ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но теперь де-факто встал вопрос о ненужности вообще "альтернативной дипломатии". Любое государство Азии и Африки не находится в такой привязке к решениям структур типа Лиги арабских стран или подобных региональных объединений, и может действовать в соответствии с нормами открытой дипломатии. Египет подал пример, сейчас идут - хотя затормозились со смертью Хафеза Асада, - важные переговоры с Сирией. Арафатовские палестинцы устраивают очередную кампанию "протеста", Ирак обучает "добровольцев" в помощь "палестинским братьям", но фактически сняты основные препятствия для дипломатического процесса. Те же страны, которые не хотят идти по "нормальному" пути, по-настоящему не представляют интереса для государственного сотрудничества; получается так, что оно происходит не в интересах Израиля как государства, а в интересах тех или иных групп внутри него (прежде всего "Торговцев смертью") и в интересах самих стран, не идущих на официальное сотрудничество.

Но что это за страны? Фактически без исключений, это те, к кому применены сдерживающие меры мировым сообществом. Режимы, находящиеся в состоянии острых конфликтов с соседями, очень грубо нарушающие права и свободы в отношении своих граждан и так далее, - и те "трудности", которые они испытывают, добиваясь секретной поддержки и помощи от Израиля, однозначно вызваны воздействием на них "защитной реакции" мирового сообщества.

Вступая же в контакт с самыми опасными и неприглядными режимами, помогая им приобретать современное оружие в обход санкций, оказывая им серьезную помощь в становлении и совершенствовании служб безопасности и контрпартизанской борьбе, Израиль тем самым фактически оказывается в одном ряду с ними. Военно-промышленному комплексу государства и дилерам оружейного бизнеса, несомненно, выгодна и продажа оружия отечественного производства, - хоть куда, лишь бы побольше, - и посредничество в продаже, скажем, китайского или северокорейского оружия и военной техники. Но действительным интересам государства это уже очевидно наносит ущерб.

Но к этой стороне мы ещё вернемся. Сейчас представляется важным отметить, что все, связанное с "обычным" оружием, все-таки подчинялось стратегическому замыслу, в известной мере парадигме существования Израиля.

Часть 5. Оружие Судного Дня.

Наиболее отчетливо концептуальное решение было выражено в словах Моше Даяна, одного из самых ярких персонажей современной израильской истории.

Биографическая справка.

Моше Даян, выходец из семьи "ашкинази", переселенцев из Восточной Европы. Член Хаганы. Участвовал в совместных операциях с войсками де Голлевской "Свободной Франции". В бою у реки Литании был тяжело ранен в голову и лишился глаза. Повреждения были таковы, что молодой солдат некоторое время был парализован; повреждения лицевых костей не позволили протезировать глаз и он всю оставшуюся жизнь носил черную повязку.

К работе в ШАИ его привлек в 1941 году Рувен Шилой - первое профессиональное задание состояло в подготовке сети явочных квартир на случай новой оккупации Палестины и подготовке радистов-парашютистов. Вскоре состояние здоровья (и неукротимая воля, которая заставляла преодолевать физические недуги) позволила вернуться к непосредственно военной службе, которую Даян успешно совмещал, при необходимости, с разведработой. Так, сразу же после войны 1948 года он был спутником и помощником Шилоя, Голды Меир и Моше Шаретта в тайных сепаратных переговорах с Абдаллахом ибн-Хашеми. К средине пятидесятых он уже стал начальником генерального штаба израильской армии, затем, непосредственно перед войной 1967 года, министром обороны. В тайных миссиях участвовал и в последующие годы - об этом мы ещё расскажем в свое время.

Хороший стратег и компетентный государственный деятель, генерал Моше Даян в ядерном оружии видел мощное средство сдерживания арабов, избавляющее Израиль от необходимости "иметь танк в каждом дворе". Содержание большой армии, понимал этот кадровый военный, непременно привело бы государство к банкротству. "Нам нужна небольшая профессиональная армия, эффективная и недорогая, способная обеспечить текущие проблемы безопасности и ведение ограниченных кампаний, и обладающая ядерным оружием на случай полной конфронтации. В противном случае мы скатимся в экономическую стагнацию", говорил Даян.

Это понимание не было уникальным. Бен-Гурион тоже мечтал сделать Израиль ядерной державой. Это, по его мнению, означало бы действительную независимость, учитывая, что Израиль практически лишен сырьевых ресурсов. И конечно же он понимал, что как бы не было важно производство электроэнергии без импортного угля или нефти, приобретение ядерного оружия ещё важнее.

Действия в этом направлении стали одной из стратегических основ государственной политики и прослеживаются во всей истории Израиля.

При всей антигуманности и опасности этого средства массового уничтожения, оно и в самом деле сыграло роль сдерживающего фактора в послевоенной истории: по-видимому, коллективный, видовой инстинкт самосохранения народов сильнее противоположных качеств или проявлений противоположно настроенных руководителей или правящих групп. Все-таки отступали на второе место их наклонности, в том числе экстремистские.

...Уже через семь месяцев после обретения независимости Бен-Гурион вызвал из Парижа ученого, которого он называет в своем дневнике, в записи от 20 декабря 1948 г., "создателем французской ядерной печки". Этим ученым экспертом был Морис Сурдин, еврей, родившийся в 1913 году в Крыму. После выезда в Палестину он взял себе имя Моше Сурдин Был направлен на учебу во Францию, где изучал физику, затем работал в научных центрах во Франции, Англии и США. После окончания Второй мировой войны активно трудился в Париже в Комиссии по атомной энергии, которая осуществила практическое создание французского ядерного оружия. Обретение Израилем долгожданной независимости радостно приветствовал и с готовностью откликнулся на приглашение самого авторитетного из еврейских лидеров. "Бен-Гурион проявлял большой интерес к атомной энергии, его очень интересовали детали", вспоминает Сурдин. Определенная информация поступала из Англии, США, хотя режим секретности там был, особенно для работающих над "Манхэттенским проектом", весьма жестким - что, впрочем, не помешало американским евреям супругам Розенберг передать в свое время важнейшую информацию по атомному оружию Москве.

Интерес политического руководства страны сразу же перешел в практическую плоскость: правительство Израиля создало комиссию по атомной энергии, которую возглавил Эрнст Давид Бергман, блестящий ученый-химик, родившийся в 1903 году в Германии и в 1930-х годах переселившийся в Палестину. В Израиле он основал исследовательскую службу вооруженных сил. Работая в области исследования проблем борьбы с раком, он одновременно возглавлял научный отдел министерства обороны и был рьяным сторонником получения страной ядерного оружия. Он фактически координировал всю работу, в том числе инициировал и дипломатические шаги, предпринимаемые в этом направлении. В 1955 году в ходе начатой президентом США Дуайтом Эйзенхауэром программы "Атом для мира" Израиль получил небольшой атомный реактор мощностью 5 мегаватт. Он был установлен в местечке Нагаль Сорек неподалеку от Тель-Авива и стал в определенной мере наглядным пособием для подготовки специалистов и базой развертывания исследований. Но прагматическая, "оружейная" ценность реактора была невелика. Этот объект регулярно инспектировался американцами, а сам по себе реактор был слишком мал, чтобы на нем можно было создать что-то, имеющее серьезное военное значение. Создание же собственного реактора, что называется, "с нуля" было государству не под силу - требовался высокий, в те годы ещё далеко не достигнутый в стране технологический уровень, промышленный потенциал и сырье; требовались и очень большие исследования, учитывая, что все работы по данной теме во всех странах были тщательно засекречены и почти вся информация поступала Бергмановской команде в порядке "утечки мозгов". Но для ускорения доступа к энергии и оружию реально требовалось полагаться на усилия дипломатов и разведчиков, которые помогли бы стране обеспечить доступ к разработанным уже ядерным технологиям.

53
{"b":"56134","o":1}