ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Биографическая справка.

Манор родился в октябре 1918 года в Трансильвании, входившей в Австро-Венгерскую империю. В то время его звали Артур Менделевич. В 1939 году Менделевич проходил действительную службу в венгерской армии. Он, как и другие евреи, продолжали службу и при пронацистском режиме, даже когда их заставили носить на своей форме желтую звезду. Только в 1943 году евреев изгнали из армии - и Менделевич оказался в одном из первых эшелонов, направлявшихся в Освенцим.

В Освенциме погибли миллионы, но Менделевич выжил и в сорок пятом возвратился в Трансильванию (провинция Румынии). Вскоре он понял, что еврея нет будущего в Восточной Европе, и попытался уехать в Палестину. Но в "Алии-Бет" решили, что этот твердый человек, прошедший войну, может быть им полезен на месте. Они убедили Менделевича вступить в "Алию-Бет" и он в течение трех лет работал в бухарестском подполье над осуществлением различных проектов, в результате которых тысячи евреев, переживших Холокост, отправились на историческую родину. Менделевич продолжал работать на Израиль и после получения страной в 1948 году независимости. Он воспользовался своим шансом только в 1949 году, когда коммунистическое правительство Румынии запретило все сионистские организации. С фальшивыми паспортами, зная, что в случае ареста их обвинят в шпионаже, Менделевич и его жена бежали в Израиль.

Через три дня после прибытия в Израиль Менделевич встретился с министром иностранных дел Шареттом, который и порекомендовал продолжить деятельность в спецслужбах, и предложил ему сменить свое европейское еврейское имя на "более современное". Так Артур Менделевич стал Амосом Манором. Шеф "Алии-Бет" Шауль Авигур направил его в "Шин Бет" к Харелу. На Харела он произвел хорошее впечатление и был принят на работу. Начав с самой низшей ступеньки, Манор быстро продвигался по службе и за считанные годы вырос до поста начальника контрразведки.

Манор с самого начала считал, что наибольшая угроза шпионажа исходила от стран коммунистического блока, а не от соседних с Израилем арабских стран. Арабам не удалось задушить новорожденный Израиль и не было никаких оснований полагать, что арабские шпионы окажутся лучше арабских армий. Успехи же советских и восточноевропейских разведчиков в той мере, как они становились известными, впечатляли.

Когда Харел заменил Шилоя на посту директора "Моссада", Манор стал заместителем нового руководителя "Шин Бет" Иззи Дорота. Когда в 1953 году Дорот ушел в отставку, Манор возглавил службу внутренней безопасности. Блестящая карьера, учитывая, что Манору было всего 36 лет и он только четыре года назад приехал в Израиль. Фактически он был единственным из ответственных руководителей, которые прошел совсем не тот путь, что все. Он не сражался в рядах "Хаганы" или в её штурмовых отрядах "Палмах". Не служил в британской армии или в её знаменитом Еврейском легионе. Не сражался в войне 1948 - 1949 годов. Даже на иврите он говорил с неистребимым венгерским акцентом и вел себя скорее как европеец, чем как представитель "новых израильтян". Что-то в этом было непривычно, нетрадиционно, даже сомнительно. Некоторые сомнения относительно него были не только в самом Израиле. У ФБР тоже были серьезные подозрения в отношении Манора, и подозрения эти выливались в действия - так, например, в 1952 году, когда разворачивалось стратегическое сотрудничество между разведками, ФБР пыталось не допустить его в США. Очень много препятствий было на его пути однако Манор стал тем, кем стал и очень много сделал для укрепления службы безопасности.

На первых порах далеко не все действия "Шин Бет" определялись Амосом Манором. Он оставался и в подчинении, и в зависимости от "Иссера Маленького". Харел в системе разведсообществ был "мемунехом", главным разведчиком. Во всяком случае, он никогда не выпускал из рук рычаги управления внутренней безопасностью - и тем самым сосредоточил в своих руках огромную власть. Власть, которую можно было сравнить с объединенной властью директора ФБР США Эдгара Гувера и директора ЦРУ Аллена Даллеса. "Маленький Иссер" действительно обладал такой мощью и пользовался неограниченной поддержкой и доверием Бен-Гуриона. За это "мемунех" платил безоговорочной лояльностью и был готов выполнить почти любое поручение правительства. Например, по желанию Бен-Гуриона Харел охотно превращал спецслужбы в политический инструмент правящей партии "Мапай".

Бен-Гурион и партия "Мапай" руководствовались простым принципом - кто не с нами, тот против нас. Соответственно и Харел приказал "Шин Бет" в порядке работы по "подрывным элементам" проникнуть в оппозиционные партии Израиля. В первую очередь внимание было уделено правым партиям. Агенты Харела установили наблюдение за заклятым врагом Бен-Гуриона, бывшим лидером подпольной группировки "Иргун", а к тому времени лидером партии "Херут" Менахемом Бегином. Харел высказал в своем докладе абсолютно беспочвенное предположение, что "Херут" намеревалась создать мини-подполье в вооруженных силах. Практических "мер" не последовало, - зато "Шин Бет" удалось разгромить несколько мелких организаций, связанных с еврейскими религиозными фундаменталистами и правыми кругами. Одна из таких организаций, называвшая себя "Союзом энтузиастов", объявила о своем намерении воссоздать древнее еврейское царство в строгом соответствии с религиозными догматами. Бородатые, одетые в традиционную черную одежду ортодоксы поджигали автомобили, рестораны и мясные лавки, в которых продавалось не кошерное мясо. "Шин Бет" проникла в эту группу "энтузиастов" и, выявив всю организацию, арестовала их. В данном случае речь шла, с точки зрения государственной безопасности, не более чем о наивных дилетантах, но Харел доложил Бен-Гуриону, что они представляли смертельную угрозу для демократии. Много шума наделала история "срыва" покушения на жизнь министра транспорта Давида Цви Пинкуса. По обвинению в подготовке теракта были арестованы боевик "Лехи" Шаалтиель Бен-Яир и два его помощника. Они якобы намеревались заложить бомбу около дома министра в знак протеста против введения ограничений на движение транспорта по субботам. 60 Бен-Яир был предан суду, но оправдан - доказательства обвинения не сочли достаточными. По иронии судьбы, несколькими годами позже Шаалтиель стал работником разведки и принес немало пользы государству.

То, что "Шин Бет" также установила интенсивную слежку за малочисленной коммунистической партией Израиля, казалось, учитывая несовместимость принципов сионизма и пролетарского интернационализма, в порядке вещей; но в поисках подрывных элементов "Шин-Бет" "взял под колпак" и партию "Мапам", социалистическую партию с безупречной сионистской репутацией. Партия не имела равных в своей активности по созданию еврейских поселений и киббутцев. Члены этой партии охотно служили в армии, и некоторые из них достигли высокого положения в вооруженных силах. Иначе говоря, заслуги партии в государственном строительстве были несомненны. Но с другой стороны, когда лидеры "Мапам" окончательно поняли, что Бен-Гурион намерен вести Израиль в сторону от социализма, они в гневе прекратили с ним всякое сотрудничество и даже пошли дальше, выразив восхищение Иосифом Сталиным. Для Харела это, естественно, было равносильно тяжкому самообвинению "Мапам". "Мемунех" пришел к выводу, что теперь вся партия "Мапам" (в которой сам Иссер Гальперин некогда состоял) действовала как агент советского блока. Логика подозрительности привела Харела к убеждению, что поскольку в "Мапам" состояла немалая часть офицерского корпуса армии, то партия могла готовить военный переворот с целью захвата власти в стране. И его подозрения стали воплощаться в "практические действия" в худших традициях охранки. 29 января 1953 г. секретарь партии "Мапам" Натан Пелед продемонстрировал во время пресс-конференции миниатюрный радиопередатчик. Он заявил журналистам, что этот "жучок" был обнаружен под столом лидера "Мапам" Меира Яари. Пелед также заявил, что закрытые внутрипартийные дискуссии каким-то образом становились известны Бен-Гуриону. Кроме того, сказал он, после обнаружения "жучка" охранниками были задержаны два взломщика, пытавшиеся проникнуть в штаб-квартиру "Мапам". Они были переданы полиции, но судья проявил к ним необычайную снисходительность - минимальное наказание в виде двух недель лишения свободы. Пелед заявил, что задержанные были работниками "Шин Бет", посланными Харелом по приказу Бен-Гуриона и "Мапай". Правящая партия, как водится, все обвинения отрицала, но обвинения были отнюдь не голословны: у "Мапам" была своя внутренняя информация61. Мало для кого являлось секретом, что партия имела своих агентов, работников партийной службы безопасности, в штаб-квартире "Шин Бет", других партиях и разведсообществе.

84
{"b":"56134","o":1}