ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Заманчивое преимущество, подумал я. Однако теперь невозможно будет напиться допьяна или принять какой-нибудь стимулятор. Это чистый мир.

Керар посмотрела на нас и слегка улыбнулась, сделав паузу, прежде чем выложить последний козырь.

– Вам повезло, что вас отправили на Цербер. Сюда посылают самых лучших. Не убийц и не насильников – по очень понятной причине. Видите ли, только здесь, на Цербере, существует потенциальная возможность жить вечно.

Вот он, этот заключительный аккорд! Остается узнать, каким образом…

Когда слушатели притихли, она продолжала:

– В отличие от Лилит все микроорганизмы Вардена здесь постоянно взаимодействуют друг с другом. Чем ближе вы к кому-нибудь или чему-либо, тем сильнее этот контакт. Когда мы бодрствуем, наше сознание контролирует "квартирантов", и проблем не возникает. Но если вы устали, задремали, уснули, потеряли сознание, ваши микроорганизмы связываются с находящимися поблизости. – Она немного помолчала, осторожно подбирая слова. – Я поясню на примере, но механизма этого процесса мы до сих пор не знаем. Предположим, я усну сейчас, и вы тоже уснете. Наши бактерии как-то связываются с находящимися в аналогичном состоянии. Эта связь сильнее всего, когда нам не снятся сны. Если мой и ваш периоды совпадут, наши микроорганизмы начнут обмен информацией. И попутно настроят молекулы коры вашего головного мозга в соответствие, резонанс с моими, а мои – с вашими. И все это за несколько минут. Поскольку память сохраняется химическим путем, а восстанавливается электрическим, это означает полный обмен информацией. Вы проснетесь с моими воспоминаниями, а я с вашими. Мы как бы поменяемся телами.

– Тогда почему же не обменивается вся информация? – спросил сидевший слева от меня бородатый молодой человек. – Ведь получается гормональный дисбаланс, различия в дыхании и кровяном давлении – достаточно неподходящих режимов, чтобы чувствовать себя очень плохо.

– Хороший вопрос, – отозвалась ведущая. – Мы знаем только, что этого не происходит. Может быть, организмы Вардена обмениваются информацией сами с собой и с другими организмами вне их физической сущности. Он учится. Мы ни в чем не уверены. Может быть, человек – промежуточное звено этой уникальной формы жизни в атмосфере Цербера. Мы не знаем. И вряд ли когда-нибудь узнаем. Но так есть и, наверное, будет.

– – Вы когда-нибудь менялись телами? – поинтересовался еще один скептик. Она улыбнулась:

– И не раз. В отличие от вас я местная. Эта способность приходит с половой зрелостью – своеобразный обряд посвящения. Наша молодежь частенько этим балуется, потому что в этом возрасте люди более эмоциональны, и контролировать себя труднее. Кроме того, какой подросток удержится от эксперимента? Юношам интересно почувствовать себя девушками, и наоборот. Я часто думаю, каково это, с рождения быть прикованным к одному телу и полу. Я, например, родилась мужчиной, но к шестнадцати годам, побывав в трех мужских и двух женских телах, все же остановилась на женском. Я разыскала женщину, которая лучше чувствовала себя в мужском обличье, мы переспали, и все уладилось. Однако не думайте, что тела мы меняем так же часто, как одежду. Отнюдь!

У меня давно крутился один вопрос, и я решился спросить:

– Вы сказали, что обмен сознаниями происходит во сне, – заметил я. – Что произойдет, если разбудить человека в это время?

– Если обмен начался, его, как правило, не остановить – вы будете в коматозном состоянии, даже если начнется пожар, – ответила она. – Но бывают исключения. Правда, это случается только с людьми Извне, вроде вас. Подчеркиваю: сбои происходят в одном случае на миллион. Если вы пробудитесь в самом начале процесса, то у вас останется смутное воспоминание о другой жизни. А обычно оно угасает. А если это случится в более поздней фазе, у вас возникнет своего рода шизофрения. Но это тоже пройдет, и доминантная информация возобладает. А вот если процесс пройдет наполовину, то в каждом из двух тел возникнут две личности. В коре головного мозга достаточно свободного места, и новая информация постепенно займет неиспользованные участки. Получится либо полностью раздвоенная личность – два сознания в одном теле, либо обе личности объединятся в одну. И учтите – это произойдет с обоими телами! Не волнуйтесь, таких случаев не насчитывается и двух десятков. Очень трудно и опасно, так что желающих нет.

Я кивнул. Что ж, пока все складывается неплохо. А она уже отвечала женщине, сидевшей сзади.

– Что происходит, – спросила та, – когда обмен проделали с кем-то, чья квалификация социально значима? Например, если ваш доктор получит сознание дворника?

– С этой проблемой давно справились, – ответила Керар. – Ведь слабые сигналы нашего мозга, управляющие памятью, уникальны для каждого индивидуума. У нас есть чувствительные устройства, способные считать и записать эту электрическую "подпись". Перед тем как вы уйдете отсюда, мы снимем «отпечатки» ваших сигналов и занесем в их главный компьютер планеты. Их всегда можно списать оттуда снова. Благодаря этому, например, здесь нет денег. Вам переводят энные суммы непосредственно на ваш компьютерный счет. Каждый раз, когда вы делаете покупку, ваш «отпечаток» сверяют с удостоверением личности. Как видите, практически невозможно выдать себя за другого, поскольку считается преступлением задержать сообщение о смене тела, если она произошла, более чем на восемь часов. Хотя, по утверждению Конфедерации, наше общество создано преступниками, – добавила она, помолчав, – Цербер – самая свободная от преступности планета.

Я заметил, что эта фраза обеспокоила некоторых из присутствующих, впрочем, и меня тоже… Видимо, это самое тоталитарное общество из когда-либо существовавших. И не потому, что преступления невозможны. В системе почти нет брешей, а неизбежный смертный приговор за что-нибудь здесь еще страшнее, поскольку существует возможность жить вечно.

Где же старики? – недоумевал я. А если их нет, откуда берутся новые тела?

После обеда с каждым из нас поговорили и понемногу испытали; некоторые тесты были мне знакомы. Поскольку они знали о Квин Занг не больше моего, я фантазировал без зазрения совести. Но вот испытание личности было гораздо труднее. Я много месяцев учился обходить подобные вещи и преподносить нужную мне версию и почти не сомневался, что это мне удалось.

Потом с нас сделали голографические снимки, сняли отпечатки пальцев и рисунки сетчатки и, наконец, подсоединили к большой машине, приемная часть которой выглядела как шлем пилота-испытателя. Это и было устройство для записи «отпечатков» личности. Результаты измерений мелькали на экране компьютера.

Аппарат не вызывал никаких ощущений, и было невозможно догадаться, как он работал, а меня это весьма интересовало. Пока мне не удастся обмануть или испортить эту систему, власти легко проследят всю мою жизнь вплоть до мелочей.

Вечером принесли койки. Видимо, нам предстояло пробыть здесь несколько дней, пока микроорганизмы Вардена не «акклиматизируются» в нас, а наши инструкторы не решат, что с нами делать. Нас также снабдили книгами по основам планетной организации. Сухое, но интересное чтиво, содержащее массу подробностей о социальном и экономическом устройстве.

Каждый из сотен городков имел свою администрацию, глава которой становился Председателем местного совета корпораций и частных акционерных компаний. Система функционирует довольно просто: компании одного типа, например сталелитейные, объединяются в синдикат, возглавляемый правительственным специалистом. Выясняются потребности государственного и частного секторов, и каждой компании выделяется доля заказа, гарантирующая занятость и доход, предел которого также устанавливаются синдикатом и правительственным уполномоченным – нечто вроде министра тяжелой промышленности. Корпорация, которая заметно повысит свою производительность и таким образом увеличит прибыль, получит в следующем квартале большую долю заказов.

Тем не менее эта командная экономика поощряла прогресс, а независимые предприниматели существовали только в розничной торговле. Все оптовые цены фиксировались государством, а поскольку деньги не переходили из рук в руки и даже простейшие закупки делались через электронные системы, не существовало ни секретных банковских счетов, ни тайных накоплений, ни даже крупного бартера.

7
{"b":"5646","o":1}