ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Я надел продезинфицированные резиновые перчатки и осторожно заправил вывалившиеся наружу кишки обратно в тело императрицы. С ее кончины прошло почти семь десятков лет, а внутренности были в целости и сохранности, без дефектов, мягкие и эластичные, как у живого человека.

Когда моя рука ощупывала внутренности в теле императрицы, ощущение было такое же, как при обычной внутриполостной операции после вскрытия живота скальпелем. Я тотчас же вооружился иглой и наложил шов на резаную рану на животе.

Я набрался смелости и поднял тело императрицы. Совершенно отсутствовало ощущение одеревенения трупа. Тело императрицы было мягким и эластичным, кожа обладала упругостью, ее можно было посадить под углом в 90 градусов совершенно прямо, суставы сохраняли подвижность.

Если бы не пониженная температура тела императрицы, я не смог бы поверить, что она мертва. А в то, что она умерла много лет назад, я все еще не мог поверить.

Отойдя от тела, я начал осматривать подземный дворец. В него просачивалась вода, никакой герметичности здесь не было; воздух хотя и слабо, но проникал, не было принято и никаких мер против гниения и разложения, так что можно утверждать, что условия в подземном дворце не имели непосредственного отношения к нетленности тела императрицы. Вскоре были обнаружены останки императора Тунчжи, обратившиеся в груду костей.

Согласно историческим сведениям, император Тунчжи и императрица умерли один за другим в течение одного месяца. Оба они умерли молодыми, в цветущем возрасте двадцати с небольшим лет и были похоронены вместе. Тела их сохранялись в совершенно одинаковых условиях. Почему же результат оказался таким различным? Сколько я ни думал, найти ответ на этот вопрос я не смог.

23 октября Сегодня мы отбываем в Шанхай. Скверная здесь обстановка. Вокруг бесчинствуют банды, а так называемая охрана из полицейских думает только о том, как бы самим «стащить барашка»; к тому же усиленно циркулируют слухи, будто Восьмая армия вот-вот войдет в Дунлин истреблять бандитов. Здесь никак нельзя оставаться дольше. Невозможно оставлять тело императрицы в подземном дворце. Ее совершенно необходимо переправить в Шанхай и поместить в лабораторию для дальнейших исследований, чтобы разгадать все загадки. За большие деньги нанял рабочих. Я заказал легкий гроб, поместил в него тело императрицы, потом гроб опечатал. Отправлю его на грузовике до Тяньцзиня, а оттуда на поезде повезу в Шанхай.

25 октября Путешествие было трудным. Теперь уже вечер, я еду в поезде. Нами заказано отдельное купе. Гробе драгоценным нефритом – телом императрицы – стоит рядом со мной. В поезде сильно трясет. Но уже скоро будем в Шанхае. У вагонного окна я предавался раздумьям. Если мы сможем разгадать тайну нетленности императрицы, то в судьбах человечества могут произойти колоссальные перемены. Может быть, нам в будущем уже не понадобятся могилы; умершие дорогие нам близкие люди будут храниться вечно в прижизненном облике, будут всегда вместе с нами, а не только в нашей памяти.

Когда мы видим положение во гроб родных нам умерших, когда видим погребение – как же велика наша скорбь вечной разлуки! Каждый изнас пережил и носит в душе эту рану. Так может статься, что когда мы совершим новые открытия, смерть больше не будет ужасна. Смерть станет возвращением домой, и мы, подобно Чжуан-цзы, будем бить в гонги и барабаны, петь песни.[3] Ведь смерть есть вечная жизнь. Когда эта мысль так внезапно осенила меня, я посмотрел на стоящий рядом гроб, и у меня началось учащенное сердцебиение.

26октября Поскольку моя лаборатория расположена в здании европейской постройки, и здесь, кроме нас, разместились многочисленные правительственные учреждения, мне ради сохранения секретности пришлось поместить драгоценный нефрит тела императрицы в стеклянный гроб и поставить его в подвал, чтобы температурные условия и влажность соответствовали атмосфере подземного дворца и погребальной залы.

В подвале мы провели первичное обследование трупа, в результате коего полностью подтвердилось мое заключение, что драгоценный нефрит тела императрицы сохранился в целости и без дефектов. Я решил предпринять второй шаг, а именно вскрытие, но когда я стал писать план вскрытия, то вдруг остановился. По-моему, вскрытие делать не следовало, хотя, если рассуждать с чисто научной точки зрения, вскрытие трупа – самая эффективная манипуляция при проведении исследований. Однако передо мной была красавица императрица, совершенство без изъянов. Да, она лежала передо мной в красоте совершенства, и даже вспоротая рана на животе чудесным образом срослась!

Если я теперь возьмусь за скальпель и снова вскрою ей живот и грудную клетку, то, неизвестно почему, это представилось моему воображению настоящим преступлением. Занимаясь медицинской практикой, мне доводилось вскрывать трупы несчетное множество раз. Вскрыть у трупа грудь или живот было для меня легким и привычным делом, как хлопнуть в ладоши или откушать домашнюю стряпню. Но на нефритовое тело императрицы у меня не поднялась рука. А все потому, что для меня она не была покойницей; она лежала передо мной как спящая красавица. Мог ли я вскрывать спящего человека? Это было мгновение, когда я испытал мучительное страдание. В конце концов я подписал протокол обследования трупа: женский труп не подлежал вскрытию.

27 октября Сегодня вторичное обследование, результаты идентичны вчерашним данным.

28 октября

Третье обследование. Новых открытий нет. С 16 октября по сегодняшний день прошло уже двенадцать суток. Все эти дни никто не проводил с нефритовым телом императрицы никаких противогнилостных мероприятий, чтобы сохранить ее изначальный вид.

Прежде у меня была гипотеза: не мог ли какой-нибудь доброжелатель обнажить тело только что умершей женщины и подкинуть его в подземный дворец, чтобы выдать труп за покойную императрицу и обмануть нас? Теперь я убежден, что такое просто невозможно. Даже если посчитать, что смерть наступила 16-го числа, то к сегодняшнему дню при наилучшем сохранении трупа должны были произойти деформации.

Сейчас нефритовое тело императрицы было точь-в-точь таким же, каким я увидел его двенадцать дней назад. Если не считать зарубцевавшейся раны на животе, что было абсолютным чудом. Прежде я не верил в чудеса, а теперь поверил. Пусть мы сейчас не способны объяснить их, но настанет день, и мы сможем дать им научное объяснение.

29 октября

Нет записей, только указана дата.

30 октября

Нет записей, только указана дата.

31 октября

Нет записей, только указана дата.

1 ноября

Сегодня надо представить официальный отчет. Не знаю, что мне писать. Мой кабинет принадлежит правительству. Чинуши из нанкинского правительства не придают значения таким отчетам; хорошо, если его вообще прочитают. Никто из них этому не поверит. Все эти дни моей душой владеет особое настроение, когда я подхожу к нефритовому телу императрицы.

2 ноября

Сегодня умер мой способный помощник Ян Цзысу. Его смерть чрезвычайно удивительна и необычна: он сам себя удавил руками до смерти. Такой смерти я никогда прежде не видывал, поскольку при недостатке воздуха у людей слабеют руки. Вчера вечером он дежурил в кабинете, а сегодня утром, когда я вошел в подвал, где покоится нефритовое тело императрицы, я обнаружил его уже бездыханным. Полагаю, что смерть наступила после полуночи – от ноля часов до половины первого. У него вытаращены глаза, труп страшен до ужаса, словно он сам не понимал, почему умирает. Взгляд Ян Цзысу был направлен на покоящееся в стеклянном гробу нефритовое тело императрицы. Я посмотрел на его глаза, потом на спокойно спящую императрицу, и мою душу внезапно поразил страх.

вернуться

3

Согласно древней китайской легенде, мудрец и философ Чжуан-цзы, похоронив свою мать, бил в барабаны и пел песни – он не скорбел, а радовался: «Мама отмучилась, ей теперь хорошо!». Такое поведение абсолютно не типично для китайцев, проявляющих великую печаль по поводу смерти близких. (Прим. перев.)

27
{"b":"5613","o":1}