ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Чертовщина все же какая-то творится в этой "Пасти дьявола", - упавшим голосом пробормотал Олег Никаноренко.

- Может, это был все же Грюн, так его, кажется, называл Казимир Павлович? - нерешительно спросил Гриша.

- Ученый-химик? А как он очутился в открытом океане?

- И зачем ему было отпираться, врать?

Кто мог ответить на эти вопросы? Где теперь было искать мнимого Гартвига?

Стараясь не глядеть на трупы, мы обошли весь катер. Суденышко давно не ремонтировалось, было старое, обшарпанное, грязное, но еще вполне пригодное для плаваний. Дизель исправен. Он, видимо, еще долго работал после гибели моториста и остановился сам, когда кончилось горючее, определил Сергей Сергеевич.

Девять из двенадцати холодильных цистерн были забиты крупными, как на подбор, тунцами. Видимо, рыбакам посчастливилось напасть на рыбное место, и они, наверное, мечтали скоро вернуться домой с богатым уловом...

Радиопередатчик в рубке был старенький, но вроде тоже исправен. Почему же рыбаки даже не попытались передать сигнал о постигшей их беде?

На столе в рубке лежал судовой журнал. Последняя запись была сделана третьего сентября: "Луиза отвернула в сторону. Зыбь с юго-запада шесть баллов. Все в порядке".

Значит, они погибли примерно в то же время, когда пропал "Остер". Впрочем, судить об этом было трудно. Записи в журнале велись нерегулярно, от случая к случаю и были весьма, лаконичны.

- Сделав последнюю запись, вахтенный пытался потом написать что-то еще. Видите? - сказал Волошин, внимательно изучавший судовой журнал.

В садом деле, ниже последней записи, прямо поперек листа было нацарапано, крупными каракулями какое-то слово. Но разобрать его оказалось совершенно невозможно. Мы рассматривали журнал все по очереди и гадали:

- Dead? Death? [Мертвый? Смерть? (англ.)]

- Первая буква "d", точно. Может, "dagger"? [Пронзить кинжалом (англ.)]

- Здрасьте, я ваша тетя. Какой dagger? Danger. [Опасность (англ.)]

- А может, "dally". [Терять время (англ.)] Так гадать можно без конца, сказал Сергей Сергеевич.

Сергей Сергеевич несколько раз сфотографировал страницу журнала с последней записью и непонятными каракулями. Потом мы, как заправские криминалисты, сфотографировали трупы, немытую посуду в кубрике, тарелки с остатками засохшей еды, подозрительные пятна на грязном полу, сломанную мачту, даже оттаявшие после остановки двигателя холодильные цистерны, наполненные гниющей рыбой. А Олег сделал несколько зарисовок.

После этого Сергей Сергеевич попросил Костю вызвать "Богатырь", пригласить в радиорубку начальника экспедиции и капитана и подробно рассказал обо всем, что мы обнаружили.

- Что с ним делать, с этим "Сперри"? Может, вы подойдете и сами все осмотрите? Возьмете его на буксир?

- Это ни к чему, - решительно ответил Суворов. - Пусть расследованием занимаются местные власти. Мы сейчас им сообщим.

- Может, нам подежурить тут, повисеть над судном до прихода спасателей? Обнаружить такое маленькое суденышко будет нелегко. Выглядит оно вполне исправным, потому его до сих пор и не нашли. А название почти стерлось. Кажется, на судне все в порядке и оно занимается рыбной ловлей, просто не отвечая на вызовы по радио. Может, и мы видели его раньше, но пролетали мимо, ничего не заподозрив.

- Нет, не нужно, - ответил начальник экспедиции. - Прогноз хороший, шторма не ожидается. Береговая охрана высылает катер на подводных крыльях немедленно. Они просят только поднять над рубкой тунцелова флаг - международный сигнал "Требуется помощь". И если можно, просят нарисовать на крышке рубки и на бортах такие же кресты красной краской. Она у вас должна быть в аварийном НЗ. Сделайте это и поскорее возвращайтесь.

- Хорошо, Андрей Самсонович.

Мы сделали все и начали плавно подниматься. Весь в алых крестах, "Сперри" выглядел так, словно на нем произошло кровавое побоище. Не понять, что С ним случилась беда, и проплыть мимо было невозможно.

- Сергей Сергеевич, а не мог ли их поразить инфразвуковой удар? задумчиво спросил Гриша Матвеев.

- Я тоже, признаться, об этом подумал, - сказал Волошин.

- Картина ведь очень похожая, - оживился Гриша. - Они же все наверняка здоровяки были, а умерли сразу, одновременно. И мачта сломана - вы обратили внимание? А ведь шторм был слабый, ее могла сломать вибрация, вызванная инфразвуком. Вспомните: в ту ночь, когда Луиза бушевала, и на "Богатыре" многие себя плохо чувствовали. Наверняка под воздействием инфразвука. Разве ваш прибор его не улавливал?

- Уловил под утро, но очень слабое воздействие. Шторм прошел далеко стороной.

- А они были ближе к шторму. Тогда они и погибли, в ту ночь или утром!

- Ну а почему же только они? - покачал головой Волошин. - Там ведь наверняка и другие рыбачьи суда были.

- "Сперри" оказался на пути особенно мощной инфразвуковой волны.

- Возможно, Гриша прав, - поддержал его Олег Никаноренко. - И самолет мог от этого же погибнуть.

Я понял, о какой гипотезе они говорили. О ней часто упоминали в последние годы в связи с загадками "Бермудского треугольника" и таинственными происшествиями в других морях. Было известно несколько случаев, когда обнаруживали вполне исправные суда, по каким-то непонятным причинам покинутые командой.

Некоторые ученые высказывали предположение, что причиной таинственных катастроф мог оказаться инфразвук, тот самый "голос моря", неслышимый человеческим ухом, но улавливаемый предсказателем шторма "ИПШиком", которым так гордится Сергей Сергеевич. Мы не слышим инфразвук, но, как выяснилось, он оказывает воздействие на человеческий организм, может вызывать ощущение усталости, тоски, морской болезни, безотчетного страха и тревоги. Может, именно этот страх и заставляет моряков в панике покидать исправные суда? А инфразвук определенной частоты способен ослепить и даже оказаться смертельным...

- Еще академик Шулейкин, разрабатывая теорию возникновения "голоса моря", пришел к выводу, что основное излучение инфразвука идет приблизительно в диапазоне шести герц, - говорил Гриша. - А ведь роковая частота начинается от семи. Очень близкие величины.

16
{"b":"56055","o":1}