ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Слушаю и повинуюсь, господин.

В тот же момент ей показалось, что Дорион стал самым обыкновенным, а ее господин был где-то в другом месте, и пока она не получала от него никаких приказаний. Это было странное ощущение.

– Я должен идти, – сказал Дорион. – Нужно сообщить Бодэ, уложить вещи, собраться. Хорошо еще, если Кованти выпустит нас. Если нет, мы проиграли.

* * *

Ни Дорион, ни Бодэ почти не спали той ночью. Дорион побаивался, что или Халагар улизнет раньше, или власти Кованти остановят их, как только выяснится, что он уходит с ними. Бодэ, которая вообще недолюбливала Халагара, спала беспокойно, положив рядом хлыст и короткий меч. Но вот стало светать, дворец просыпался, пока все было спокойно.

Бодэ согласилась с Дорионом, что сейчас им нельзя отказаться от помощи Халагара, но она поклялась, что убьет либо Халагара, либо Чарли, прежде чем позволит ей стать навечно рабыней наемника.

Халагар ждал их во внутреннем дворе. На нем был простой черный костюм для верховой езды, кожаная куртка и широкополая черная шляпа, на поясе – широкий меч и пистолет.

Рядом с Халагаром стояла Чарли в черных кожаных сапожках на высоких каблуках, тонкие ремешки оплетали бедра, создавая узор, который доходил до черных кожаных трусиков. Шарфик, обшитый золотом, прикрывал грудь, легкая черная атласная накидка закреплялась у шеи, золотые браслеты и серьги дополняли костюм.

Бодэ прошептала на ухо Дориону:

– Видишь? Бодэ говорила, что знает его вкус.

Дорион пожал плечами. Бодэ и сама любила одеваться в кожу, и сейчас ее наряд был разве что чуть-чуть поскромнее.

– Для такого долгого путешествия костюм, конечно, не очень подходящий, но и не так плох, как то, что ее заставляли носить раньше. – Дорион нахмурился. – Из трех лошадей одна вьючная. Как он предполагает везти Чарли?

Седло на спине большого черного жеребца, который принадлежал Халагару, было явно рассчитано на двоих. Спереди к нему прикреплялись дополнительные маленькие кожаные стремена. Чарли явно была Шари, раболепная, покорная и невежественная. Но хоть Дориону было больно видеть это, ему не хотелось, чтобы Халагар или кто-нибудь еще узнали бы настоящую Чарли. Пока она была Шари, никто, даже с помощью Мрака, не смог бы прочесть ее мысли, – их просто не было.

И все-таки думать о том, что Чарли теперь собственность этого красивого самца, было так мучительно, что Дорион засомневался, выдержит ли он такую пытку.

Он утешал себя только тем, что Халагар – всего лишь средство добраться до Булеана, и еще неизвестно, понравятся ли великому магу планы наемника, хотя тот и считал их почти осуществленными.

Красивый, сильный, избалованный общим восхищением, Халагар не привык замечать других людей – он только использовал их. Он на самом деле не понимал, почему так одинок и почему так привязался к Чарли.

– Нам нужно делать минимум шестьдесят лиг в день, – сказал Халагар. – Колониальные миры наводнены повстанцами, лучше держаться подальше от главных дорог и передвигаться, по возможности, днем. Поговаривали, что в некоторых мирах уже случались Ветры Перемен, правда, не очень сильные. Я запас манданские плащи для всех нас, главное, не потерять вьючную лошадь. Но именно за майданами больше всего охотятся повстанцы. Уж если они действительно решились призвать Ветры Перемен, им надо много манданского золота для своих людей.

Тут Халагар не ошибался. Клиттихорн и Принцесса Бурь могли вызвать Ветер Перемен, а принцесса могла даже руководить великой бурей. Правда, что эта буря оставит после себя, – никому не дано было предсказать. Она изменяла навсегда (или до следующего Ветра Перемен) все, чего касалась, и только манданское золото могло защитить от этой страшной стихии.

Халагар в последний раз проверил все, посадил Чарли в седло и сам сел позади нее. В последний момент чья-то маленькая фигурка метнулась, как тень, и вспрыгнула на седло к Чарли. Халагар было протянул руку, чтобы схватить и сбросить зверька.

– Не тронь! – крикнул Дорион. – Кот ее побратим. Они не могут друг без друга.

Наемник заколебался, потом проворчал:

– Ладно уж, но я не потерплю, чтобы кот мешал мне.

– Коты делают то, что хотят, особенно этот кот. Скорее всего он будет держаться подальше от тебя. Но они едут вместе, девушка и кот. Запомни это!

Мрак повозился немного, выбирая удобное место, недовольный, что его плохо устроили, но в конце концов улегся против Чарли, не обращая внимания на переполох, который он вызвал.

Дорион и Бодэ сели на своих лошадей, и Дорион в последний раз вздохнул, подумав о комфорте, который они покидали. Итак, они снова были в пути. Одна надежда – через каких-нибудь несколько недель они будут либо у Булеана, либо в аду.

Глава 3

Сеанс практической магии

Проснувшись, Итаналон очень удивилась, когда увидела в гостиной на диване Крима. Магическое чувство говорило ей, что это не враг, но она никогда не видела его прежде. К тому же незнакомец вызывал у Итаналон те же ощущения, что и прелестная женщина, которую она видела здесь ночью.

– Не тревожьтесь. Я Крим, другая половина Киры, можно сказать. Итаналон нахмурилась.

– Проклятие? По виду – очень сильное. Крим кивнул:

– Кира живет во мне днем, а я в ней – ночью. Мы пошли на это, чтобы спасти ее жизнь. Временами неудобно, но, в общем, ничего.

Итаналон задумчиво сказала:

– Да, впечатляет! Сильный красивый мужчина, умудренный жизненным опытом, и прекрасное гибкое юное создание… Я вижу, как это переплетено. И еще понимаю, почему Булеан поручил Сэм именно тебе. Вы с Кирой очень похожи.

Крим удивленно поднял брови.

– Неужели? Никто никогда этого не замечал.

– Не явно. Но ваша манера говорить, выбор слов, излучение силы… Я вижу не две ауры, а только нечто большое и цельное. Ты помнишь то же, что она, знаешь ее сокровенные мысли, а она твои?

Крим кивнул:

– Да. Это было самое трудное. Впору с ума сойти. Ну а потом удалось научиться жить с этим.

– Не многим хватило бы силы духа на такое. Наверное, все, кто знает вас обоих, считают вас разными людьми. Возможно, вы и сами так думаете, но ауры говорят мне, что ее нет с тобой сейчас, а тебя не было с ней прошлой ночью. Я бы это знала. Когда-то вас было двое, но вы избежали безумия не принятием двойственности, а становлением целостности. Днем ты мужчина, и ты взаимодействуешь с миром, как абсолютный мужчина. Когда ты прекрасная женщина, ночью, ты взаимодействуешь с миром, как абсолютная женщина. Но твои разум, аура, внутренняя сила – те же в обоих воплощениях. Вы достигли почти уникального регулирования. В каждом мужчине есть нечто женское, иначе они были бы просто животными, а в каждой женщине – что-то мужское, иначе им бы не выжить самостоятельно. Только в тебе эти стороны уравновешены, ни одна не преобладает.

Крим задумался.

– Может быть. Мне, правда, не приходило это в голову, но меня действительно никогда не привлекали другие мужчины, а Киру – женщины.

– Вы избегаете безумия, потому что мужская и женская сущности поочередно полностью овладевают телом, хоть вы и не контролируете это. Мне кажется, ты наслаждаешься своей двойственностью и совсем не хотел бы ее потерять. А вот натура нашей Принцессы Бурь из внешних слоев тебя беспокоит.

Он кивнул:

– Да, мне не по себе с ней, но я не могу объяснить почему.

– Ее склонности не так редки, как мы думаем, только о них не всегда становится известно. Секс и физически, и психически такая сложная штука и такая неодолимая… Странно еще, что разные отклонения, которые с ним связаны, не случаются еще чаще. В любой толпе можно встретить и мужчин, и женщин сексуально гораздо более ненормальных, чем Сэм. Но никому до этого дела нет, пока все шито-крыто. Думаешь, мог бы мужчина влюбиться в Киру, знай он, что на заре прелестная девушка превратится в рослого, сильного, мужественного навигатора? А женщины, что млеют от тебя, пожалуй, поостереглись бы, если бы знали, что на закате ты станешь красивее и женственнее любой из них!

10
{"b":"5660","o":1}