ЛитМир - Электронная Библиотека

Не успел он договорить, как корабль вновь содрогнулся и слегка накренился. Тянущий луч, управляемый компьютерами ремонта и защиты, втаскивал их внутрь огромного транспорта.

– Мы прошли! – провозгласил Ворон. – Черт их всех побери, мы в него забрались!

Козодой внезапно ощутил волю к действию;

– Вурдаль, пройди вперед, посмотри, как там Хань и Рива, и приведи их сюда.

– Не надо, – раздался в наушниках резкий голос Колль. – Все в порядке, мы идем к вам.

– Командный модуль. – Хань говорила своим собственным голосом, высоким и нежным. – Вы знаете, где он?

– Что? – переспросил Козодой. – Где?

– Позади, в первом грузовом трюме. Большая круглая плита в полу. Ее удерживают девять потайных болтов и электронный замок. Чтобы освободить защелки, надо перекинуть два рычага.

Козодой огляделся:

– Ну, сестрички Чо, это, кажется, по вашей части.

– Нет-нет, – сказала Хань. – Я знаю комбинацию. Надо набрать ее и установить время, тогда сработают пиропатроны. Я постараюсь поторопиться. Пусть кто-нибудь прихватит с собой измерительный инструмент и встретит нас.

– Стоит ли с ним возиться? – сердито спросила Вурдаль. – Это всего лишь машина. Он может и подождать.

– Он один из нас! – резко, почти с угрозой ответила Танцующая в Облаках. – Он сам пошел с нами!

Появилась Рива Колль, ведя под руку Хань. Козодой вытащил из комплекта инструментов рулетку и поспешил за ними.

– Оставайтесь в креслах, – предупредил он, уходя. – Не стоит бродить здесь в одиночку.

– На сколько нам хватит воздуха? – пробурчал Ворон, догоняя его.

– На шестьдесят с лишним часов, – ответила за Козодоя Колль. – Время еще есть.

– Ну да, – вздохнул кроу. – Время временем, а вот чем мы будем дышать снаружи?

Козодой не совсем понимал, что задумала Хань, но полностью доверял ей. Она была странной, но знала машины, как никто другой, и теперь их жизнь целиком зависела от этой слепой девушки.

В темноте они едва нашли плиту, которую запросто можно было бы пропустить и при нормальном освещении. Два рычага были утоплены в палубу, и, чтобы повернуть их. Козодою и Ворону пришлось навалиться вдвоем. Наконец оба рычага были подняты и перекинуты в другую сторону до упора. В центре плиты отскочила крышка, открыв клавиатуру, покрытую слежавшейся грязью. Они очистили ее как могли, и Хань сказала им код, который узнала от Звездного Орла.

Козодой осторожно набрал его и отступил подальше. В полной тишине по краю плиты внезапно пробежали вспышки, и все болты выскочили из гнезд. Козодой с Вороном быстро подняли плиту, и открылась полость в полметра глубиной, в которой сидели три небольших прямоугольных блока.

– Вытяните средний, только осторожно, очень осторожно, – приказала Хань. – Потом измерьте его и опишите мне, как выглядят разъемы.

Соблюдать осторожность было нелегко, но наконец блок был вытащен, обмерен и осмотрен. Разъемы с блестящими контактами, отливающими золотом, усеивали дно и бока корпуса, их было множество, и все они выглядели по-разному. Козодой описал их как сумел. Хань внимательно выслушала его и кивнула:

– Пока что вставьте его обратно, чтобы он мог подпитывать свои резервные источники. Надо выйти в большой корабль.

– А что это такое, леди? – спросил Ворон, немного рассерженный тем, что их труд не принес видимого результата.

– Это командный модуль – мозг Звездного Орла, – ответила Хань. – Два других блока – модули обслуживания. Они могут протянуть гораздо дольше, чем мы проживем в скафандрах, так что лучше поторопиться. Надо найти в большом корабле такое же место и проверить его.

Козодой наконец понял:

– Ты собираешься поставить Звездного Орла управлять большим кораблем? А это возможно? Ведь конструкция командного модуля у межзвездного корабля наверняка иная, да и функции его намного сложнее.

– Не совсем так. Во-первых, существуют стандарты, а во-вторых. Главная Система не желала, чтобы какой-то компьютер был чересчур сложен и, в особенности, чтобы не поддавался перепрограммированию в полете. Конечно, гарантий никаких – например, размеры могут соответствовать, а разъемы – нет.

– И что тогда? – спросил Козодой. – Как же мы поведем это чудище?

– Точно так же, как собирались это сделать технологисты. Наладим прямую связь человека с машиной. Или, в нашем случае, нескольких людей. Подозреваю, что в одиночку с ним не управиться.

– А ты знаешь, где должна быть эта штука? – спросил Ворон.

– Да, более или менее. Но я не имею представления, в каком месте корабля мы находимся, знаю только, что где-то на внешней палубе. Вам придется заняться поисками.

– Да ты хоть представляешь себе, какой он большой? – возопил Ворон. – Понадобятся дни, недели, чтобы найти дорогу, даже если мы не будем заниматься ничем другим. Воды в скафандрах мало, воздуха и того меньше, еды никакой и полнейшая темнота! Невозможное дело!

– Так мы ничего не добьемся, – отрезал Козодой, стараясь предупредить панику. – Для начала надо хотя бы выяснить, где мы оказались, чтобы помочь нашей Хань сориентироваться. Потом мы проведем ее и Риву на мостик, и они попробуют установить прямую связь, а остальные будут искать место для командного модуля. Полагаю, госпожа Хань, у вас в голове есть нечто вроде карты, и нам остается лишь найти ориентиры.

– Я помню схему, и кое-что я узнала от Звездного Орла, но все это не так подробно, как хотелось бы. Попасть на мостик легко, и мы начнем оттуда. По крайней мере, установив соединение, можно было бы запустить кое-какие системы жизнеобеспечения.

Козодой тяжело вздохнул:

– Ну как, кроу, составишь мне компанию для прогулки в темноте?

– Что угодно, лишь бы не сидеть сложа руки, – ответил Ворон.

* * *

Какая-то зловещая ирония имелась в том, что по этому странному, темному и мрачному миру их вела слепая женщина. Грузовой отсек был огромен, лучи фонарей не достигали стен, и трехсотметровому грузовому кораблю, который они только что покинули, здесь не было тесно. Прежде всего они решили добраться до стены, и это заняло почти сорок минут.

Будь на корабле гравитация, их задача стала бы невыполнимой: нигде не нашлось ничего похожего на лестницы или ступеньки. Но двигаться в невесомости было намного легче, и наконец они обнаружили на внутренней стене люки и принялись обследовать один из них. Разумеется, он был заперт, но сестры Чо быстро справились с электронным замком.

Войдя, они были поражены, увидев цепочки огоньков, тянущиеся у самого пола по обеим сторонам коридора.

– Датчики движения, – объяснила по радио Хань, оставшаяся на разбитом корабле. – Это удача.

– Я бы не стал говорить так оптимистично, – мрачно заметил Ворон. – Это настоящий лабиринт. Одни коридоры...

– Я захватил с собой маркер. – Козодой старался ободрить товарища, хотя и сам чувствовал себя не особенно уютно. – Буду ставить метки через каждые десять огоньков и отмечать направление на каждой развилке.

Довольно долго они шли, не встречая никаких примет, которые помогли бы Хань определиться. Коридоры тянулись во всех направлениях и уходили в бесконечность.

– Эй, вождь! Ты обратил внимание на отсутствие помещений? Никаких кабинетов, спален, аудиторий, ничего подобного. Только пути для доставки приборов и оборудования. Я хочу сказать, что эту штуку строили как грузовик, только грузом были люди. Великое множество людей. Так где же, черт побери, их держали?

Козодой не ответил, охваченный дурным предчувствием. Как историк он знал, для чего предназначались эти корабли, представлял их себе как громадные миры, вывернутые наизнанку, с садами и жилищами, что-то вроде огромного движущегося города. Но этот корабль был холодным, суровым и безжизненным. Однако Ворон прав. Такой корабль должен был вмещать тысячи людей и поддерживать их жизнь. Но где? И как?

И вот, пройдя через очередной люк, они внезапно получили ответ.

"Так вот оно, чрево кита", – подумал Козодой. Нашлемные светильники и редкие огоньки на широких висячих мостиках выхватывали из темноты лишь малую часть огромного помещения, но казалось, оно продолжается до бесконечности.

4
{"b":"5655","o":1}