ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Соглядатай
#Одноклассник (СИ)
Помаши мне на прощанье
Думаю, как все закончить
Каменная подстилка (сборник)
Загадочная женщина
Как запоминать (почти) всё и всегда. Хитрости и лайфхаки для прокачки вашей памяти
Законы большой прибыли
Действующая модель ада. Очерки о терроризме и террористах
Содержание  
A
A

Пересекая экватор, они увидели настоящий барьер – внушительный и непрозрачный.

– Эх, если бы у нас была хоть какая-нибудь аппаратура, – вздохнул Зиндер, чем-то искренне заинтересованный. – Мне бы хотелось узнать, из чего состоят эти странные образования. Похоже на метан, аммиак и все их соединения.

Корабль пересек терминатор и оказался в полной темноте.

– Смотрите, здесь кто-то живет, – заметил Трелиг, указывая вниз.

Действительно, в некоторых гексах отдельные районы были ярко освещены, там явно находились крупные города.

– Жаль, что мы не можем подойти к ним немного поближе, – с неподдельным огорчением сказал Зиндер. – Искажения, вызванные атмосферой, слишком велики.

– Я попробую спуститься чуть ниже, – ответил Юлин, – и проскочить над верхними слоями стратосферы. Это сохранит нам достаточную эффективность движения в вакууме и в то же время позволит рассмотреть некоторые детали.

Не услышав возражений, он осторожно повел корабль вниз. Они снова пересекли терминатор и окунулись в ослепительный солнечный свет.

Неожиданно двигатель затрясся, а лампы приборов ослепительно ярко вспыхнули.

– Что случилось? – резко бросил Трелиг. Юлин был искренне удивлен.

– Я… я не знаю.

Это повторилось еще раз, и тогда он перевел корабль на ручное управление, чтобы попытаться устранить неполадки.

– У нас почему-то скачками падает мощность, – объяснил молодой человек.

– Поднимайтесь выше! – приказал Трелиг, но в этот момент все лампы погасли.

– Мы падаем! – завопил Юлин. – Боже мой!

Трелиг в панике защелкал выключателями. В рубке было почти совсем темно, так что все это делалось практически на ощупь.

И вдруг все восстановилось. Сзади и спереди челнока раздавался пронзительный вой.

Передний экран отъехал в сторону, открыв отвратительный ландшафт, простиравшийся в каких-нибудь десяти километрах под ними. Трелиг ухватился за штурвал, вмонтированный в приборную панель второго пилота.

Лампы и приборы снова вырубились, и корабль начал двигаться рывками, его дергала и тащила неведомая сила, сопротивляться которой было невозможно. Трелиг крутил штурвал, пытаясь вернуть контроль над управлением. Но все было тщетно.

Вид, открывавшийся перед ними, оказался реальным: панель экрана загораживала окно, расположенное на носу космического челнока.

– Это устройство годится для полетов и в атмосфере, и в безвоздушном пространстве, – объяснил Трелиг, который, сжав зубы, все еще старался подчинить себе корабль. – Крылья наконец развернуты, – сообщил он. – Думаю, что сумею приземлиться, даже если двигатели полностью выйдут из строя.

Юлин наблюдал, как с пугающей быстротой приближается земля.

– Найдите мне ровное место длиной около двадцати километров, чтобы мы могли сесть! – заорал Трелиг.

– А разве у этой штуки есть колеса? – поинтересовался молодой человек, всматриваясь вдаль.

– Не глупите! – оборвал его хозяин. – И привяжитесь вы, оба! Даже если к двигателям вернется мощность, я не смогу удерживать корабль в воздухе достаточно долго, а значит, мы приложимся как следует!

– Вот оно! Ровное поле впереди! Видите? – крикнул Юлин.

Трелиг скрипнул зубами и повернул штурвал. Корабль мотало из стороны в сторону. Как они позднее поняли, их спасла повышенная плотность атмосферы, замедлившая падение. Как раз настолько, чтобы они остались живы.

Челнок упал на землю с ужасающим грохотом. Юлин закричал от боли, так как у него еще сильнее разболелись сломанное ребро и многочисленные ушибы – последствия схватки с Рамни.

Корабль скользил по бесплодной каменистой поверхности, и им казалась, что это будет длиться вечно. В конце концов они врезались в почти вертикальный склон, чуть не перевернулись, наконец остановились.

Трелиг застонал, развязал ремни и огляделся вокруг. Юлин был без сознания. Только сейчас Трелиг заметил на нем рваную одежду, синяки и раны. "Где же это "Мавра Чанг" умудрилась их получить?" – подумал он с любопытством.

Зиндер пострадал намного меньше. Тряска и впившиеся в тело ремни вызвали у него состояние душевной подавленности; старик получил несколько царапин и синяков. Однако в целом, если не считать головокружения после удара, он чувствовал себя неплохо.

Попытавшись встать, Трелиг ощутил, что у него тоже сильно кружится голова. Он несколько раз падал обратно в кресло, пребольно ударяясь задницей, прежде чем понял, что на ногах ему все равно не удержаться. В мозгу советника билась одна-единственная мысль – он это сделал, спас их.

Трелиг взглянул на холодный пейзаж. Бесплодные черные скалы под темной плотной атмосферой, состоящей из… А впрочем, кто знает, из чего она состоит? В любом случае дышать этим воздухом человек не сможет.

Они остались живы – но надолго ли?

ЮЖНАЯ ЗОНА

– Еще одно приземление? – пришел в ужас Ортега.

– Во время очередного сеанса наблюдения за спутником мы отметили всплеск энергии, – донесся до него через внутризонную систему связи механический голос Гола Митера. – Вначале нам было трудно засечь их, но благодаря медлительности пилота это удалось. Операторы точно рассчитали орбиту и задействовали прекрасную съемочную аппаратуру. Чего бы я только ни дал, чтобы посмотреть на нашу планету из космоса!

Ортега разделял его чувства.

– Так они все же сели? Я еще не получил об этом никакого доклада.

– В конце концов они спустились немного пониже, попали в зону воздействия Колодца, и, как у предыдущих, у них полностью отказала техника. Причина, по которой вы о них ничего не слышали, состоит в том, что любознательность наших непрошеных гостей зашла слишком далеко – им захотелось бросить взгляд на Север, и они направились туда. Насколько мы можем судить, они находятся между 11.46 и 13.18 либо в Учджине, либо в Ашиншихе. Вам что-нибудь известно об этих гексах?

В то время как шесть рук Ортеги перебирали карты, схемы и диаграммы, его рот изрыгал проклятия. Всю свою жизнь улик предпочитал создавать осложнения другим, но никак не преодолевать их сам.

Карты Севера оказались весьма приблизительными. Например, отмеченные на них океаны могли состоять из метана или из дюжины других, еще более смертельных соединений. Между жителями Юга и тамошними обитателями не могло быть никакого родства, ничего общего, даже того, что хоть как-то объединяло шестирукого змия Сержа Ортегу и гигантского паука Гола Митера. Некоторые северные расы были настолько чуждыми, что у них не существовало единой системы координат, в рамках которой южане чувствовали бы себя относительно нормально.

Глядя в карту, улик убедился лишь в одном – оба гекса, и Учджин, и Ашинших, – были не– или полутехнологическими и не могли взяться за ремонт хитроумных двигателей, установленных на космическом корабле.

Он вздохнул.

– Гол, даже если они выжили после аварии, в чем я лично сомневаюсь, у них скоро кончится воздух. Не знаю, имеют ли отношение, прах их побери, обозначения на карте Учджина к составу его атмосферы, но кислорода там нет, это точно. В Ашиншихе дела обстоят немного лучше, но там столько водорода, что они могут взорвать к чертям полгекса.

Митер задумался.

– Поскольку у нас нет никаких сообщений о катастрофе и не появилось никаких признаков активации Колодца, скорее всего они приземлились в Учджине, – сказал он наконец. – Как насчет ваших контактов на Севере? Можем мы что-нибудь использовать?

– Сомневаюсь, – мрачно ответил Ортега. – Из тех, кто живет там поблизости, я никого не знаю. Я даже не имею ни малейшего представления, как выглядит этот Учджин. И вообще мне крайне неприятно, что в эту историю оказались втянуты северяне. Я не доверяю тому, кого не могу понять, а некоторые из этих парней – отвратительные субъекты, движимые абсолютно непонятными побуждениями.

– Но выбора у нас нет, – сказал прагматичный Митер. – Я пошлю кого-нибудь в Северную Зону, и мы посмотрим, что можно сделать. Кстати, наши научные наблюдатели лояльны Северу. И раз они проследили за аварией, там уже обо всем известно. – Он помолчал. – Не унывай, Серж. Даже если эта штука осталась невредимой, северяне не смогут на ней летать. Она либо наша, либо ничья.

36
{"b":"5651","o":1}