ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– А полным набором, - с затаенной болью улыбнулась вельда, - обладают только ары. Мы регенерируем, обладаем редкостной силой, невероятным здоровьем и недюжинными способностями к лечению других. А ещё мы - абсолютные оборотни.

Назревал вопрос "что такое абсолютные оборотни", но он мог и подождать.

– Грида, а сколько вы живете? - вырвалось у меня, хотя в глубине души я понимала, что ни одна из нас не захочет услышать этот ответ.

– Тридцать лет, - глухо ответила женщина… девушка.

У меня потемнело в глазах. Йыр побери, да что же это такое творится?!! Какого лешего эти Храмы позволяют себе такое?!!

– И это только из-за Льет. Не знаю, каким образом, но они словно призывают на нас благословение. Без них мы бы и десятка лет не жили. Тело, не болея, не ранясь, катастрофически быстро стареет и умирает.

– А что значит абсолютный оборотень? - машинально спросила я, всё ещё не оправившись от предыдущего ответа.

Грида рассмеялась:

– О, этого не объяснишь! Это надо показывать.

Она как-то неуловимо взмахнула тонкими руками - и передо мной оказался совсем другой человек.

Вьющиеся тонкие волосы превратились в толстые ровные косы, лежащие по обе стороны пышной груди, тонкие, почти девичьи руки загрубели и раздались в запястьях, открытый лоб стал гораздо выше и шире ("Быков бить!" - говаривала одна моя знакомая, завидя женщину с таким лбом). Ещё одно суетливое движение - и уже рыжеватые пряди пышной гривой усыпали плечи, тонкие нервные пальцы оказались украшены длинными - почти как мои - ногтями, тонкий нос аристократически морщился, вдыхая запах однозначно подгорающей картошки. Только глаза - яркие, выразительные васильковые глаза оставались такими же, как бы не менялась остальная внешность.

– Ничего себе! - пораженно присвистнула я. - Вот бы мне так: без косметики, гребня и прочих женских штучек!!!

Картошку мы спасли общими усилиями, выловив её из масла в последний момент: ещё чуть-чуть - и остались бы одни угольки. Грида, явно довольная произведенным эффектом, весело щебетала, поясняя:

– Точно так же и с любым звериным обликом: могу быть серой волчицей, могу рыжеватой или серебристой - по настроению!

– А вы в зверином облике - разговариваете?

– Спрашиваешь! - возмутилась Грида. - Ещё как! И имен у нас много: для каждой человеческой ипостаси. Но сокращаются они обычно к одному: например, Грида - Ригридьет, Гридьятта, Гридента - и так далее, до бесконечности.

Я задумчиво кромсала ножом мягкие листья салата, пытаясь поймать за хвост какую-то упрямо крутившуюся в подсознании мысль. Мысль язвительно ускользала, дразня блестящим оперением.

– А жрецы?

– А жрецы обитают в святилище, и поэтому живут гораздо дольше, нежели мы, - равнодушно пожала плечами Грида. - Правда, понятия не имею, чем они там занимаются и что в них такого особенного, но нас воспитывают в уважении к ним. Это они некогда провозгласили приход ринды, которая якобы должна спасти наш мир от такой вот полужизни-полусмерти. Вот только я сильно сомневаюсь, что его вообще можно спасти. Гнев Змия слишком силен, а Льеттиа, как ни крути, не вернешь.

– Ты тоже знаешь про Льеттиа? Это же апокрифический текст.

– Да, - просто согласилась вельда. - Апокрифический, конечно. Но только эту легенду знают все в округе и все, кстати, в неё верят, а вот Книгу Змия не сподобилась прочитать и половина аров - что уж говорить о виттах или кощунцах? Я, например, и то не читала.

Хм…

– А чем таким знамениты виттары?

Грида настороженно прищурилась, осторожно поинтересовалась:

– А откуда ты знаешь про виттаров?

Я как можно простодушнее пожала плечами:

– Жрец рассказал.

– А, - успокоилась ара. - Виттары - это наше секретное оружие. Про них мало кто знает даже среди вельдов, куда уж там за пределами Авалоры. Они - нечто среднее между виттами и арами. Живут долго, бесконечно, кажется, долго. Могут уходить на другие Ветки, но при этом не теряют своих способностей и остаются абсолютными оборотнями. Понятия не имею, для чего их используют жрецы, но, думаю, этого мне никогда уже и не узнать. Иньярра? С тобой всё нормально?

Остаются абсолютными оборотнями.

Меняют во внешности всё, кроме глаз.

Ярко-васильковых, широко и любопытно распахнутых.

Или темно-изумрудных, странных, бездонных, как пропасть, с золотистыми искрами в глубине зрачка…

"И имен у нас много… но сокращаются они обычно к одному"

– Грида…

– Что? - услужливо откликнулась ара, удивленно разглядывающая мое застывшее в маске нечеловеческого ужаса лицо.

– А сколько на Авалоре дают за убийство?..

* * *

Что-то было не так. И ох как не так.

Это он понял ещё с самого начала, когда звонко плюхнул на порог полное ведро, звучно причитая на весь двор:

– А вот каму вада?! Каму вада чистая, целебная, всякую хворь почище трав снимает!! Сам час из лужи цедил!!!

А в ответ вместо циничного голоса Иньярры получил только короткое от Гриды:

– На кухню неси. Тоже мне, шутник.

Ведьма безмолвно накрывала на стол, даже не обернувшись на стук шагов, когда он вошел. Попытка шутливо обрызгать её мокрыми руками тоже успехом не увенчалась: она не глядя и не возмущаясь, поставила стеклянный блок, по которому капли тихо стекли на пол.

Виттар пожал плечами и оставил бесплодные попытки. Леший её поймет. Может, устала. Поди-ка вот так полдня поскачи по горам, а потом ещё и упади с обрыва. Она же не мужчина и даже не вельда. Больше думать о девушке надо, виттар, больше.

– К столу! - певуче позвала ара, плюхнув на середину столешницы блюдо с поджаренным мясом и горкой картошки.

– Ура! - ослепительно улыбнулся вельд. Ведьма всё так же молча подсела с краю. - Положить тебе салат?

– Нет, спасибо, - ровно ответила она. - Я сама.

Странно. Вроде бы и не обиделась: разговаривает же. Ладно, разберемся. Хотя, как говорится, на свете нельзя сделать трех вещей: выпить бочонок вина, съесть быка и понять женщину. Надорвешься. А ведь так хочется хотя бы попытаться!

– Кстати, - пробурчал Арлирриг с набитым ртом, обращаясь к Гриде. - Что там за школу новую в конце селения поставили? На неё же леший знает сколько лет деньги копили - и без толку.

130
{"b":"56110","o":1}