ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Глаза Варнетта засверкали, и он весело потёр руки, предвкушая то, что сейчас произойдёт.

Неожиданно где-то в уголке его мозга возник образ Натана Бразила.

"Он сказал, что даёт мне шанс, – подумал Председатель. – Я сдержу слово. Этот мир будет изменён!"

Дверь отворилась, и в комнату вошёл ещё один обитатель Рая.

– В чём дело? – резко спросил Варнетт.

– Секретарь велел мне срочно явиться к вам в кабинет, – объяснил посетитель.

Варнетт улыбнулся. "Да, этот мир должен быть изменён, но не сразу, – решил он. – Не раньше, чем я получу максимум удовольствия".

– Подойдите поближе, – сказал он весело. – Вам будет оказана честь.

НА ГРАНИЦЕ – МИP ХАРВИЧА

Он открыл глаза и увидел наклонившегося над ним дурно пахнущего старика в широких штанах и клетчатой рубахе, с трёхдневной щетиной на лице.

– Калли? Ты меня слышишь, мальчик? Скажи что-нибудь! – громко позвал старик. Он застонал.

– Боже! Я весь в грязи! – выдавил он наконец. Старик улыбнулся:

– Отлично! Отлично! Я уж испугался, что мы тебя потеряем. Голова у тебя просто треснула.

Калли потрогал свою голову. С левой стороны под волосами была здоровенная шишка и немного засохшей крови. Внутри пульсировала боль.

– Постарайся встать, – сказал старик и протянул ему руку.

Он взял её и, шатаясь, поднялся на ноги.

– Как себя чувствуешь, малыш? – спросил старик.

– Голова болит, – пожаловался он. – Но вообще-то ничего.

– Говорил я тебе, найди хорошую девчонку, чтобы помогать на ферме, – рассерженно сказал старик. – Если бы здесь случайно не оказался я, ты бы помер.

Мужчина в недоумении огляделся. Это и в самом деле была ферма. Несколько кур, полуразвалившийся хлев с парой коров и ветхая бревенчатая хижина. В поле, судя по всему, росла пшеница.

– Калли, что-то не так? – спросил старик.

– Я… а вы-то кто? – нерешительно спросил он. – И где я?

Старик испуганно посмотрел на него.

– Да ты, видно, повредил себе мозги, малый. Отправляйся-ка в город и покажись доктору.

– Может быть, вы и правы, – согласился он. – Но я всё ещё не знаю, кто вы, где я нахожусь и кто я.

– Наверно, магнезия[6] или что-нибудь в этом роде, – с беспокойством пробормотал старик. – Будь я проклят. Слышал о таком, но никогда не видел. Ладно, чёрт с тобой, парень, ты – Калли Тондж. Твой отец преставился нынешней зимой, и ты остался на ферме совсем один. Родился ты здесь, на Харвиче, – объяснил он, произнеся это слово как «Харридж», – и был чертовски близок к тому, чтобы и помереть здесь. – Он показал на землю.

Всмотревшись, Калли увидел насос для орошения с компрессором. Очевидно, он затягивал большим гаечным ключом верхнюю гайку и случайно запустил двигатель. Ключ сорвался и ударил его по голове. Он равнодушно смотрел на ключ, представляя, как всё это было.

– Ты в порядке? – с надеждой в голосе спросил старик. – Мне надо идти, не то мою старуху хватит кондрашка. Но если хочешь, я могу кого-нибудь прислать, чтобы тебя отвели к доктору.

– Не надо, я сам, – ответил Калли. – Лучше скажите мне, далеко ли до города?

– Бог с тобой, Калли! Ты говоришь смешные вещи! – воскликнул старик. – До станции вот по этой дороге – километра полтора. – Он указал нужное направление.

Калли Тондж кивнул.

– Хорошо, я пойду туда. Если с мозгами что-нибудь не в порядке, лучше сходить. Просто так, на всякий случай, чтобы проверить. Не волнуйтесь.

– Ладно, так тому и быть, – с сомнением ответил старик. – Вечером я зайду посмотреть на тебя, – предупредил он и, отвязав от ограды лошадь, двинулся по дороге.

"Он ездит верхом! – пронеслось в голове у молодого человека. – И дорога грязная!"

Калли повернулся и направился к хижине, которая оказалась новее, чем ему представлялось. Внутри он увидел широкую кровать с одеялами из шкур, умывальник, мойку, газовую плиту – баллон с газом помещался под плитой, а вода, по-видимому, поступала из бака, расположенного возле хлева. В хижине были также большой камин и комнатный душ. Тут же стоял маленький холодильник, работающий от тракторного аккумулятора.

В углу он заметил туалет. На стене висели треснувшее зеркало, ножницы и бритва.

Взглянув на себя в зеркало, Калли увидел сильное красивое лицо с резкими чертами и тёмные волосы, завязанные на затылке в конский хвост; у него были рыжеватая окладистая, но аккуратно подстриженная борода и усы.

Он повернул голову, над левым ухом зияла глубокая рана.

"Во время этого несчастного случая Калли Тондж умер, – понял он. – И я занял пустую оболочку".

Он снял зеркало со стены и внимательно рассмотрел себя. Он увидел крепко сколоченное мускулистое тело, загорелое и привычное к труду. На руках были мозоли, появившиеся от тяжёлой работы на ферме.

Голова продолжала болеть, и он решил, что ему всё же лучше сходить в город. Рана поможет объяснить ошибки в его поведении.

Он надел толстую шерстяную рубаху, рабочие брюки, потрёпанные кожаные башмаки и вышел наружу.

Место это оказалось в высшей степени интересным. Оно напоминало картинку из древней истории, несмотря на водопровод, электроприборы, пусть и примитивные, и некоторые другие признаки цивилизации. Калли с удовольствием отметил, что его запястье украшают изящные наручные часы.

Он бодро зашагал вперёд, разглядывая окружающий мир. Тут и там были разбросаны маленькие фермы; некоторые из них казались более современными, чем его собственная. Дорожное движение практически отсутствовало. Лишь изредка мимо него проезжал всадник или конный экипаж.

Складывалось впечатление, что современные транспортные средства здесь либо не используются, либо находятся под запретом.

Несмотря на явное долгое отсутствие дождей, страна выглядела зажиточной. Почва представляла собой богатый минеральными солями чернозём, и там, где маленькие компрессоры качали воду из колодцев или ручьёв в оросительные каналы, край процветал.

До станции он добрался гораздо быстрее, чем предполагал, и не чувствовал ни малейшей усталости. Город поразил его своими контрастами. Бревенчатые дома, некоторые в пять этажей, соседствовали с современными зданиями сборной конструкции. Улица не была замощена, но тянулась вдоль нескольких кварталов; весь деловой район состоял из значительно более крупных и комфортабельных домов. В городе имелось уличное освещение, у части торговых заведений были электрические вывески, так что где-то неподалёку явно работала электростанция; похоже, что во всех домах был водопровод.

Калли рассматривал женщин. Большинство из них были одеты точно так же, как он, не считая маленьких ковбойских или широкополых соломенных шляп, прикрывающих головы. Женщин было гораздо меньше, чем мужчин, и выглядели они мускулистыми и мужеподобными.

Город оказался невелик, и молодой человек без труда нашёл приёмную врача. Осмотр встревожил доктора. Рентгеновское обследование выявило серьёзное сотрясение мозга и трещину в черепе. Врач никак не мог понять, как он вообще остался жив, о чём и заявил напрямик, накладывая на рану небольшую повязку.

– Пусть в течение следующих нескольких дней кто-нибудь побудет с вами или хотя бы регулярно вас навещает, – посоветовал врач. – Память вы потеряли, вероятно, лишь временно, в подобных случаях это бывает. Но повреждения нанесены значительные. Мозг ушиблен, и кто-то должен за вами понаблюдать, чтобы в этом месте не возник тромб.

Калли поблагодарил врача, заверил его, что сумеет сам позаботиться о себе и что будет приходить на осмотр.

– Счёт оплатите в конце этого месяца, – сказал врач.

Это его ошеломило. Счёт? Деньги? Как же всем этим пользоваться? Выйдя на улицу, он вынул из кармана тонкий кожаный бумажник, выглядевший так, словно ему довелось пережить артиллерийский обстрел, и раскрыл его.

В нём лежали забавные листочки бумаги; их насчитывалось около дюжины. На одних был трижды изображён один и тот же мужчина, на других – ещё двое мужчин и женщина. На тыльной стороне были помещены очень реалистические сценки сельской жизни. Калли надеялся, что сумеет прочитать то, что написано на банкнотах. Но ему пришлось различать их только по рисункам.

вернуться

6

Старик путает магнезию с амнезией – потерей памяти. 

83
{"b":"5656","o":1}