ЛитМир - Электронная Библиотека

– Сказать по правде, где-то глубоко внутри мне хотелось бы, чтобы важной птицей была ты, чтобы охотились не за мной. Мне ничего этого не нужно. Для меня это слишком тяжело. Думаю, я могла бы быть счастлива, если бы просто жила с Бодэ в Тубикосе, готовила, стирала, убирала студию и дом. Ведь большинство женщин этим и занимаются всю жизнь там, дома. Только мне никогда не хотелось жить с мужчиной, а я в этом даже самой себе признаться боялась. Это убило бы маму. Черт, я всегда думала, что это порочно, плохо. Пока меня не связали и не кинули наземь, пока банда ублюдков не испоганила мое тело, я не понимала, что такое настоящий грех и зло.

По крайней мере, меня теперь не беспокоит, что мне нравятся девушки. Пожалуй, за это я должна быть благодарна минувшей ночи. Больше не стану обманывать никого, даже себя. Если я могу быть довольна собой, оставаясь глыбой жира, тем лучше для меня. Мне никогда не стать такой, как моя мать, так что лучше уж быть самой собой. Черт, но ведь все они воображают, что я какая-то принцесса, чем же все это кончится, а?

– Ты, наверное, права, – ответила Чарли. – Я сама никогда над этим не задумывалась, но, по правде говоря, я люблю мужчин. Боже! Да я прямо сейчас не отказалась бы! Не так, как было с вами, конечно… – поспешно добавила она, – а по-настоящему.

– Ты нужна мне, Чарли, – серьезно проговорила Сэм. – Не как любовница – мне не обойтись без твоей поддержки. Наверное, именно поэтому ты меня так привлекала. Ты больше похожа на мою мать, чем я сама. Она, что ни возьми, все умеет. Наверное, наши родители случайно обменяли нас, когда мы были детьми, или что-нибудь в таком роде.

– Неплохой трюк, если учесть, что мы родились за две тысячи миль друг от друга, – усмехнулась Чарли. – Не уверена, что когда-нибудь хотела стать супер-женщиной, но честолюбие у меня, точно, было. Я хотела заняться бизнесом, например, создать какую-нибудь сеть дизайнерских бюро. Может быть, даже архитектурных. Я столько бродила по улицам и бульварам, что, мне кажется, теперь и сама могла бы создать что-нибудь подобное. По крайней мере я мечтала об этом. Но здесь я куртизанка. Ни гражданства, ни прав, совсем ничего. Я не могу даже научиться говорить на этом нелепом языке. Да еще какие-то ублюдки охотятся за мной, потому что принимают меня за тебя. Хотела бы я, наконец, доставить тебя туда, где так тебя ждут, и развязаться со всеми этими парнями. А о том, что будет дальше, я и помыслить пока не могу.

Сэм вздохнула.

– Боже мой, на что мы теперь похожи! – Она почесала ногу. – Кажется, душу дьяволу я продала бы за какой-нибудь лосьон. У меня жуткий зуд от этих тварей. Жаль, что Бодэ потеряла свою сумку. – Сэм бросила взгляд в темноту. – Странно, – произнесла она вдруг совершенно другим тоном.

– А? Что?

– Зарево. Вон там, за много миль отсюда. На Земле такое зарево можно видеть по ночам над большими городами. Но какие города в этой дыре! Видишь?

Чарли покачала головой:

– Сэм, я пыталась скрыть это ото всех, но теперь я вообще почти ничего не вижу. Я и всегда была близорука, – помнишь, мне нужны были очки или линзы, чтобы водить машину, – но после того, как я увидела совсем близко битву ведьмы с демоном, вдруг стало еще хуже. Когда сегодня ты ехала прямо передо мной, я видела тебя очень смутно. Я могу еще различить всадника и лошадь, но ни за какие деньги не отличу тебя от кого-нибудь чужого. А позади тебя я не видела ничего, кроме мутноватого тумана. На шесть – восемь футов я вижу более или менее отчетливо, футах в десяти – пятнадцати – все расплывается, а дальше я слепа, как крот.

Сэм тихонько присвистнула.

– Только этого еще не хватало. Из всех нас ты самая ловкая и сильная и стреляешь лучше всех. Проклятие!

– Да что ты! Без вас меня давно шакалы слопали бы. Когда мы доберемся наконец до какого-нибудь Цивильного местечка, это, наверное, можно будет поправить – очки или что-нибудь вроде. А пока я возьму дробовик. Чтобы стрелять из него, особо хорошо видеть не требуется.

Сэм повернулась и снова бросила взгляд на горизонт.

– Хотелось бы мне знать, что же это такое, – произнесла наконец она. – Если это какой-нибудь маленький городишко или лагерь рудокопов, мы могли бы связаться с властями. А если опасность, я предпочла бы знать, какая именно.

– Скорее всего это бандитский лагерь, – отозвалась Чарли. – Ведь именно бандиты и живут в этих землях. Беглецы, изгнанники и превращенцы. По крайней мере, если это бандиты, у нас есть кое-что, чем они могут соблазниться. Драгоценности и другое добро из нашего разгромленного каравана, и к тому же мы знаем, где спрятана целая куча золотых манданских покрывал. Кажется, здесь они ценятся дороже жизни.

Именно ради покрывал из манданского золота банды мародеров и грабителей нападали на караваны. Эти покрывала были редки и чрезвычайно дороги, потому что только они могли защитить от Ветра Перемен. Путешественницы хотели взять с собой покрывала из того лагеря у каменной арки, где бандиты изнасиловали девушек, но лошади не смогли бы нести и тяжелые покрывала, и всадниц. Все повозки были сломаны или сожжены, у них оставалась только одна нарга, так что пришлось пожертвовать покрывалами, чтобы взять с собой запас воды и вина. Они оттащили покрывала подальше от дороги и кое-как завалили камнями.

– Мы уже убедились, что главарь всех здешних грабителей и подонков – наш главный враг, Клиттихорн. Именно для него они добывают манданские покрывала. А нас они постараются обратить в рабов. Не важно, люди они или превращенцы. Нет, давай лучше попробуем обойти их и добраться туда, где мы сможем пересечь границу. Хорошо бы оказаться наконец где-нибудь, где никто и не слышал ни о тебе, ни обо мне и где нет этого жуткого пекла.

– Может быть, но, если бы я видела получше, я бы с удовольствием отправилась на них поглядеть. Ведь ясно как божий день, что завтра нам придется ночевать прямо у них под носом.

– Посмотрим. Мы не можем повернуть назад. Наверняка они уже начали прочесывать все вокруг. Мы не можем идти к границе – там нас будет легко поймать. Если же мы отправимся в глубь этих земель, то скоро останемся без воды, и тогда нам конец. Придется Бодэ быть нашим разведчиком.

У Чарли вдруг закружилась голова.

– Похоже, этот день не прошел для меня даром. Попробую все-таки выспаться. Когда почувствуешь, что засыпаешь, не забудь кого-нибудь разбудить.

– Да, да. Иди отдыхай. Завтра опять начнется эта жара.

Чарли отправилась спать, а Сэм снова посмотрела вдаль. Зарево оставалось на том же месте, но для походного лагеря света было слишком много. Что толку, что у них есть деньги, если их все равно негде потратить. А больше у них почти ничего нет. Боже! Как бы ей хотелось сейчас принять ванну, лежать бы в ней долго-долго, пока не смоется эта отвратительная грязь. И еще им нужна хоть какая-нибудь помощь.

* * *

– Не нравится мне этот лагерь или что бы оно там ни было, – проговорила Сэм, когда утром они уселись за некое подобие завтрака. Она по-прежнему чувствовала смертельную усталость, будто вообще не ложилась. Другие, вероятно, чувствовали себя точно так же. – Если дальше не будет никакой развилки, эта тропа выведет нас прямо к нему.

– Бодэ за то, чтобы пройти немного назад и сразу же повернуть к границе, – вмешалась сумасшедшая художница. – У них не хватит времени, чтобы расставить посты вдоль всей границы, к тому же Бодэ кажется, что водохлебка уже отцветает. Если мы двинемся дальше на юг по этой дороге, мы можем натолкнуться на кого-нибудь, но, даже если мы никого не встретим, Бодэ знает наверняка, что нас будет легко обнаружить с воздуха кому-нибудь с крыльями либо часовым, расставленным на вершинах. Двигаться ночью – самоубийство. Двигаться в любом направлении – самоубийство. Оставаться здесь – самоубийство. Пойдем к границе!

Чарли прислушивалась к их спору, а потом сказала:

– Ну, по-моему, ясно, что мы не можем оставаться здесь и что не стоит рисковать, возвращаясь назад. Очевидно, что кто-то идет прямо по нашим следам. Надо двигаться вперед, немедленно, как можно скорее, пока солнце еще невысоко и не началась настоящая жара, а если нам попадется какая-нибудь развилка или тропинка, которая приведет нас к границе, мы пойдем по ней. По мне, так лучше знать, кто твой враг, и силой прокладывать себе дорогу, чем блуждать вслепую и умереть от жажды или чего-нибудь похуже.

4
{"b":"5662","o":1}