?

Зарид бежала до самого двора. Там стоял жеребец Сиверна. Оседланный конь ждал хозяина. Проклиная на чем свет стоит свою семью, Зарид взлетела в седло, не обращая внимания на доносившиеся сзади крики, промчалась по мосту.

Она гнала коня так быстро, как могла, не думая о том, куда едет. Замок и земли Перегринов остались позади, а Зарид все пришпоривала коня. Она была уже за несколько миль от дома, когда заметила, что ее преследуют. На троих преследователях были шевроны Говардов и одежда их цветов.

Сердце Зарид екнуло. Роган предупреждал, что Говарды следят за ними, что Говарды только и ждут, чтобы один из Перегринов оказался за стенами замка без защиты и помощи.

Всю жизнь ей говорили о Говардах. С первой минуты рождения, Зарид слышала об их злобном коварстве. Три поколения назад герцог Перегрин, старый и наполовину выживший из ума, вторично женился на молодой красотке из семьи Говардов. Женщина была честолюбива, она заставила престарелого супруга изменить завещание таким образом, чтобы все – деньги, титул, имение – досталось ее сыну, сыну, о котором ходили упорные слухи, что зачат он не от герцога.

Единственный путь, которым представительница семейства Говардов могла достичь цели – заставить мужа лишить наследства старших сыновей, – это убедить старика в том, что он и его первая жена не были по-настоящему женаты. Герцог, чей разум то был ясен, то заволакивался пеленой, потребовал, чтобы ему принесли церковные документы о браке. Он также приказал позвать свидетелей. Но записей в церковных книгах не нашли. Свидетели же все были мертвы – и некоторые скончались буквально на днях.

Старик умирал в мучениях. Он объявил сыновей от первого брака незаконнорожденными. Все его добро было унаследовано его женой и ее родственниками.

С тех пор Перегрины и Говарды воевали за земли, отошедшие к Говардам. Потери с обеих сторон были огромны, и велика была ненависть.

Зарид оглянулась на людей Говарда, преследовавших" ее, и поскакала еще быстрей. Ей еще не приходилось так мчаться. Она прильнула к шее коня, грива хлестала ее по глазам. Копыта стучали по пыльному, истоптанному тракту, навстречу попадались люди и повозки. Но вскоре Зарид почувствовала, что конь устал. Люди Говарда нагоняли ее.

– Ну давай малыш, – подбодрила она коня. – Если мы доберемся до королевского леса, они нас потеряют.

Девушка вновь пришпорила коня. Их сердца бились одинаково лихорадочно.

3
{"b":"56038","o":1}