ЛитМир - Электронная Библиотека

Правда, облака оказались не настолько плотными, как он опасался: кое-что можно было разглядеть, но поднялся сильный ветер, и под его порывами каждое движение могло стать роковым. Внезапно воздух потеплел – не сильно, но вполне ощутимо, – и он насторожился; в окружающем тумане не было ничего подозрительного, он по-прежнему оставался всего лишь туманом, но отсутствие каких-либо запахов настораживало: ведь наиболее вероятный источник тепла – выход горячих газов или что-нибудь в этом роде. Весьма озадаченный, он продолжил восхождение и через пару десятков шагов внезапно вышел на чистое пространство. Строго говоря, это был лишь узкий промежуток между двумя слоями облаков, образованный массой теплого воздуха, но это уже не имело значения: прямо перед собой, метрах в двенадцати, он увидел вершину Горы. Второе облачное кольцо клубилось значительно выше.

Здесь, наверху. Гора еще больше напоминала вулкан; идеально круглая воронка кратера диаметром более сотни метров выглядела столь же неестественно, как стена облаков и неожиданное тепло. Собственно говоря, кратер и был источником этого тепла: он ясно видел, как над ним дрожит воздух. Человек осторожно, ползком, подобрался к краю кратера и заглянул внутрь. На мгновение ему показалось, что непривычно долгое восхождение лишило его рассудка.

Лица… Огромные лица, высеченные из белесоватого камня, окружали воронку. Носы были не меньше восьми метров в длину, а гигантские рты, к счастью, закрытые, вполне могли бы проглотить целое стадо бизонов.

"Кто изваял их? – со страхом подумал он. – И зачем?"

Метрах в сорока ниже кольца каменных лиц воронка кончалась. Дырчатый пол казался покрытым какой-то грубой тканью, но он был достаточно искушен, чтобы понять: это наверняка металл. Сквозь узкие ячейки этого диковинного сита из недр горы поднимался горячий воздух, создающий облачную завесу и поддерживающий температурный режим вокруг вершины. В центре воронки имелось изображение пяти колец, размещенных квадратом: четыре по углам и пятое – в середине. Внутри колец тоже виднелись какие-то рисунки, но разглядеть их как следует не удалось: отчасти мешало расстояние, но больше – что-то напоминающее смолу, которой были залиты рисунки. Местами это покрытие было сколото, из чего он сделал вывод, что оно появилось здесь позже, чем изображения.

Еще раз взглянув на исполинские лица, он почувствовал озноб. Они были загадочны и внушали трепет; он не сомневался, что перед ним – лики дремлющих духов Горы. Черты их были бесстрастны, глаза – закрыты. Он насчитал двадцать пять изваяний, но, приглядевшись, сообразил, что на самом деле разных лиц всего пять, каждое из которых повторяется пятикратно.

Мужчина с короткими курчавыми волосами и широким приплюснутым носом. Пожилая женщина с пухлыми щеками. Другая женщина, гораздо моложе, с красивым нежным лицом. Она чем-то напоминала шайенку, но глаза у нее были странно раскосыми, как у кошки. Очень старый мужчина, весь в морщинах и почти абсолютно лысый. И наконец, самый странный из всех: мужчина с необыкновенно длинным лицом, впалыми щеками и крючковатым носом.

Изваяния были расположены по кругу, и будь их глаза открыты, они смотрели бы вниз, на что-то, находящееся в самом центре кратера.

Кем они были? Создателями Горы, пожелавшими увековечить себя в назидание потомкам? Но зачем они создали Гору? Почему именно здесь? Какая сила порождает это странное тепло, идущее из недр? И вообще – существует ли ответ на эти вопросы?

Он медлил, решая, что делать дальше. Он бросил вызов Горе, он победил, он достиг своей цели – и что же? Спуститься вниз и рассказать – о чем? О двадцати пяти огромных лицах, высеченных в стене кратера, о решетке на дне, сквозь которую дует теплый ветер? Кто ему поверит? Поверит ли он сам, что видел это, когда этой картины уже не будет у него перед глазами? Он поставил себя на место человека, выслушивающего подобные сказки, и поморщился. Нет, так не пойдет. Слов недостаточно, нужно что-то вещественное. Стало быть, придется спуститься в кратер… Но как это сделать? Найдется ли тут подходящий камень, чтобы надежно закрепить веревку? И надо еще прикинуть длину и убедиться в прочности…

Размышляя так, он пошел вокруг кратера и внезапно заметил у самого края какой-то тусклый отблеск. Он направился к этому месту и вдруг остановился, пораженный.

Стержень. Металлический стержень. Он был прочно вмурован в скалу, а на нем болтался полусгнивший обрывок веревки. Похоже, он все-таки побывал здесь не первым и не ему одному пришла в голову мысль спуститься в кратер.

Он нагнулся и осмотрел стержень. Слишком гладкий и слишком прочный, тот никак не мог выйти из-под молота деревенского кузнеца. Это была продукция машины, принадлежащей Консилиуму, – а быть может, и чему-то, превосходящему Консилиум. Веревка, чересчур толстая и чересчур сложного плетения, тоже явно не могла быть изготовлена вручную.

Распластавшись на скале, он подполз к кромке кратера и заглянул вниз, в просвет между лицами старика и женщины с раскосыми глазами. Что здесь произошло? Быть может, веревка просто перетерлась об острый камень? Он вытянул шею, чтобы получше разглядеть стенки, и, вздрогнув, едва не свалился вниз.

Скелеты. Остатки веревки и останки людей. Все, кто пришел сюда до него, умерли на дне кратера.

Итак, это, судя по всему, какая-то ловушка… Но в любой ловушке должна быть приманка – и здесь приманкой служило явно не простое любопытство. Видимо, лица духов – а теперь он уже ни капли не сомневался, что это именно духи, – сторожат нечто, спрятанное глубоко внизу. Он попытался представить себе ценность того, что могло подвигнуть людей на такой риск, – и не смог: это было выше его понимания.

Переведя дыхание, он еще раз внимательно осмотрел дно кратера. На самой решетке, кроме рисунков, ничего не было; видимо, то, что здесь искали, находится ниже – но тогда где-то должен быть вход, какая-то дверь или пещера… Присмотревшись, он увидел нечто, похожее на фреску, какой-то рисунок на скале, метрах в полутора от пола. За исключением этого стены выглядели вполне обычно.

Он вновь опасливо покосился на лица. Под неподвижным камнем могла скрываться любая угроза, глаза могли в любой момент распахнуться, превратившись в бойницы. Судя по положению стержня, тот, кто его вмуровывал, тоже об этом подумал. Но что-то обрезало веревку, и смельчак рухнул на решетку далеко внизу. Кратер был средоточием могущества, но вместе с тем и средоточием смерти, и у него хватило здравого смысла понять, что, спустившись туда сейчас, не имея ни малейшего понятия, что его там ожидает, он докажет отнюдь не свою отвагу, а только глупость. Возможно, кто-нибудь когда-нибудь сумеет объяснить ему увиденное, но для этого нужно вернуться и рассказать обо всем.

Принятое решение успокоило его. Он отполз от края воронки и, немного передохнув, проверил свои припасы. Солонины осталось совсем чуть-чуть, хоть он и старался экономить. Восхождение заняло пять суток, однако на обратном пути он надеялся уложиться за пару дней.

Но перед тем, как отправиться назад, он решил немного поспать. Он сильно устал, в тепле его разморило, и все же заснуть оказалось нелегко. А заснув, он увидел сон, зловещий сон…

* * *

…Он стоял на дне кратера и, задрав голову, смотрел вверх, на кольцо скульптур. Каменные лица ожили, глаза их открылись и созерцали его, насмешливо и высокомерно.

Оглядевшись, он увидел, что стоит по колено в груде скелетов. В ужасе он попятился, но, запутавшись в собственной веревке, упал. Кости хрустнули под его тяжестью, в лицо оскалился белый череп. Вскрикнув, он отпихнул его и вскочил, опираясь о стену.

Теперь он отчетливо видел странный рисунок на противоположной стене кратера. Это была не фреска, а скорее мозаика – и так же, как рисунки на полу, представляла собой узор из пяти колец, расположенных квадратом, правда, более четкий. Изображения в кольцах живо напомнили ему наскальные рисунки художников его племени, и он не сразу обратил внимание, что в каждом рисунке имеется небольшой черный квадратик, словно в этом месте выпал кусочек мозаики.

2
{"b":"5659","o":1}