ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В этой же комнате пахло так, словно здесь сожгли не одну-единственную веточку, а целый веник!

Впрочем, у факта было очень простое объяснение: стоило только перефокусировать глаза на "кошачий" взгляд, как сразу стало видно, что в одном помещении собрались сразу несколько травников, работающих в условиях жесткой конкуренции: постоянном присмотре за собственными снадобьями и непрекращающимися попытками плюнуть в ступку соседа.

При виде меня тетка лет этак пятидесяти с явным сожалением оторвалась от вышеупомянутого занятия и подхватила потенциальную клиентку под локоток, жарко зашептав на ухо:

– Чего, милка, хотела? Хошь, приворотное зелье продам, самое, что ни на есть, действенное?! Ей-Хранящие, я с ним всю жизнь не меньше, чем с тремя мужиками крутила!

– Нет, спасибо, сама как-то справляюсь, - я аккуратно вытащила руку из цепких клешней торговки, скривившись при упоминании о Хранящих, как королевский отравитель при виде мясницкого топора.

Тетка, не растерявшись, суетливо забежала за свой прилавок и, достав чуть ли не из кармана баночку крайне сомнительного вида, стала совать её мне под нос:

– А вот, смотри, отличное средство от запора!

Банка пахла поза-поза-поза-поза-позапрошлогодним сеном. Причем однажды пожеванным буренкой, но выплюнутым, ибо он не соответствовал вкусовым качествам еды. По крайней мере, от корову это средство от запора однажды спасло…

– Нет, спасибо!

– Ну так глянь вот это! - очередной бутылек, вытащенный из-под полы, радовал паутиной на крышке и подозрительным болотно-коричневым цветом содержимого. - Все морщины враз разгладишь, будто утюгом по ткани!

Я, содрогнувшись от садистского сравнения и праведного возмущения (в свои восемьдесят два я искренне считала, что в подобных вещах не нуждаюсь!), хищно прищурилась, перегнувшись через прилавок, наклонилась прямо к огромному уху торговки (от волос пахло дешевыми, значительно разбавленными духами), ехидно прошептала:

– А что, неужели оно такое дорогое, что вы даже саму себя не в силах им побаловать? Или вы уже безнадежны?

И, не дожидаясь, пока разевающая рот от переполнявшего её гнева торговка придумает что-нибудь в ответ, отошла от прилавка.

Заспиртованные в стеклянных банках змеи меня не впечатлили, весьма посредственные чучела ворон с запыленными крыльями и повыдерганными перьями - тоже. Одним словом, обычная лавка. Но неужели здесь нет ни одного настоящего травника?

Есть. Причем не просто травник, а Слышащий. Вот его-то мне и надо.

Старичок в дальнем углу комнаты удивленно поднял карие глаза, когда я подошла и негромко хмыкнула над его плечом.

– Вам что-то угодно?

– Угодно, - улыбнулась я, чуть наклонив голову и пристально разглядывая выставленные на покрытом чистым отрезом хлопка столе бутылочки. - Настойку женьшеня, толченый корень белоцвета и листья ринницы.

Слышащий внимательно присмотрелся к странной покупательнице и вдруг сказал:

– Вам лучше обратиться к кому-нибудь из них, - широкий жест в сторону конкурентов. - Мои цены на порядок выше.

– Знаю. И верю, что ва?ши травы того стоят. - Искра, проскочившая между выбивающими дробь по столу пальцами, наконец-то прояснила травнику, кто перед ним и почему этот кто-то готов заплатить столько, сколько потребуется, чтобы заполучить настоящие травы, а не перетертую в пыль траву.

Травник улыбнулся, в глазах промелькнула хитринка:

– Так что вы хотели? Повторите, пожалуйста…

– Женьшень на спирту, корень белоцвета и ринницу, - послушно напомнила я.

Травник отошел, завозился с мешочками:

– А женьшень вам, не подскажете, для чего?

– Подскажу, - усмехнулась я. - Иммунитет повышать.

– ВАМ? - удивленно вскинул глаза травник. И тут же смущенно пояснил: - В смысле, что некоторые особенности организма, как я слышал… и вы ещё так молоды…

– Зато здоровье ни к йыру, - пожала плечами я. - Да и потом, с нашей сквирьфовой работой год за два считать надо!

Ясно, - улыбнулся травник, возвращаясь к прилавку с двумя бутылочками темного стекла и парой мешочков. - В дополнение к женьшеню для таких целей могу посоветовать экстракт релови.

– Давайте, - кивнула я.

– Итак, сколько же трав вам нужно?

– Ммм… Пожалуй, лот белоцвета и пару золотников ринницы, - решилась я.

– Хорошо, - флегматично кивнул Слышащий, отмеряя на весах чуточку больше того и другого… - Ещё что-нибудь?

– Нет, спасибо. Сколько с меня?

– Три сантэра…

Я с сомнением оглядела настойки и травы: редкий, цветущий только неделю в году, белоцвет, дорогущую ринницу… И молча, словно в порядке вещей, выложила на стол семь монет. Его "конкуренты" с меня за труху больше бы содрали…

Молчаливый договор завершился: травник убрал деньги со стола, открыто пододвинув к моим покупкам небольшую баночку с плотно притертой крышкой. Поднял глаза, пробежался по моей одежде, широкому каменному браслету, перехватившему запястье, и усмехнулся:

– Янтарь… К лицу ли горечь мудрости столь молодой девушке?

Я невесело усмехнулась и наклонилась близко-близко к его лицу:

– Те, кто так решил, умерли ещё во младенчестве. Спасибо.

– Помоги вам Хранящие, - привычно благословил на прощание старик.

– Да уж постараюсь! - пробурчала я себе под нос.

Сгребла в кошель на поясе все покупки и, благодарно кивнув, вышла.

* * *

Фонтан - это удивительное произведение искусства!

За свою недолгую жизнь я успела перевидать никак не меньше сотни фонтанов! От конусообразных нагромождений камней под самое небо, между которыми брызжут струйки, расцвечивающие всё вокруг сотнями маленьких радуг, до миниатюрных эльфиек, льющих неиссякающий поток воды из маленького (но, по логике архитекторов, - бездонного) кувшинчика. От прямых струй, взрывающих темную зеркальную поверхность, до шутих, обливающих тебя в самый неподходящий момент водой, взявшейся просто из-под земли! От добрых чародеек (ха-ха и ещё раз хи!), одаривающих живительной влагой всех страждущих, до совсем уж непристойных плюющихся русалок и мальчиков, исторгающих воду из самых неподходящих мест.

Фонтаны - это место бурной общественной жизни! У фонтанов ругаются насмерть и мирятся навсегда, встречают любовь всей жизни и расстаются навек, женятся и разводятся, приносят кровные клятвы друзья и расплевываются враги, пишут величайшие произведения ве?ка и топятся, но чуть позже, когда "век" пресловутые произведения не оценит (потом потомки найдут, прочитают и зальются слезами раскаяния), прощают великие обиды и вынашивают планы жестокой мести, разжигают конфликты кровопролитных войн и заключают мирные договоры, разрабатывают планы государственных переворотов и просто пускают по воде бумажные кораблики!

15
{"b":"56110","o":1}