ЛитМир - Электронная Библиотека

– Что значит "последняя жертва"? – обиженно поинтересовался Ворон. – Смерть? Так мы к ней готовы.

– Не смерть. Жизнь. Это ведь не просто надеть маску и ограбить Центр, как ты не понял! Для них вы чудовища. Умереть – пустяки. Но мог бы ты ради колец, ради дела сам превратиться в чудовище? Спроси себя об этом. Пусть Козодой спросит всех. Единственный способ стянуть перстни у нелюдей – это стать одним из них. Подумай об этом и пойми, на что рассчитывает Чен. Представь себе, что у вас не осталось ни одного землянина. Ни одного, кто мог бы прийти за его перстнем, не выдав себя.

– Слишком много он знает для случайного попутчика, – шепнула Вурдаль. Ворон кивнул:

– Не скажешь ли нам еще чего-нибудь, дружище?

– Не перебивай меня. Я скажу тебе все, что тебе следует знать. Ворон. Савафунгу можешь доверять, но до определенной степени. Он не выдаст тебя Главной Системе, но он достаточно умен, чтобы, пока вы собираете четыре перстня, вычислить, где находится пятый, и отобрать у вас остальные. Налаживайте связи с другими флибустьерами. Старайтесь не зависеть от единственного источника. То же касается и Клейбена. Пока вы не победите, он будет с вами в одной команде. И он по-настоящему боится тебя, Сабатини. Пользуйся этим, но не поворачивайся к нему спиной. Он тебя создал, и он же придумал, как поймать и удержать тебя. Если тебя трудно убить, это еще не значит, что ты бессмертен. Еще недавно ты мог бы погибнуть вместе с нами, помни об этом.

– Я запомню. Клейбен застиг меня врасплох, когда поглощение еще не совсем завершилось. Второй раз у него не выйдет.

– Проклятие! Похоже, мое время истекает. Сперва пойдете на Джанипур. Это будет сложновато, но, если вы не сможете добыть этот перстень, не надейтесь добыть остальные. 0-ох! Мы выйдем из прокола не позже чем через минуту. Держитесь. Сабатини, вернись к пульту. Кто-то должен вести эту посудину, что бы ни случилось.

Сабатини повиновался и быстро включился в интерфейс. Ворон и Вурдаль небрежно ухватились за первое что попалось под руку. По сравнению с тем, что они пережили, выход из прокола казался пустячным делом.

– Пока вроде чисто, – сказал Сабатини. – Попробую круговой обзор.

Сенсоры давали информацию практически обо всем, что находилось в пределах прямой видимости, но не очень точно, особенно при широких углах сканирования, определяли принадлежность объекта. Но что они могли почувствовать наверняка, так это неизменный мурилий, то есть любой корабль.

– У Вала есть то, чего нет у нас, – предостерег Нейджи. – Он может полностью вырубить энергию, а если мурилиевый сердечник заэкранирован, обнаружить его нельзя. Так что радоваться пока рано. Но когда он внезапно включит двигатели, у нас все же должно остаться несколько секунд, если только мы не выскочили к нему вплотную.

– Сдается мне, мы довольно шустро стартовали с места, – заметил Ворон.

– Точно. Но мы не отключали мощность, а если запускаться от аккумуляторов, то надо включить двигатели, потом разогнаться и перебросить избыток мощности на защиту. Валы берут верх тем, что сводят нас с ума, но они должны повиноваться тем же законам физики, что и мы.

Убедившись, что опасности нет, Сабатини раскрыл заборники и начал быстро набирать топливо.

– Еще минут десять – пятнадцать, и можно лететь хоть до самой Земли, – сказал Нейджи. – Вряд ли стоит рассчитывать на то, что Звездный Орел приведет сюда "Гром".

Ворон отвернулся. Без "Грома" Нейджи был обречен.

– Эй, эй! – внезапно закричал Сабатини. – Зафиксирован прокол! Внимание!

– Может быть, "Гром"? – с надеждой спросил Ворон.

– Нет. Слишком маленький. Может быть, истребитель, но у меня нехорошее чувство, что точно такой же прокол я видел совсем недавно.

– Боюсь, ты прав, – отозвался Нейджи. – Но сейчас у нас хватит горючки, чтобы заставить его побегать. Вся проблема в той штуковине, что вылетела из первого Вала. В ней вся запись нашего боя, и если ее перехватили, то наш трюк уже не сработает, но, может быть, мы сумеем его надуть. Он не знает точно, кто мы такие, и только что запросил нас об этом. Я ответил, что это флибустьерское судно "Финляндия", и посоветовал отстать и заняться своим делом, но, кажется, он не купился. Сейчас я включу динамики.

– Флибустьерский корабль "Финляндия"! Застопорите ход для досмотра, – раздался голос из интеркома. Женский голос, очень знакомый, но Ворон его не узнал.

– Это голос Хань, – сказала Вурдаль. – Тверже, моложе, но все-таки ее.

Теперь Ворон понял. У Главной Системы не было записей, сделанных на Мельхиоре, и ей пришлось использовать последнюю ментокопию Сон Чин, сделанную на Земле.

– У вас нет полномочий на нарушение Завета, – ответил Валу Нейджи. – Следуйте своим курсом и дайте нам сделать то же самое.

– Сдается мне, мы это уже проходили, – грустно вздохнул Ворон.

– В этом районе укрываются чрезвычайно опасные преступники, – настаивал Вал. – Предприняты экстраординарные меры. Я обязан подняться на борт и удостовериться, что среди вашего экипажа нет тех, кого я ищу.

– Уноси отсюда свою железную задницу, – посоветовал Нейджи. – Хочешь взять нас на пушку, но я, чтобы ты знал, как раз передаю этот разговор самым широким лучом для всех, кого он заинтересует. Оставь нас в покое, не то все узнают, что ты нарушил Завет.

– Я имею полномочия при необходимости применить силу, – произнес Вал. – Но предпочел бы добровольное сотрудничество. Дайте мне убедиться, что ваш корабль чист, и можете отправляться своей дорогой. Но если вы откажетесь, я буду вынужден открыть огонь.

– Похоже, что все впустую, – вздохнул Нейджи. – И все же, если мне суждено уйти, я хотел бы уйти именно так.

– Ну а я – нет, – возразил Ворон. – Черт возьми, ты уже достал нас своей болтовней о его неуязвимости! Взорвем его ко всем чертям, и дело с концом!

– Будь у меня второй корабль, мы бы пустили ублюдка на спагетти, – проворчал Сабатини. – Но один на один он всегда будет чуть-чуть быстрее.

– Может, кто-нибудь откликнется, – отозвался Нейджи. – Я транслировал наш разговор на всех частотах. – Он переключился на открытый канал. – Есть там кто-нибудь, кому хочется увидеть, как рушится Завет? А на очереди вы! Мы еще можем немного задержать эту корзинку с болтами. Эй, флибустьеры, неужели никто не хочет защитить Завет?

Субпространственная связь то и дело прерывалась, но при передаче открытым текстом широкому лучу не требовалось много времени, чтобы дойти по назначению.

– "Финляндия", я "Касавуту". Я в одном часе хода от вас, ложусь на курс.

– "Финляндия", я "Иокогама Мару". Один час И девять минут хода, вхожу в прокол.

– "Финляндия"...

В разговор вступали все новые и новые голоса. Уединенный и пустынный уголок космоса внезапно оказался чрезвычайно густонаселенным.

– Ха! – воскликнул Сабатини. – Этот чертов Вал впредь будет знать, что надо глушить связь!

– Он бы тогда не смог с нами беседовать, – пояснил Нейджи. – Дело беспрецедентное и, надеюсь, он это понимает. Валы привыкли, что все их слушаются при одном появлении, но это ему не Земля. – Он снова обратился к роботу. – Ну ладно. Вал, теперь можно внести ясность. Или у тебя есть полномочия нарушить Завет, или у тебя их нет. У меня полные баки топлива, я хорошо вооружен, надежно защищен и довольно-таки маневрен. Шансы подсчитай сам. На одной только автоматике я продержусь против тебя час, а может и два. К этому времени здесь соберется целый флот тяжеловооруженных и хорошо защищенных кораблей, которыми управляют люди, ненавидящие вашу механическую власть. Если ты по-прежнему намерен преступить Завет, тебе это дорого станет.

От такой наглости Вал опешил. Но что компьютер делает хорошо, так это подсчитывает шансы, все шансы были за то, что любая помощь придет не раньше чем через несколько часов, если не дней.

– Прекрасно, значит, так и будем сидеть, – сказал наконец Вал. – Я не открою огня, если мне не придется защищаться, но и не уйду. Ваш драгоценный Завет дает мне те же самые права и ту же свободу действий, что и вам. Будем торчать друг напротив друга, пока вы не состаритесь, и, куда бы вы ни пошли, я пойду следом.

37
{"b":"5655","o":1}