ЛитМир - Электронная Библиотека

Первый модуль легко скользнул в гнездо и плотно встал на место.

– Пока что все хорошо, – заметил Ворон, тяжело дыша. Второй модуль вошел так же легко. – Хотелось бы знать, куда вставлять мозги.

– У меня только частичная схема, – сказала Хань. – Я не знаю точно, для чего служит четвертое гнездо. Быть может, туда ставится блок дополнительной памяти, а может быть, вспомогательный мозг, заботящийся, например, о грузе. Не исключено, что мозг Звездного Орла подойдет к обоим гнездам. Попробуйте и посмотрите. Все равно выбора у нас нет.

– Верхнее, – предположил Козодой. – Как бы глупо это ни звучало, но оно ближе к мостику.

– Ага, на целых полтора метра, – отозвался Ворон. Тем не менее они осторожно подвели командный модуль к гнезду и попытались вставить. – Кажется, он сидит немного выше, чем другие. Попробуем нижнее?

– Не всегда все получается с первого раза, – сказал Козодой. – Ладно, зацепи его магнитом и тяни.

Они вытащили модуль, медленно подвели его к нижнему гнезду, проверили положение и осторожно втолкнули на место. И снова он как будто вошел не полностью.

– Или мы ошиблись с другими, или придется рискнуть и подтолкнуть его, – сказал Ворон.

– Только осторожно! – вмешалась Хань. – Они прочные, но не слишком. Именно поэтому их приходится защищать.

Модуль сидел в гнезде с небольшим зазором, и они пытались, слегка подталкивая, вставить его то так, то этак. Козодой совсем уже было отчаялся, но тут Ворон нечаянно качнул модуль, и тот сел в разъем и зафиксировался.

– Эй! Он вошел! – вскричал кроу, изумленно уставившись на дело рук своих. – И ничего!

Внезапно в наушниках раздалось пощелкивание, попискивание, жужжание.

– Это на всех частотах! Выключите радио! – прокричала Хань, с трудом перекрывая шум. – Считайте до ста и включайте ненадолго, пока не услышите, что стало тихо!

В призрачно-темных недрах незнакомого корабля и без того было достаточно мрачно, а в полном молчании было еще хуже. Козодой по крайней мере мог видеть Ворона и невольно подумал о том, каково сейчас Хань. Отключив связь, она оказалась полностью отрезана от окружающего мира.

Досчитав до ста, они с надеждой включили рацию, но щелчки причиняли такую боль, что никто не мог выдержать больше нескольких мгновений. Упражнения в счете грозили затянуться до бесконечности.

В темноте Хань наощупь нашла руки Танцующей в Облаках и Молчаливой. Их прикосновение было для нее единственной реальностью, если не считать шороха собственного дыхания. Никогда еще она не чувствовала себя такой беспомощной – и только сейчас поняла, в какой степени она зависит от остальных. Это открытие ей совсем не понравилось, и к тому же она никак не могла уяснить себе, что же произошло. До сих пор ни один человек не был внутри такого корабля, не считая колонистов девять столетий назад, – но они были всего лишь грузом.

В мозгу у нее вспыхивали ужасные предположения. Не подходит питание... Короткое замыкание... А возможно, огромный корабль оказался слишком сложным для Звездного Орела и таким же чуждым, каким его разум был для нее.

Не отпуская руки Хань, Танцующая в Облаках повернулась и взглянула в темноту, скрывающую недра корабля. Вдруг она охнула и, крепче сжав руку китаянки, затеребила остальных. Наконец Колль повернулась и увидела то, что так поразило Танцующую в Облаках.

Вдали змеились огоньки, они росли, приближались, разбегались во всех направлениях, а спустя мгновение стало ясно, что это такое.

Светильники по краям висячих мостиков загорались секция за секцией, и вскоре вся пещера древнего корабля была освещена мягким переливающимся светом.

Они попробовали включить радио. Помехи все еще были слышны, но теперь они стали гораздо тише.

– Слышит меня кто-нибудь? – спросила Рива Колль. Ее голос дрожал, хотя она старалась говорить уверенно.

– Я слышу. – Голос Козодоя звучал немногим лучше.

– Мы тоже, – откликнулись сестры Чо. – Разве это не великолепно?

– Мы тут чуть не сдохли, – простонал Сабатини. Танцующая в Облаках принялась подталкивать Хань, пока та не поняла, чего от нее хотят, и не включила рацию. Они сделали перекличку.

– А здесь ничего, – доложил встревоженный Ворон, когда Танцующая в Облаках сказала ему, что снаружи включился свет.

– У нас по-прежнему темнота, но я чувствую какую-то слабую вибрацию, – сказал Козодой. – Как вы там?

– Еле живы, – ответила Хань, и голос ее звучал не так, как всегда. Исчезла ее обычная язвительная самоуверенность. Девочка перепугалась насмерть, подумал Козодой. В конце концов она все-таки человек.

Их прервало странное бормотание. Сначала оно было очень высоким, потом стало понижаться, словно кто-то искал подходящую тональность. Наконец оно прекратилось, и незнакомый голос спросил:

– Есть кто-нибудь на связи? – Он звучал немного не по-человечески, словно бы запись мужского голоса проигрывали на слегка пониженной и постоянно меняющейся скорости. Эффект был потрясающий.

– Есть, – ответила Хань. – Это ты. Звездный Орел?

– Звездный Орел... Да, я отождествляю себя с этим именем. Это.., затруднительно. Слишком много, слишком много всего и сразу. Все идет ко мне... Я стал таким огромным! Мне.., нелегко.., сосредоточиться на моем первоначальном сознании.., отграничить себя. Но я пытаюсь.., пытаюсь...

– Нам надо попасть на мостик, чтобы включить питание и системы жизнеобеспечения, – сказала Хань. – Это возможно?

– Вполне. Но сначала необходимо закрыть крышку люка и задействовать изолирующие цепи. Отсек командного модуля должен быть подвешен в вакуумной изоляции и защищен от ударов и вибраций.

– Ты слышал, вождь? – спросил Ворон. – Понимаешь, о какой штуке он говорит?

– Теперь да, – ответил Козодой. – Мы все время на ней стояли.

Сперва они оба приняли эту плоскую часть пола за своеобразный помост. Сойдя с нее, они подняли пластину и поставили ее на место. Козодой растерянно огляделся:

– Но я не вижу креплений.

– Отойдите. Активирую запорный механизм, – предупредил корабль. Сквозь отверстия в пластине высунулись зажимы, раскрылись и слегка подтянули ее внутрь. Козодой решил, что это какое-то магнитное или вакуумное уплотнение.

Они выбрались наружу и не без труда установили и частично завинтили громоздкую крышку. И снова корабль попросил их отойти, а потом огромная плита сама собой довернулась и встала на место.

– Теперь на мостик, – сказала Хань. – Ворон, ведите нас к верхнему люку.

После путешествия по коридорам и пандусам они вышли наконец в воздушный шлюз, ведущий на мостик, – полукруглое помещение размером примерно двадцать на тридцать метров. Вдоль стен из вороненого металла, возле приборных панелей и трех приземистых пультов, выстроенных в линию, стояли кресла для операторов. Сетчатые, с низкими спинками и без подлокотников, они выглядели весьма неудобными.

– Придется принести со старого корабля что-нибудь получше, – сказала Танцующая в Облаках. – Здесь не очень-то уютно.

– Довольно скудно, – критически заметила Рива Колль. – Такой большой корабль, и даже негде уединиться.

– Не вижу ни кухни, ни туалета, – пожаловалась Манка Вурдаль. – Не особенно приятное местечко.

– Сейчас я загерметизирую помещение мостика, – сообщил Звездный Орел. – Влажность будет понижена, а содержание кислорода, наоборот, чуть выше нормы, но, пока я получше не разберусь в устройстве систем этого корабля, вам, как и мне, придется обходиться Тем, что доступно. Со временем я смогу устроить вас поудобнее. Трансмьютеры просто огромны, наверное, у них невероятные возможности, но я не знаю, как с ними работать. И надо обеспечить более удобную связь с мостиком. Я прикажу ремонтникам позаботиться об этом. Боюсь, что первое время еда будет отличаться не слишком высоким качеством: мои пищевые программы предназначены для малого трансмьютера на старом корабле и здесь не особенно полезны. Ваши скафандры в состоянии справиться с жидкими отходами жизнедеятельности, но для всего остального вам придется приспособить что-нибудь самостоятельно. Пока на всем этом корабле один-единственный туалет – на старом корабле, который лежит в грузовом отсеке.

6
{"b":"5655","o":1}