ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Завтра еще можно достать билет. Надо постоять какой-нибудь час. А вот отдать...

Виктор красноречиво поднял глаза на Леньку. Ленька встал и хлопнул его по плечу.

- Вот что, когда ты будешь зарабатывать, тогда и отдашь. Свои люди сочтемся. Но ты нос опустил? Брось. У тебя еще все впереди! Потом, мне кажется, как только ты займешься делом, вся эта чертовщина вылетит у тебя из головы. Я советую как друг: иди работать!

Виктор закусил губу и. опустил глаза.

- Я готовлюсь, занимаюсь, - произнес он, немного заикаясь. И тихо добавил: - Я же должен обязательно, наверняка поступить в институт, понимаешь? И потом... я не могу и дня жить без нее.

- Понятно, - еще тише ответил Ленька и стал разглядывать свои перепачканные тушью пальцы.

- Ты извини, помешал тебе спать.

- Нет, я еще позанимаюсь.

- Как знаешь... Ну, спасибо. Прощай!

- До свидания...

С лестницы донесся затихающий шум шагов. Затем наступила тишина. Лишь в глубине комнаты мерно тикал будильник.

Ленька неподвижно стоял и смотрел на дверь, как будто видел еще человека, который только что захлопнул ее за собой.

ГЛАВА IX

ДРУЖЕСКИЙ УЖИН

Двадцатого октября в восемь часов вечера у булочной на Арбате произошла знаменательная встреча.

Виктор брел, опустив глаза, и сосредоточенно разглядывал ботинки прохожих. Вадим, наоборот, смотрел куда-то поверх голов. Поэтому нет ничего удивительного в том, что они столкнулись носами. Однако оба товарища были страшно поражены и обрадованы.

- Никак Виктор Михайлович?! - воскликнул Вадим. - Кажется, мы с вами не видались с прошлого вечера. С тех пор вы сильно изменились, похудели и побледнели...

- Как поживает твоя тетушка? - насмешливо спросил Виктор.

- Неужели весь симфонический оркестр увезли в больницу с приступами хронического насморка? - отпарировал Вадим.

Выяснилось, что у тетушки Димка зевал беспрерывно, да так, что испытанные гости жались по углам. Пришлось смыться. У Виктора дело оказалось серьезнее. Он пришел к Нине и застал там Олега. Нина поблагодарила за билеты, но сказала, что уже раньше договорилась идти с Олегом в кино.

- Ну и ты?

- Что я, стекла там буду бить? Не рассказывать же, с каким трудом я достал билеты на этот концерт? Мне оставалось лишь поблагодарить ее за внимание ко мне и пойти продавать билеты. Их вырвали из рук...

- Так. Олега предпочитают тебе?

- Наверно. Но, с другой стороны, тогда бы она мне сразу сказала. Может быть, просто договорились. А у меня же нет прав запрещать ей гулять с кем она хочет. Потом она давно хотела посмотреть "Пармскую обитель".

- Слушай, - предложил Вадим, - у тебя есть грoши, и я наскребу рублей двадцать. Зайдем в какое-нибудь заведение и поговорим в спокойной обстановке о коварстве женщин и наших семейных делах. Мне порядком надоело патрулировать по мокрым улицам.

Виктор ответил, что он с удовольствием набил бы сейчас кому-нибудь морду или учинил где-нибудь дебош. Но так как все это пахнет кодексом, то, пожалуй, предложение Вадима - лучший выход из положения. Тем более, что он сам хочет опрокинуть на кого-нибудь все резервуары своей души.

Они бродили по центру до 10 часов вечера. Долго выбирали, куда идти. Молодые люди понимали, что для вечернего кафе они еще... ну, не очень солидны. Наконец остановились на уютном кафе вблизи улицы Горького.

В дверь они вошли храбро, но оба одновременно подумали: а вдруг не пустят? Так оно и получилось.

Приторный швейцар вежливо заметил: "Мест нет". - "Подождем", - ответил Виктор, раздеваясь, а Вадим зачем-то сказал товарищу: "Эх, мой старый армейский плащ... сколько лет, сколько зим..." На плаще были военные пуговицы, и Вадима могли принять за демобилизованного, набавив ему таким образом года три-четыре.

В центре освободился столик. Они сели.

Кафе было довольно чистенькое, с колоннами в середине зала и без всяких вызывающих росписей на стенах и на потолке.

За их столик сел прилично одетый блондин с университетским значком на пиджаке, с длинным горбатым носом, худыми щеками и ехидными глазами.

Этот великолепный образец "третьего лишнего" испортил весь интимный разговор. Пришлось Вадиму во второй раз рассказывать, как он удрал от тетки.

Сосед, пока не подали, от нечего делать стал вынимать паспорт, записную книжку и что-то долго там рассматривать. Потом, как и всякий "третий лишний", он сидел очень долго, солидно молчал, ел макароны с мясом и пил целый час двести грамм вина. Но все разговоры ребят он, конечно, слышал, хотя пытался делать безучастный вид, исключая те моменты, когда Виктор обращал внимание Вадима на посетительниц кафе. Из них хорошенькой и, главное, молоденькой была только одна. Увидя ее, Виктор предложил товарищу повернуть свой "циферблат" на соседний столик. Вадим и блондин повернули головы одновременно.

- Это в твоем стиле, - сказал Виктор Вадиму.

Вадим понес дикую чушь о своем отношении к девушкам. Чушь потому, что он излагал взгляды старых развратников, а сам в этих вопросах был чист и невинен, как младенец.

...Дальше все пошло, как в бреду. Виктор только помнил, что ждать новых блюд пришлось долго, что официантка несколько раз, разговаривая с Вадимом, называла его очень осторожно: "Юноша", - пытаясь, очевидно, намекнуть на его молодость. Было душно. Виктору стало противно находиться среди потных, красных физиономий своих соседей. Особенно ему запомнилась одна пара. Молодой, но уже плешивый мужчина, сидя у крайнего столика с некрасивой дамой, ел, жадно прихлебывая и озираясь, будто боясь, что у него отнимут...

Лицо Вадима покрылось пятнами, а сам Виктор ни за что не решился бы посмотреть на себя в зеркало...

Виктор заказал еще вина. Сосед ушел, а на его место тут же сел небольшого роста старичок, лица которого Виктор не запомнил.

Вадим уже не обращал на него внимания и рассказывал про знакомых девушек. Виктор сначала молча слушал, а потом сам стал пороть какую-то чепуху.

Вино разлили в рюмки. Виктор механически посмотрел влево, на соседний столик, который раньше занимал лысый дядька с дамой необъятных размеров...

Его как будто ударили, кровь прилила к лицу. За столиком сидели Олег в своем белом шикарном пиджаке и Нина.

Они не смотрели в сторону друзей, но Виктор почувствовал, что его уже видели.

Казалось, взоры всех присутствующих обратились на нее. Даже плешивый мужчина, сидящий около стенки, уставился на Нину, перестав жевать.

...Такой она и запомнилась Виктору: бледная, с большими, широко раскрытыми глазами, с чуть насмешливой улыбкой, склонившаяся к белому плечу Олега...

Кошмарного ничего не произошло. Они кивнули друг другу головой, Виктор встал и вывел шатающегося Димку.

...Димка шел по улице, спотыкался и пытался петь песни. Виктор был абсолютно трезв.

* * *

- Олег предложил мне пойти поужинать. Отказаться было неудобно. А тебе не стоит пить.

Вот и все, что сказала ему Нина на следующий день после их встречи в кафе.

9
{"b":"56083","o":1}