ЛитМир - Электронная Библиотека

— Я думал, он платит вам большие баксы из-за того, что вы гарантируете успех. Если метеорит летит за борт в случае шторма, это больше смахивает на неудачу.

Глинн посмотрел на него.

— Наша гарантия в том, что ЭИР никогда не терпит неудачу в своей работе. И эта гарантия совершенно незыблема. Но мы не можем выдать гарантию от действий Бога. Природные системы непредсказуемы в своей основе. Если капризный шторм вдруг выскочит ниоткуда и разобьёт судно, это вовсе не означает, что мы потерпели неудачу.

Ллойд поднялся на ноги.

— Скажу только, что я никогда не позволю сбросить метеорит на дно океана. Поэтому нет никакого смысла в том, чтобы вы делали люк для экстренного сброса. — Он отошёл от них на несколько шагов, а затем остановился лицом к пирамиде, со сложенными на груди руками.

— Это цена, которую придётся заплатить за проект, — сказал Глинн. Он говорил спокойно, но в его голосе слышалась абсолютная убеждённость.

На этот раз Ллойд не ответил ничего. Крупный мужчина покачивал головой, очевидно, испытывая внутреннюю борьбу. Наконец он повернулся к ним.

— Ладно, — сказал он. — Когда мы приступаем?

— Сегодня, если хотите, — Глинн поднялся на ноги и бережно опустил папку на каменную скамью. — В этих материалах обзор приготовлений, которые нам надо будет сделать, вместе с анализом соответствующих затрат. Всё, что нам нужно — ваша отмашка и первый транш на пятьдесят миллионов. Как вы увидите, ЭИР уладит всё остальное.

Ллойд поднял папку.

— Я прочту её перед ланчем.

— Полагаю, вы найдёте содержимое интересным. А сейчас мне пора возвращаться в Нью-Йорк, — Глинн по очереди кивнул двум мужчинам. — Джентльмены, наслаждайтесь вашей пирамидой.

Затем он повернулся, пересёк песочную площадку и растворился в плотной тени, которую отбрасывали клёны.

Миллбурн, Нью-Джерси, 9-е июня, 14:45

Эли Глин неподвижно сидел за рулём ничем не примечательного седана о четырёх дверцах. Инстинктивно он припарковал машину под таким углом, чтобы ветровое стекло отсвечивало в нужном направлении и пешеходам было непросто на него смотреть. Он беспристрастно отмечал виды и звуки типичного пригорода на восточном побережье: ухоженные лужайки, старые деревья, отдалённый шум движения на шоссе.

В двух зданиях от него дверь небольшого дома открылась, в дверях появилась женщина. Глинн почти незаметным движением подобрался. Он внимательно наблюдал за тем, как она спускается по крыльцу, останавливается в замешательстве и оборачивается. Но дверь уже захлопнулась Она отвернулась от неё и быстрым шагом направилась в его сторону, с высоко поднятой головой, прямыми плечами, светло-жёлтыми волосами, выжженными полуденным солнцем.

Глинн открыл папку, лежащую на пассажирском сиденье и внимательно изучил фотографию, скрепкой прикреплённую внутри. Да, это она. Глинн опустил папку на заднее сиденье и снова посмотрел в окно. Даже без униформы женщина излучала властность, компетентность и самодисциплину. И ничто в ней не выдавало, насколько трудными оказались для неё последние полтора года. Это хорошо, очень хорошо. Когда она приблизилась, Глинн приоткрыл окно на стороне пассажира: согласно её характеристике, неожиданность давала самую высокую надежду на успех.

— Капитан Бриттон? — Позвал он. — Меня зовут Эли Глинн. Можно с вами поговорить?

Она остановилась. Он заметил, что удивление на её лице уже сменялось любопытством. Не было ни беспокойства, ни страха; лишь спокойная уверенность.

Женщина сделала шаг к машине.

— Я слушаю.

Автоматически Глинн сделал ряд мысленных заметок. Женщина совершенно не пользовалась косметикой и держала свою небольшую, но удобную сумочку плотно прижатой к боку. Высокая, но с прекрасным типом кости. Хотя её лицо было бледным, крошечные морщинки вокруг зелёных глаз да россыпь веснушек показывали, что она провела годы под солнцем и ветром. Её голос был низок.

— На самом деле, разговор может занять некоторое время. Могу я вас куда-нибудь подвезти?

— Не нужно, спасибо. Вокзал неподалёку, в нескольких кварталах.

Глинн кивнул.

— Направляетесь домой, в Нью-Рошель? Расписание не очень удобно. Я буду счастлив вас прокатить.

На этот раз удивление на её лице длилось дольше, и когда оно ушло, его сменило выражение обдумывания в глазах цвета морской волны.

— Моя мама всегда твердила, чтобы я никогда не садилась в машину к незнакомцам.

— Ваша мама была права. Но мне кажется, то, что я вам скажу, вы выслушаете с интересом.

Женщина обдумала это, и через несколько секунд кивнула.

— Очень хорошо, — сказала она, открывая дверцу и садясь в машину.

Глинн заметил, что она держит сумочку на коленях и, что немаловажно, её рука остаётся на дверной ручке. Он не удивился тому, что она приняла его предложение. Но на него произвело впечатление её способность оценить ситуацию, обдумать возможности и быстро прийти к решению. Она пошла на риск, но не безрассудно. Именно этого он и ожидал, изучив её досье.

— Вам придётся говорить мне, куда ехать, — сказал Глинн, отъезжая от обочины. — Эта часть Нью-Джерси мне незнакома.

Вообще-то, тут он покривил душой. Он знал с полдюжины маршрутов к графству Вестчестер, но хотел посмотреть, как она отдаёт команды, пусть даже такие малозначительные. Пока они ехали, Бриттон оставалась собранной, отдавая немногословные распоряжение с манерой человека, который привык, что ему подчиняются. В самом деле, женщина производила впечатление, возможно, тем более сильное в свете её единственной катастрофической неудачи.

— Позвольте мне сразу поставить вас в известность, — сказал он. — Я знаю ваше прошлое, и это не влияет на то, что я собираюсь сказать.

Уголком глаза он заметил, как она напряглась. Но когда она отвечала, голос звучал спокойно.

— Думаю, в этот момент предполагается, что леди скажет: «у вас передо мной преимущество, сэр».

— В данный момент я не могу углубляться в детали. Но я здесь для того, чтобы предложить вам должность капитана на нефтяном танкере.

Несколько минут они ехали в молчании.

Наконец она бросила на него взгляд.

— Если бы вы знали мою историю так хорошо, как вы говорите, вы знаете, сомневаюсь, что вы сделали бы мне такое предложение.

Её голос оставался спокойным, но на лице Глинн мог прочесть многое: любопытство, чувство собственного достоинства, подозрительность, возможно, надежду.

— Вы ошибаетесь, капитан Бриттон. Я знаю всю историю. Я знаю, что вы были одним из немногих женщин-капитанов танкерного флота. Я знаю, как вас подвергли остракизму, как вы стремились пройти наименее проторёнными путями. Давление, которому вас подвергли, было огромным, — сказал он и помолчал. — Я знаю, что в ваш последний рейс вас обнаружили на капитанском мостике в состоянии опьянения. Вам поставили диагноз «алкоголизм», и вы отправились в реабилитационный центр. По окончании лечения вы успешно подтвердили лицензию капитана. Но с момента, как вы оставили центр, а прошло уже больше года, вам не делали новых предложений о работе. Я ничего не упустил?

Он внимательно ждал реакции.

— Нет, — ровно ответила она. — Это, в принципе, и есть вся история.

— Буду честен, капитан. Эта миссия очень необычна. У меня имеется краткий список других капитанов, к которым можно обратиться. Но я думаю, что они, скорее всего, откажутся от этого предложения.

— В то время как у меня, с другой стороны, нет выбора, — продолжила Бриттон низким голосом, не отрывая взгляда от окна.

— Если бы у вас не было выбора, вы бы согласились командовать тем вшивым панамским пароходом, которое вам предлагали в ноябре, или тем либерийским грузовым судном, с вооружёнными охранниками и подозрительным грузом, — сказал он и увидел, что её глаза слегка сузились. — Видите ли, капитан Бриттон, в моей работе я анализирую природу неудач.

— А в чём заключается ваша работа, господин Глинн?

— Инженерия. Наш анализ показывает, что люди, которые потерпели одну неудачу, с вероятностью на девяносто процентов меньше потерпят очередную.

14
{"b":"5626","o":1}