1
2
3
...
50
51
52
...
58

У этого существа никогда не было земных предков, и его никогда не переделывала Главная Система.

– Я вишшшу, ффы удифффлены, – произнесло создание, старательно имитируя человеческую речь. Неприятные шипящие звуки исходили из пульсирующей мягкой массы, расположенной ниже щупалец. – Я глафффный иншшшенер "Бахххакатана". Я Маккикор. Ффы, нафферное, никоххда ещще не ффидели Маккикора. Могу предссставить.

Это было еще мягко сказано. Внезапно Козодой почувствовал, что готов обнять насекомоподобного капитана Чуна и назвать его братом.

Капитан бен Суда не замедлил вмешаться:

– Маккикоры чужды нам всем, сэр, но они находятся под гнетом великого демона, так же как и мы. Им не повезло. Они оказались на пути Главной Системы, и она силой включила их в свою колониальную систему. После многих столетий, прожитых под игом, у них больше общего с нами, чем можно было бы ожидать. Мне повезло, что я его встретил, и скоро вы сами поймете почему. Маккикоры носят с собой запас воздуха, они почти невосприимчивы к вакууму и дозам радиации, смертельным для нас. Присутствующий здесь. Дебо – лучший бортинженер и ремонтник, какого только можно представить.

Ворон сухо усмехнулся, глядя на панцирное создание:

– Ну, вождь, для начала экипаж подобрался что надо.

Козодой открыл было рот, но сказать ничего не смог. Он только подумал:

– "Добро пожаловать во Вселенную, Бегущий с Козодоями".

"Гром" задрожал, взревел и двинулся сквозь Вселенную, которая оказалась намного сложнее, чем полагали мудрецы.

9. ЯСТРЕБ ДЖАНИПУРА

Следующие семь месяцев ушли на взаимную притирку и достижение всяческих соглашений. Постепенно новый экипаж выработал нечто вроде договора, основанного на общей выгоде, терпимости и, в некоторых случаях, дружбе и взаимном уважении. Помехой была не только отчужденность между колонистами, но и некоторая предубежденность флибустьеров по отношению к хозяевам "Грома". Было ясно, что подавляющее большинство новоприбывших по-прежнему сомневается, что планы мятежников сулят им удачу.

Козодой вновь продемонстрировал свой талант вождя. Он организовал совет капитанов и обращался к ним со всем возможным уважением. Каждый капитан оставался хозяином и повелителем своего корабля, но все они подчинялись тому, кого считали адмиралом – тому, кто командует не кораблем, а флотом. Этим человеком был Козодой.

Труднее всего для флибустьеров оказалось смириться с самим существованием Звездного Орла, не говоря уже о том, чтобы дать ему равный голос в совете капитанов. Всю жизнь они ненавидели машины, способные мыслить самостоятельно. При всех различиях во внешности, взглядах, языках и привычках все флибустьеры, даже инженер-инопланетник, были живыми и рожденными живыми существами. Звездный Орел казался им воплощением того, с чем они постоянно сражались, и им нелегко было доверять ему.

Звездный Орел, со своей стороны, старался как мог. Его ремонтники устроили в грузовых отсеках новые люки, соединенные шлюзами и сложными переходами со всеми кораблями, подвешенными к "Грому" снаружи. Примерно через месяц он собирался завершить герметизацию всего корабля, включая грузовые отсеки.

Внутренний поселок еще нуждался в многочисленных доработках, но постепенно он расширялся и становился более приспособленным для нужд тех, кому требовались условия, похожие на земные. Савафунг продолжал жить на своей роскошной яхте, где к его услугам были трансмьютеры, рабы и подчиненные. Все остальные только приветствовали это.

Каждому члену объединенного экипажа было выделено место для жилья во внутреннем корпусе "Грома" и рабочий кабинет в одном из окружающих отсеков, приспособленный к нуждам хозяина настолько, насколько позволяли обстоятельства и содержимое банков данных. Икира Сукота, например, устроила себе жилище в поросшем травой насыпном холме. Там почти не было освещения, но в темноте прятались самые современные удобства. Женщина-амфибия из ее экипажа получила домик и бассейн с проточной водой, в который могла погрузиться целиком. Кентавры предпочли простой открытый загончик с источником воды и устройством для удаления мусора. По-видимому, они нисколько не нуждались в уединении.

Все остальные, даже Человек-Скала, сочли, что можно удовлетвориться и стандартными коттеджами. Зеленые человечки, похожие на сов, пользовались всеми вещами, как обычно, но спать предпочитали стоя. Так же поступали хвостатая Бутар Киломен и Человек-Скала, а насекомоподобный капитан Чун и его напарницы спали, обвившись вокруг вертикальных шестов. Трудности возникли только с маккикором. Его родная планета была слишком непохожей на Землю, и хотя он мог дышать земным воздухом, ночевать предпочитал в особой нише, которую сам оборудовал на борту "Бахакатана". Он был явно польщен тем, что может помогать Звездному Орлу и его ремонтным роботам обновлять и восстанавливать флибустьерские корабли.

Трансмьютеры Мельхиора сделали свое дело на совесть, но Айзек Клейбен нашел технический способ помочь Хань, по крайней мере по части слепоты. Хотя программа, составленная его прежними сотрудниками, была чертовски изощренной и изначально не допускала никакого вмешательства, Клейбен совместно со Звездным Орлом разработали ментопринтерную интерпретирующую процедуру и небольшой прибор, сочетание которых могло заменить отсутствующее зрение. Звуковые волны с частотой, которая не мешала работе приборов и находилась выше порога восприятия землян и колонистов, преобразовывались в электрические сигналы и по нервам поступали в мозг. Записанная программа интерпретировала их как изображение. Эти сигналы слышал только маккикор, и ему они казались приятными. Козодой подозревал, что инопланетянин находит в этих звуках нечто эротическое.

Пользуясь звуковым излучателем и ментопринтерной программой, Хань могла "видеть" достаточно хорошо, чтобы различать отдельные предметы. Однако узнать кого-либо в лицо, а тем более читать она была не способна. Обычно она предпочитала полагаться на память и передвигалась настолько ловко, что со стороны казалась зрячей. Но в экстренном случае или в незнакомой обстановке новый прибор мог спасти ей жизнь, так что она оценила его по достоинству.

Что касается основной задачи, они и тут не теряли времени даром. Сперва они разыскивали, впрочем без особого успеха, остатки флибустьерского общества, и наконец Козодой, с одобрения совета капитанов, решил отправиться за первым перстнем.

К этому времени новоприбывшие уже знали все: что они ищут, какова функция колец и как они были созданы. Два экипажа бывали на Чанчуке, а экипаж "Индруса" хорошо знал Джанипур. Люди этого мира происходили от их расы и сохранили многие обычаи и верования древних индусов. Капитан Пачиттавал даже самолично видел перстень в Национальной Сокровищнице в Кохии-Центре, резиденции верховного администратора. Капитан считал, что верховный администратор надевает его лишь изредка, для особо торжественных церемоний.

– Красивая вещь, очень крупная, – рассказывал Пачиттавал. – Он лежит под увеличительным стеклом, так что хорошо видно, какая это тонкая работа. Две прекрасные птицы, словно отраженные в зеркале, сидят на веточках ели. Его очень берегут. Это одно из немногих изделий, изготовленных Основателями столетия тому назад.

Козодой кивнул:

– Я сейчас приглашу сюда Ворона и Сабатини и попрошу вас рассказать им обо всем как можно подробнее. Полагаю, настало время воспользоваться уникальными талантами Сабатини.

Капитан удивленно поднял брови:

– Я слышал, как не раз об этом говорили, кое-что мне рассказывали и другие, но я так и не понимаю, что вы подразумеваете под его уникальными талантами.

– В это невозможно поверить, пока не увидишь своими глазами, но я могу намекнуть. Вы ведь индус, не так ли?

– Именно так, сэр.

– И стало быть, вы верите в перевоплощение?

– Да, сэр, а как же иначе.

51
{"b":"5655","o":1}