ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Высший пилотаж на "кобре" требовал от летчика точной координации. Малейшая небрежность на глубоком вираже, боевом развороте или в верхней точке петли - и самолет срывался в штопор, а зачастую входил и в плоский штопор. Это было одним из главных его недостатков.

...В один из дней напряженной летной работы к нам в 84-й полк прилетел По-2. Из него вышел коренастый капитан со звездой Героя Советского Союза на груди. Это был П. П. Крюков из 16-го гвардейского авиаполка.

- Где командир? - спросил он нас. Мы ответили, что подполковник Павликов в воздухе. Скоро сядет.

- Хорошо. Подождем!

Крюков оказался общительным, словоохотливым человеком. Интересовался, давно ли мы летаем на новой машине, какие упражнения выполняем, имеет ли кто на своем счету сбитые самолеты.

После встречи с командиром полка, перед отлетом, капитан Крюков снова подошел к нам и многозначительно подмигнул:

- До скорой встречи!

Мы стали ждать перевода в 16-й гвардейский полк. Разумеется, это ожидание не было пассивным: мы как никогда готовились к боевым действиям.

Кто из нас не знал имен Вадима Фадеева, Григория Речкалова, Аркадия Федорова, Александра Покрышкина?.. Слава о них гремела по всему фронту. И вот нам предстоит служить вместе, рядом с этими легендарными людьми!

Виктор Жердев - человек веселый и находчивый, успокаивал нас:

- Ничего, орлы! Тоже, чай, не лыком шиты! С немцами не раз встречались, да еще на "ишачке", живы-здоровы остались, а кое-кто и "мессеров" сбивал. И в гвардейском будем воевать как надо...

1 июня 1943 года - памятный в нашей жизни день. Снова прилетел капитан Крюков, и в этот же день вечером наша группа истребителей приземлилась на аэродроме у станицы Поповическая.

Там нас встречали командир дивизии полковник И. Дзусов, командир 16-го гвардейского полка подполковник Исаев и командир полка подполковник Погребной. Комиссар дивизии познакомился с каждым из нас, приветливо пожал каждому руку.

В это время над аэродромом появилась шестерка истребителей.

- Чья? - спросил Дзусов у командира полка.

- Капитана Покрышкина. Возвращается с задания. Вскоре и сами летчики подъехали к землянке, выпрыгнули из грузовика и направились к нам.

Старший группы доложил командиру дивизии о том, что группа успешно выполнила задачу по прикрытию переднего края и вела бой с восьмеркой "мессеров". Один самолет противника сбит. Группа потерь не имеет.

- Кто сбил самолет?

- Старший лейтенант Старчиков, - ответил капитан Покрышкин.

- Хорошо! Пусть люди идут отдыхать, а к тебе, товарищ Покрышкин, пополнение прибыло. Летчики, хотя и молодые, но имеют уже боевой опыт. На наших самолетах еще не воевали. Так что принимай и учи по своей системе. Повернувшись к нам, комдив сказал:

- Капитан Покрышкин, начальник воздушно-стрелковой службы, опытный мастер воздушного боя, у него есть чему поучиться. Словом, как говорится, прошу любить и жаловать!

Дзусов уехал, и остались мы наедине с нашим новым командиром.

Перед нами, отставив левую ногу вперед и чуть в сторону, делая упор на правую, стоял капитан Покрышкин. В шлемофоне, из-под которого выбивалась прядь русых волос, стройный, широкоплечий, с суровым пронизывающим взглядом серых глаз. Большие пальцы рук заложены за поясной ремень, туго перепоясывающий гимнастерку. Он, как нам показалось, довольно долго и внимательно рассматривал нас, словно оценивая, какие бойцы из нас выйдут. Наконец, произнес:

- Значит, имеете боевой опыт? На каких самолетах до этого воевали?

Ответили по-разному. Одни - на "чайках" и И-16, другие - только на И-16. Выполняли разведку, штурмовку.

Покрышкин подошел вплотную к строю и стал знакомиться с каждым из нас.

Мы представлялись:

- Младший лейтенант Жердев!

- Старший лейтенант Клубов!

Затем Покрышкин кратко рассказал нам историю полка, за что ему присвоено гвардейское звание, о том, что полк воюет с первого дня и за это время вогнал в землю не один десяток гитлеровских асов.

Поговорив с нами, капитан Покрышкин распорядился:

- Пока размещайтесь, осваивайтесь, отдыхайте! Вой-па слабых не любит.

Еще не начался рассвет, а в помещении, где мы расположились, дневальный скомандовал:

- Подъем!

Мы спали чутко; ведь сколько событий произошло за истекшие сутки, и каждый переживал их по-своему! Чтобы не опоздать и не оказаться в числе нерадивых, наспех умылись, оделись и один за другим вышли на улицу. Из соседних домов тоже выходили летчики, офицеры штаба. Вскоре послышался шум приближающейся автомашины. Из переулка вынырнул грузовой "ЗИС" и лихо подкатил к нашему дому. Затормозил, фыркнул и, содрогаясь всем корпусом, замер.

- О, ребята! Смотрите, совсем как наша "коломбина"! - сказал кто-то из летчиков, и все засмеялись, вспомнив свою аэродромную "полуторку". Шофер молодой солдатик с пышным сивым чубом и в невесть как державшейся на голове пилотке вытолкнул плечом дверь кабины, спрыгнул на землю, опасливо потрогал рукой горячую пробку радиатора и, изловчившись, сорвал ее с горловины. Клубы пара гигантским султаном вырвались кверху.

- Вот дает!

- Хорош паровоз!

Водитель, не обращая никакого внимания на шуточки, схватил в кузове ведро и быстро зашагал к колодцу. В это время к машине подходили летчики и молча один за другим забирались в кузов. Залезли в машину и мы.

...На аэродроме вовсю кипела работа. Диву даешься, когда же техники спят? Вместе с механиками и оружейниками они уже готовили самолеты к боевым вылетам.

Наш "ЗИС" остановился у одной из землянок. Из нее вышел дежурный и прокричал:

- Комэски, к командиру! Срочно!

Трое из приехавших летчиков первыми соскочили с машины и поспешили в землянку. Среди комэсков выделялся почти двухметрового роста летчик с аккуратно подстриженной окладистой бородой. Это был капитан Вадим Фадеев. Как позже мы узнали, любимец полка.

Убедившись, что больше пока никто не нужен, гвардейцы направились в землянку и, расположившись на нарах, стали "добирать" отдых.

Все это нас удивило: сони какие-то, а не летчики! Но мы не спешили делиться мнением об этом и правильно сделали. Вскоре мы узнали, какую титаническую работу выполняли они за день - по 5-6 вылетов, и все - с боями!

Уже через полчаса Вадим Фадеев расталкивал свою "пятерку" летчиков и на ходу ставил им задачу.

Вот, уже замаячили на плоскостях фигуры летчиков, засуетились около самолетов техники.

Багровый край кубанского солнца лениво поднимался из-за горизонта. В первых лучах его один за другим взмывали в небо истребители группы капитана Фадеева.

В тот день мы много раз поднимали к небу взор, наблюдая, как уходят и приходят самолеты гвардейцев. Да, пульс боевой жизни чувствовался во всем. Нам тоже не дали времени на раскачку. В первый день старший техник лейтенант Лытаев знакомил нас с радиооборудованием, а затем с инженером полка Копыловым мы занимались по материальной части самолета и оборудования.

На второй день нам зачитали приказ о закреплении самолетов за каждым из нас. Все самолеты были новые и нам было все равно кому какой попадет. За мною закрепили самолет под номером девятнадцать. К нему я и направился. Подойдя, увидел, что это та самая машина, на которой я прилетел в полк. Возле самолета стоял небольшого роста старший техник-лейтенант. На траве неподалеку лежал комбинезон. Видно, техник не успел его надеть,

- Старший сержант Голубев. Назначен к вам командиром экипажа, представился я.

На лице техника удивление, в зеленоватых глазах недоверие:

- Голубев?

- Ну да, Голубев Георгий. А что?

- Да ничего, так! Был у меня до вас летчик, тоже Голубев. Только лейтенант. Сбили его...

В голосе техника послышалось беспокойство. Дескать, был поопытнее и то не вернулся.

- Попробую, чтобы меня не сбили, - ответил я.

Он улыбнулся и протянул мне руку.

Так произошла встреча и знакомство со старшим техником-лейтенантом Павлом Уховым, ставшим впоследствии моим верным другом и помощником.

13
{"b":"56131","o":1}