1
2
3
...
11
12
13
...
73

Где именно находится этот великий координатор нового мирового порядка, не было известно вот уже несколько сотен лет, но создали ее на Земле, и следовательно, искать ее нужно было там. Впрочем, на это давно уже никто не отваживался – да и зачем? В понимании Главной Системы Земля и Марс были уже "стабилизированы" – то есть являлись скорее зоопарками, чем природными популяциями. Что касается Системы, то та, очевидно, вознамерилась стабилизировать ни больше ни меньше, как всю Галактику, и почти все усилия направляла именно на это.

И вот дочери одного из смотрителей этого музея, сидящей за нелегально установленным компьютером, который не сообщался ни с кем за исключением своего оператора, вдруг пришла в голову ошеломляющая догадка, что, несмотря на кажущуюся всеохватность системы, некоторые из экспонатов сумели выбраться из своих клеток и витрин и разгуливают на свободе.

* * *

Сон Чин не терпелось рассказать отцу о своих переживаниях и открытиях, но тот задерживался: как губернатор и верховный военачальник целой островной провинции он мог передвигаться только в сопровождении многочисленной свиты и должен был исполнять все обязанности, предписываемые ему обычаями, давать аудиенции и делать еще многое-многое другое.

Они с отцом никогда не были особенно близки, хотя он баловал ее и защищал. Но человек, достигший его положения и обладающий его властью, как правило, не может себе позволить иметь близких людей, а он, кроме того, был продуктом династической культуры, в которой дочери ценились невысоко, и вообще женщинам полагалось знать свое место и принимать это с радостью. Сон Чин появилась на свет новее не потому, что отец хотел дочь, а потому, что сыновьям предстояло бы унаследовать его многочисленные обязанности и ответственность и постоянно быть на виду, в то время как дочь можно было сохранить для кое-какой тайной цели.

Что же касалось ее, она могла думать только о своих открытиях и с нетерпением ждала вызова. Вызов пришел через три дня после приезда отца. Это была сугубо частная аудиенция в его кабинете. Разумеется, у дверей стояла неизбежная стража, но Сон Чин сразу же провели в покои, где она и застала отца, в полном одиночестве сидящего в позе Будды на шелковом ковре.

Он был рослым человеком, и не только по ханьским меркам, но круглое лицо и широкие плечи делали его толще, чем он был на самом деле.

Сон Чин поклонилась, села напротив и стала терпеливо ждать, когда он откроет глаза и заговорит с ней. Он был единственным человеком, которого она боялась, уважала и, несмотря на всю его холодность, отчасти даже любила.

Внезапно он заговорил, не открывая глаз:

– Я прочел доклады об операции; судя по ним, ты справилась великолепно. Похоже, мы успели как раз вовремя. Сейчас в нашей системе находится корабль, способный нести пассажиров, а несколько челночных катеров приземлились для ремонта в Улан-Баторе. Целью явно были они. Разумеется, им бы не дали улететь далеко, но это могло бросить тень на репутацию моих администраторов и на меня лично. Мы, несомненно, – и заслуженно – понесли бы всю ответственность за случившееся. Именно поэтому я позволил тебе участвовать в операции: честь нашего семейства требовала, чтобы кто-то из нас присутствовал там. Сон Чин церемонно склонила голову:

– Почтительно благодарю вас за эту возможность. Из вывезенных материалов я узнала много нового и интересного.

Его глаза открылись, и он взглянул на нее в упор:

– Вот как? Что же именно? Ей пришлось сдерживаться, чтобы выглядеть смиренной и спокойной, но в душе она ликовала:

– Они обнаружили, что люди могут пилотировать космические корабли и прокладывать курс среди звезд почти без всякой подготовки!

Сон Чин помедлила, ожидая хотя бы изумленного восклицания, но отец, казалось, ничуть не удивился.

– Да? И что еще?

Внезапно она поняла, что он наверняка знал все и раньше, это было ясно уже по тому замечанию, которое он сделал в начале беседы. С некоторым смущением она сообразила, что не у нее одной был доступ к копиям файлов, записям и устройствам, захваченным во время операции.

– Я почти уверена – больше чем на девяносто девять процентов, – что об этом известно давно и в прошлом некоторые люди или группы людей уже проделывали такие вещи. Я убеждена, что существуют люди, которым доступно все, что недоступно нам, и они неподвластны Системе. Их планы совершенно ясно указывают на это.

– Да, не исключено, – спокойно согласился он. – Вопрос только в том, как эти сведения попали к той группе.

Это замечание потрясло ее. Он знал!

– В информации, которой мы располагаем, об этом ничего не говорится, – сказала она, сдерживаясь изо всех сил. – Этим должна заняться служба безопасности, у нее свои методы.

– Да. Но к сожалению, на то, чтобы опознать и выследить всех нелегалов и обнаружить утечку, не насторожив при этом Главную Систему, уйдет слишком много времени.

Для нее это было уже слишком.

– Прошу простить за мою самоуверенность, но трудно предположить, чтобы Главная Система по меньшей мере не была осведомлена об их существовании.

– Ты совершенно права, дочь, но ты, увы, забываешь, что Вселенная велика. Эти нелегалы столько времени прятались у нас под носом и едва не добились успеха. Если такое возможно на Земле, вообрази, насколько легче скрываться в открытом космосе. Безусловно, это уже не наша забота и тем более не твоя. Однако это смертельно опасная информация, угрожающая всем нам, и я распоряжусь, чтобы при первой же возможности она была удалена из твоей памяти.

– Отец! Умоляю вас! Не делайте этого! Я…

Он остановил ее взглядом и почти незаметным жестом:

– Достаточно. Я был слишком терпим к тебе. – Он помедлил. – Я подарил тебе роскошное детство, но рано или поздно всем приходится взрослеть. Угрожая моему офицеру фальшивым обвинением в изнасиловании, ты покрываешь позором свою мать и меня лично. В такой ситуации я вынужден обратить на это внимание и понять, что настало время изменить твою жизнь.

Он был единственным, кто мог заставить ее ощутить подлинный стыд, и Сон Чин почувствовала, как слезы подступают к глазам. Но где-то глубоко внутри злобный голос повторял: "Это все Чан, сын свиньи! Когда-нибудь я его убью!" Но вслух она сказала:

– Во всем виновато лишь мое нетерпение. Я не хотела никого позорить, даже полковника.

– Я мог бы понять, а возможно, и простить это нарушение, но тут случай особый. Ты осмелилась помешать человеку, командовавшему операцией, жизненно важной для существования всего семейства, и пыталась вынудить его нарушить приказ. Мой приказ. Ты уже много раз нарушала приказы и пренебрегала советами, но сейчас ты сделала это преднамеренно, и с этим примириться уже нельзя. Ты была создана для того, чтобы дать жизнь новому поколению лидеров завтрашнего дня, которое упрочит власть нашего семейства, а возможно, и расширит его. Приближается рекреация – а вместе с ней и время твоей свадьбы.

Сон Чин испугалась. Он уже говорил об этом и прежде, но сейчас его слова прозвучали так, словно все уже решено.

– Свадьбы? С кем?

– Проще всего было бы отдать тебя за полковника Чана. У него много полезных качеств, да и справедливость была бы соблюдена. Но он бы стал слишком близок к нашему семейству, а это не входит в мои планы. По правде говоря, есть несколько кандидатов, но у меня были более срочные дела, и я отложил окончательный выбор. Однако откладывать дальше я не намерен. Тебе уже семнадцать, и ты достаточно взрослая. Когда придет время, тебя известят.

Она не осмелилась возразить прямо и решила сделать это через посредника.

– А матушка знает?

Он не принял вызова, прозвучавшего в этом вопросе. Разумеется, мнение матери не имело никакого значения, но она была не из тех, кого легко успокоить. Жена великого человека сама была незаурядным политиком и могла найти достаточно способов, чтобы воздействовать на мужа. Например, ей были известны кое-какие сведения, огласка которых причинила бы немалые неприятности, даже в пределах семейных владений и на уровне ханьской культуры.

12
{"b":"5659","o":1}