ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Любовные заклятия и чары; возбуждающие средства… Нет, не то. Проклятия – слишком сложны. Слепота, глухота, лишение дара речи – для этого необходима хоть частичка того субъекта, на которого собираются наслать подобное. Гипнотические чары – но человек с большой силой воли легко мог задержать или прервать их.

Дорион так ни на чем и не остановился.

Дорогу они нашли без хлопот и пошли по обочине, готовые в любой момент спрятаться в зарослях, тщательно разглядывая каждый изгиб дороги, каждый холм.

Однако никакого движения, никаких угроз ни с той, ни с другой стороны не было видно. По настойчивому требованию Халагара они продолжали соблюдать осторожность и шли медленно, но скоро почувствовали себя очень одиноко в этом странном безлюдном мире.

На четвертый день они подошли к городку. Казалось, в нем должно было жить не меньше тысячи людей, но сейчас окрестные поля были заброшены, улицы выглядели такими же пустынными, как лес.

Халагар подождал наступления сумерек, а затем один отправился в город. Вернулся он в полном замешательстве.

– Никого! Ничего! Будто всем было приказано эвакуироваться. Все сколько-нибудь полезное и ценное спрятано или вывезено, а город просто оставлен. По виду навоза, корму в конюшнях и тому подобное, я бы сказал, что это произошло не более двух недель назад. Но дом губернатора сожжен. Некоторые акхарские дома и магазины явно разграблены. Впрочем, сейчас там, по-моему, безопасно. Можно даже поспать в нормальных постелях и приготовить что-нибудь горячее.

Приятно было бы выпить горячего кофе или чаю, но и Дорион, и Бодэ чувствовали себя почему-то здесь, как в гигантской могиле. От этого места веяло то ли колдовством, то ли смертью.

На следующий день Халагар обнаружил, что интуиция их не обманула. Он привел их к бывшему дому губернатора.

– Смотрите, сожгли не только здания.

Позади дома кто-то выкопал большие ямы, заполнил их, затем полил чем-то легко воспламеняющимся и поджег. Но не все кости сгорели начисто.

Халагар порылся палкой в обуглившихся останках и извлек несколько черепов.

– Похоже, почти все это останки акхарцев.

– Что же здесь стряслось? – испуганно спросила Бодэ.

– Только не нашествие, – ответил наемник. – Тогда бы просто разграбили город и оставили тела гнить. А тут все было аккуратно организовано. Только жилища акхарцев сожжены и разграблены, только акхарцев побросали в эту яму. Думаю, обитатели городка методично укокошили всех акхарцев без разбору. Потом разграбили акхарские жилища, тела убитых свалили сюда и ликвидировали, а затем спокойно упаковали все, что хотели, и сбежали.

– Они бы не посмели! – запротестовала Бодэ. – Они же знали, что всех их выследят, поймают и замучают до смерти.

Халагар кивнул:

– Да, акхарцы, что жили здесь, наверняка думали так же, поэтому с ними было так легко справиться. Но кто увидит это, кто выследит их, Бодэ? Чьи власти? Чьи войска?

– Чьи? Тишбаала, конечно!

– Сомневаюсь. Скорее всего войска отведены к границам средины, как и ковантийские. Вероятно, в этом мире полмиллиарда, а то и больше, туземцев и, возможно, два три миллиона акхарцев, твердо уверенных, что их колдуны и солдаты защитят их. Думаю, теперь их осталось уже меньше. Туземцы закрыли мир, восстали и заявили на него свои права. Интересно, в скольких мирах произошло то же, что и здесь? И не только в тишбаальских!

– Нет, должно быть, они сумасшедшие! – настаивала Бодэ. – Они не смогут расколоть средины, раньше или позже акхарские волшебники придут сюда с войсками или без них, и вся раса пожалеет о том, что появилась на свет!

Дорион был ошеломлен не меньше Бодэ, но он понял, о чем думал Халагар.

– Они бы на это не осмелились, если бы средины на самом деле были неуязвимы. Очевидно, туземцы думают, что это не так, но почему?

– Возможно, мы это выясним – дальше по дороге, – отозвался наемник.

Солнце клонилось к закату, когда они наткнулись на это. Остановившись на гребне холма, они смотрели на обширную долину, что лежала у его подножия. Земля была желтой и лиловой, высокие веретенообразные растения тянулись к небу, шевеля усиками. Зеленые травы с колючими, словно костяными листьями, шевелились на земле, как полуспрятанные в норах кальмары. Если усики соседних чудовищ соприкасались, разыгрывалось неистовое сражение, и кончалось оно только тогда, когда одному удавалось выдрать усики из тела другого. Вокруг валялись погибшие растения.

– Ветер Перемен, – выдохнул Дорион. Халагар кивнул:

– И обратите внимание: буря коснулась земли здесь – можно видеть ее начало, – затем двинулась вперед неестественно прямым курсом, по центру долины, и остановилась точно на краю поля, вон там. Я тысячу раз видел местность после Ветров Перемен, но никогда не видел такой симметрии. Вот вам и ответ. Демонстрация благословения богов. Представляете, какое впечатление она произвела, если об этом было объявлено заранее? Такого-то числа, в такое-то время мы вызовем Ветер Перемен в этой долине в знак нашего божественного могущества. Восстание должно было последовать практически немедленно. Поэтому растения до сих пор сражаются за пространство. Еще не было времени достичь равновесия.

– Неужто Клиттихорн в самом деле мог сделать это? Клянусь богами! Если в его силах делать это с такой точностью, какие же шансы могут быть еще у кого-нибудь?

– Кто знает, как они это делают? – Халагар пожал плечами. – Но им нужны точные координаты, иначе они должны были бы присутствовать при каждой попытке – и Клиттихорн, и его Принцесса Бурь. Слишком много риска! Сомневаюсь, что это делалось много раз – пока. Это была тщательно подготовленная демонстрация на выбранном заранее месте. Представляете, как потрясло их могущество местных жителей, потенциальных союзников? Но ведь легче всего получить координаты средин! Они неподвижны посреди постоянно перемещающихся вокруг них миров.

– Да, но почему бы им тогда просто не брать средины одну за другой? – спросила Бодэ.

– Начнешь брать средины одну за другой, накроешь две или три подряд со всей этой точностью и уже не сможешь ни утаить этого, ни усыпить подозрения других магов. Они бы срочно покинули средины, а затем, пожалуй, все-таки договорились бы и устроили охоту за Клиттихорном. Вот и конец его планам. Нет, чтобы накрыть их всех или хотя бы большинство, необходимо атаковать по всему Акахлару одновременно, прежде чем одни узнают, что случилось с другими. Клиттихорн вынужден действовать осторожно. Он знает, что у них с его ведьмой будет только одна попытка. А так они подталкивают повстанческие колониальные силы к походу на средины. Когда Ветры Перемен нанесут удар, там уже будут войска. Борьба будет адская. Но это гениально. Все или ничего! Ставка – весь Акахлар!

– Ты вроде восхищаешься им, – заметила Бодэ мрачно.

– Профессиональное восхищение солдата великим стратегом-генералом, вот и все. Вот только как же мы проберемся через скопления войск вокруг Тишбаала срединного?

Дорион взглянул на жуткую долину с ее чудовищными растениями.

– А меня вот интересует, как, черт возьми, мы перейдем эту долину?

– Никак. Это невозможно. Сегодня устроим привал, а завтра попробуем ее обойти. Ведь сделали это жители того городка. Вероятно, они решили, что лучше оказаться между границей средины и этой долиной, чем остаться брошенными на произвол судьбы позади нее.

Бодэ посмотрела на обезображенную долину, затем оглянулась на пустую дорогу.

– Бодэ чувствует себя как подкова между молотом и наковальней.

Глава 6

Армия ветров

Чарли проснулась внезапно и села в недоумении. Было еще совсем темно, она очень устала. Что ее разбудило? Остальные, даже Халагар, который всегда спал очень чутко, сладко посапывали во сне.

"Это тоже странно, – подумала Чарли. – Халагар рядом, а я – это я, а не Шари".

"Приближается много людей. Надо разбудить и предупредить всех", – произнес по-английски у нее в голове незнакомый и жуткий голос. Он больше походил на шипение и рычание, чем на человеческую речь.

23
{"b":"5660","o":1}