ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

И её темные непроницаемые глаза в упор уставились на меня.

- Что ж, вполне возможно, - на всякий случай согласился я. - Да, кстати, у вас есть фотография вашей кузины?

- Да, я её с собой принесла. Так и думала, что вы попросите. - Белинда Микер вытащила из заднего кармана джинсов кожаный бумажник. - Фотография, правда, не новая, ей уже года три-четыре, но Кларисса на ней вышла такая, как всегда. По меньшей мере перед отъездом в Нью-Йорк она так выглядела.

На фотографии, которую передала мне Белинда, передо мной предстала молодая, очень миловидная шатенка с кудряшками, большими голубыми глазами и вздернутым носиком. Смотреть на неё было приятно, хотя улыбка показалась мне натужной, словно женщина слишком долго улыбаясь, дожидаясь, пока фотограф нажмет кнопку.

- Какого она примерно роста и веса, можете сказать? - спросил я.

- С ростом легко - она такая же, как я, пять футов и три дюйма, ответила Белинда. - А вот вес... Что ж, во мне сто двадцать пять фунтов, а Кларисса, пожалуй, потоньше - в ней фунтов сто десять будет. Если, конечно, беременность на неё не повлияла.

Я повертел в руках фотографию.

- Я возьму этот снимок, если вы не против. Потом непременно верну.

- Можете не трудиться, - фыркнула Белинда. - Я уж как-нибудь обойдусь.

- Вы очень рассердитесь, если я задам вам ещё один вопрос, на сей раз уже точно последний? - смиренным тоном спросил я.

Белинда расправила плечи и развела руками.

- Вообще-то я просто пошутила насчет лишнего вопроса. Спрашивайте.

- Ваша мама и тетя Луиза тоже считают, что Кларисса убила Чарльза?

- Об этом речь никогда не заходила, - со вздохом ответила Белинда. По крайней мере - в моем присутствии. Но мне кажется, что они обе о чем-то подозревают. Только рот на замке держат. - Вдруг Белинда встрепенулась. Надеюсь, вы не скажете им, что я к вам приходила? - спросила она. Вид и голос у неё были испуганные.

- Нет, не скажу. И... я очень признателен за ваш приход.

Белинда покачала головой:

- Поверьте, мне нелегко было решиться на этот шаг. Тяжело сознавать, что кто-то из близких тебе людей - убийца. Мне никогда так трудно не приходилось, как сейчас.

С этими словами она повернулась и быстро зашагала к обшарпанному грузовичку. Я хотел сказать ей напоследок хоть что-то ободряющее, но так и не нашел подходящих слов. Кто знает, может, их и не было.

Глава 13

Еще не заглохло вдали дребезжание грузовичка Белинды, как я уже плюхнулся в постель. Проведя в объятиях Морфея свои положенные 510 минут, я проснулся сам, не дожидаясь звонка радиобудильника. Затем, решив воспользоваться советом Долговязого Тома, сел в машину и покатил завтракать в "Старую кастрюлю".

Узкий зал со сводчатыми потолками и кремовыми стенами был заполнен почти доотказа, чему, на мой взгляд, было несколько причин: кофе не уступал лучшим творениям Фрица Бреннера, пышные оладьи проигрывали его же шедеврам лишь едва уловимо, яичница-глазунья выглядела как на картинке, а сосиски были поджарены именно так, как я привык. Сидя на высоком табурете перед стойкой и почитывая Эвансвилловскую газету, я даже подумал было, не поздравить ли шеф-повара, но взамен решил дать лишний доллар на чай официантке, смешливой розовощекой и почти седоголовой женщине по имени Летти, которая ловко сновала между столиками и стойкой, обращаясь на ты к каждому, кроме меня. Впрочем я знал, что стоило бы мне только посидеть здесь денька три кряду, и Летти, завидев меня, радостно кричала бы: "Привет, Арчи, малыш!" и пожимала мне руку повыше локтя или игриво щипала за щеку.

Что ж, ради этого стоило и задержаться в Мерсере.

Из "Гавани путника" я выписался в десять утра, немало разочаровав Долговязого Тома.

- Жаль, что подольше не остались, - прогнусавил он. - В среду открывается наш Весенний фестиваль. Даже нью-йоркцу там будет, на что посмотреть.

Я сказал, что это, несомненно, так, но долг есть долг. Затем, превышая скорость где на десять, а где и на пятнадцать миль, погнал в аэропорт, ухитрившись вскочить в самолет за семь минут до взлета. По пути в Нью-Йорк я то сладко подремывал, то потягивал невкусный кофе, а время от времени даже вспоминал подробности пребывания в цитадели индианского гостеприимства, так и не в силах понять, стоил ли мой визит затраченных денег и времени.

Впрочем ещё до посадки в аэропорту Ла-Гуардиа я пришел к твердому выводу, что да - стоил; при этом я прекрасно понимал, что Ниро Вулф может это мнение и оспорить. Но, как ни крути, мы ведь обзавелись новой подозреваемой - Клариссой Уингфилд! Или нет? Не слишком ли я доверился столь внезапно разоткровенничавшейся Белинде Микер? Да, она казалась вполне искренней, но не перевесила ли её объективность ненависть к кузине? Да и сама Кларисса - точно ли она в Нью-Йорке? И, если да, то как её найти?

Без пяти три, высадившись из такси возле нашего старенького особняка на Западной Тридцать пятой улице, я уже выкинул все эти мысли из головы. Поднявшись на крыльцо и отомкнув дверь своим ключом, я обнаружил, что она заперта изнутри на засов. Фриц открыл после второго звонка.

- Арчи, как я рад, что ты вернулся! - Судя по его тону, можно было подумать, что я отсутствовал не тридцать два часа, а несколько месяцев. Просто ужас, что с нашим лифтом творится! Рабочие пришли вчера утром, буквально через час после твоего отъезда, и они так шумят! Мне-то ничего, но ему-то каково?

Фриц сочувственно покосился в сторону кабинета, а я скинул плащ и повесил его на крючок.

- Ничего, привыкнет, - безжалостно отрезал я, прислушиваясь к визгу электропилы или какого-то иного орудия пытки, который доносился из шахты лифта. - Он поднимался в оранжерею по графику?

Фриц мрачно кивнул:

- Да, как обычно.

- Где-то я читал, что в кризисную минуту в человеке просыпается все лучшее, - изрек я. - Пойду приободрю толстячка, а вещи распакую потом.

Войдя в кабинет, я увидел именно то, что и ожидал: развалившись в своем необъятном кресле, Вулф читал книгу и потягивал пиво. На мой взгляд, тяжкие испытания последних двух дней на нем никак не отразились.

- Не волнуйтесь, на сей раз цитировать Роберта Луиса Стивенсона я не стану, - с места в карьер заявил я, плюхаясь на свой стул. - Фриц доложил, что рабочие ведут себя шумновато. Если такой грохот, как сейчас, стоит все время, то последние два дня вряд ли были самыми праздничными в вашей жизни.

Вулф скривил губы, что означало согласие, и отложил книгу в сторону.

- У тебя все в порядке? - поинтересовался он. - Ты ел?

- В некотором роде, - ответил я. - Завтрак был превосходный, ничего сказать не могу. Что же касается обеда, то, думаю, вы ещё способны припомнить, что представляет из себя угощение, которым потчуют в воздухе авиапассажиров. Словом, я предпочел воздержаться.

Вулф сочувственно кивнул:

- Да. На ужин у нас телячья грудинка, фаршированная зеленым мангольдом.

- Что ж, возражать не стану. Вы готовы выслушать доклад о моих достижениях?

Вулф одним глотком наполовину опорожнил стакан и, откинувшись назад, закрыл глаза; таким образом он, не напрягая голосовых связок, давал мне понять, что я могу приступать. В течение следующих тридцати минут я поведал ему о своих похождениях в Краю гостеприимства, включая незабываемые встречи с Мелвой и Белиндой Микер, Четом Саутуортом, Джиной Маркс и Луизой Уингфилд. Весь мой доклад Вулф выслушал, ни разу не пошевелившись, а когда я закончил - открыл глаза, пригнулся вперед и опустил обе ладони на пресс-папье.

- К поискам мисс Уингфилд мы приступим после того, как ты распакуешь свои вещи, - промолвил он и снова погрузился в книгу.

- Я могу приступить к ним тотчас же, - возразил я. - Мне вовсе не нужно...

- Нет, - остановил меня жестом Вулф. - Ты перенес сильный стресс. Тебе нужно отдохнуть и привести себя в порядок.

Вулф отлично знал, что путешествия меня взбадривают, а вовсе не утомляют, но тем не менее предпочел об этом забыть. Я ведь не раз уже упоминал, что в его глазах любая вылазка за пределы нашего особняка таит в себе едва ли не смертельную угрозу. Путешествие же на самолете он рассматривает примерно так же как полет на Луну.

28
{"b":"56067","o":1}