ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Идеальная няня
Трансерфинг реальности. Ступень II: Шелест утренних звезд
Самоисцеление. Измените историю своего здоровья при помощи подсознания
Игра на жизнь. Любимых надо беречь
Ветер Севера. Аларания
Дитя
Колодец пророков
Милые обманщицы. Соучастницы
Тайна моего мужа
A
A

Этих девушек превратили в настоящих зомби, а возможно, и в живые станки для плотских утех. Я представил на секунду Ти рядом с ним…

– Очевидно, вы занимаетесь и селекцией?

Он кивнул:

– Разумеется. Мы исходим из того, что биохимия передается по наследству. Честно говоря, полагаю, что здесь действует множество факторов, но хозяина Тиля переубедить невозможно. Боюсь, его познания в биологии и медицине застыли на уровне идеи о самопроизвольном зарождении организмов, но что я могу поделать? Я работаю на него, а он талантливый и способный администратор. У нас взаимовыгодный союз. Что в этом дурного?

Что дурного, гневно подумал я. И в самом деле – что?

– Пора вызвать магистра Артура, – сказал доктор Пон, внезапно поворачиваясь и выходя из камеры. Я последовал за ним. – Мы и так задержались, а гневить магистра я бы не рискнул.

– Чем магистр Артур занимался раньше? Я имею в виду Извне?

– Из-за чего он сюда попал? – усмехнулся доктор. – Подробностей я не знаю. По-видимому, он был шишкой военного командования Конфедерации. Наверное, генералом или адмиралом. Насколько я помню, он поджег атмосферу на какой-то планете. При этом погибло несколько миллиардов человек. Говорят, он стал козлом отпущения. Человек, однако, не из приятных.

Я задумался. Убил несколько миллиардов… Порывшись в памяти, я вспомнил. Это был действительно он. А еще я навсегда запомнил, как доктор Пон это сказал. Гибель нескольких миллиардов людей не значила для него ничего. Люди были для него все равно что тараканы.

Глава 11

НА РАСПУТЬЕ

Вскоре появился магистр Артур. Суровости в нем, похоже, не поубавилось. Я уже начинал сомневаться в его принадлежности к роду человеческому.

Вооружившись подробной картой, мы отправились на прогулку по Замку. В плане он напоминал правильный полукруг. Коридоры расходились веером во все стороны вплоть до больших залов и комнат, из которых можно было попасть в опоясывающий Замок служебный ход. Вдоль каждого коридора располагались жилые комнаты, хранилища и другие подсобные помещения, в том числе и общественные бани. Коридоры четко отражали кастовость местного общества; большая их часть предназначалась для смотрителей, которые в основном работали в Замке. Два коридора по обе стороны от центрального предназначались для магистров; центральный, разумеется, вел во внутренние покои самого хозяина Тиля и членов его семьи.

На карте отсутствовали обязательные для Замка всевозможные тайные ходы, а также тоннели и залы, которые размещались выше или ниже основного уровня. Одно из таких помещений я обнаружил этой ночью. Ничего удивительного: в этой сложной иерархии без шпионажа не обойдешься.

Гордостью и любимой игрушкой магистра Артура за пределами Замка было большое сооружение у подножия холмов. Оно представляло собой частокол из толстых бревен с охраняемыми воротами и сторожевыми башенками и напоминало небольшую крепость. Взгляд магистра Артура неожиданно смягчился.

– В традиционный осмотр это не входит, – сказал он, – но я все равно собираюсь их проведать, так что пойдем вместе.

Проведать он собирался, как выяснилось, огромных насекомых, которых я еще не видел. При виде приближающегося магистра обслуживающий персонал засуетился. Длинные шеренги зверей, заключенных в тесном загоне, производили неизгладимое впечатление.

Чудовища с ярко-зелеными блестящими спинами и белым подбрюшьем, которых все называли вук, замерли, как на параде. Трех-четырех метров в длину и не меньше шести – в ширину, с мощными суставчатыми ножками. Большие яйцевидные глаза будто светились изнутри, а вокруг извивались кнутоподобные хоботы, которые заканчивались разинутыми ртами, похожими на клювы, грязными и отталкивающими. Кожа казалась совершенно гладкой, но я представлял спрятанный под ней сверхпрочный скелет, который делал их отнюдь не такими воздушными, как казалось на первый взгляд.

Между первой и второй парой ног на спине у каждого зверя было приторочено седло с жесткой спинкой, к которой Х-образными ремнями пристегивались всадники. Сами всадники, в черных штанах и ботинках (среди них были и женщины), производили впечатление выносливых, крепких и очень дисциплинированных. У этого воинства имелось и оружие – от пик и боевых палиц до духовых ружей. Арсенал размещался таким образом, чтобы привязанные всадники могли применить его легко и быстро.

– Поразительно, – совершенно искренне сказал я. – Все это сильно напоминает тяжелую кавалерию. Я не думал, что она нужна здесь, на Лилит.

Магистр самодовольно усмехнулся:

– Да, мы в самом деле нуждаемся в тяжелой кавалерии. Тебе уже известно, что для продвижения в нашем обществе нужно кого-то убить, то есть оказаться сильнее противника. А теперь скажи-ка – если бы ты был сэром Тилем, то стал бы ежедневно, день за днем, принимать вызов тех, кто захочет помериться силой? Даже без каких бы то ни было оснований? Конечно же, нет. Точно так же и другие рыцари. А что для этого нужно? Правильно – множество лучников и вояк, но в основном это головная боль администраторов. Вероятно, сотни магистров заткнули бы за пояс многих рыцарей, если не самого герцога, но у них даже в мыслях нет испытывать судьбу. Некоторые, однако, хотят подняться выше. И тут они сталкиваются со мной. Я пресекаю подобные поползновения. Если один рыцарь хочет что-то получить от другого, он должен бросить ему вызов и устроить поединок. Но, поскольку бой закончится либо гибелью одного из них, либо вничью, толку от него мало. Поэтому мы воюем немного. Каждый, кто претендует на это поместье, может либо поторговаться, либо сразиться с этим войском.

Я кивнул. Мои представления о Лилит в очередной раз в корне изменились. Сначала я никак не мог уразуметь, зачем им еще и войны, но внезапно осознал, что это некое подобие предохранительного клапана. Постоянные стычки позволяют разрядиться потенциально опасной группе населения – психопатам, воякам-любителям, закоренелым убийцам. Если им доставляет удовольствие вышибать друг другу мозги, необходимо предоставить им такую возможность, не потревожив при этом сложную систему.

– Вуки, – сказал магистр, – могут так высоко подпрыгивать вместе с седоками, что любые фортификационные сооружения теряют смысл. Выше на холме, вон там, можно разглядеть похожие на соты отверстия, в которых живут летающие насекомые – безили, мои, с позволения сказать, военно-воздушные силы. При правильном управлении они вместе с наземными войсками образуют фактически непобедимую армию. – Последняя фраза прозвучала искренне и убежденно. Магистр особенно выделил слова "при правильном управлении". Сомнений не оставалось – он был гениальным полководцем.

Я допускал, что это общество устроена весьма хитроумно. Обрюзгшие сибариты – рыцари – не хотят конфликтовать друг с другом. Отсутствие оперативных коммуникаций означает, что объединение больших территорий, поместий, под эгидой единого центра становится чрезвычайно трудным и к тому же бессмысленным. Любой желающий завладеть поместьем и стать новоиспеченным рыцарем, сначала должен захватить Замок и уничтожить его защитников, а это, как ни крути, подвиг. И индивидуальность претендента не имеет никакого значения – стрела или копье при метком попадании убьют кого угодно. Даже самого Марека Кригана.

Я представил рыцарей, которые, сидя за круглым столом, держат пари, чья армия сильнее, чей полководец талантливее.

Завершив проверку, мы направились в Замок. Вдалеке, на полях, виднелись маленькие фигурки батраков. Только теперь я оценил все, что со мной произошло. Еще вчера я был одним из них, а теперь нас разделяла огромная социальная пропасть. Теперь что-то представлялось мне ложным, а что-то – более глубоким, так же, как природа взаимоотношений между высшими и низшими классами общества, но ухватить мысль не удавалось. Душой я оставался с ними, а не с людьми вроде Артура и Пона, но не был ровней даже самым тупым смотрителям.

Мы вошли в зал, где столовались смотрители, и неожиданно я понял, что голоден.

25
{"b":"5652","o":1}