ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Руководитель и его заместитель отошли в сторонку. Зверь подробно рассказал о встрече с Усатым и его сестрой-близнецом, которая сказала, будто хозяин недоволен их работой, требует сделать все, что под силу, дабы быстрее восстановить организацию, отныне именуемую «Гидра». Особый упор Усатый делает на восстановление агентурной сети. Рассказал, сколько получил денег для этого.

— Мало! Очень мало, — прокомментировал Егор. — Этих денег хватит на содержание трех-четырех осведомителей. Оккупационные марки охотно возьмут продавцы. Ими в первую очередь и будем расплачиваться. Остальным нужны нормальные деньги.

— Марки продавцы не берут.

— Не спеши! Через месяц-полтора немцы возвратятся, — уверенно заявил Егор. — За это время нам предстоит передать максимум сведений о передвижениях советских войск, объеме проводимых ими оборонительных работ. А придут, с нами рассчитаются сполна! Немцы в долгу не останутся, у них таков порядок.

Сатана даже руки потер в предвкушении щедрых подарков от оккупантов.

Сергей рассказал о реакции сестры Усатого на часы, которыми он наградил Егора.

— Если она действительно сестра, то не могла их не заметить, — усомнился Сатана. — На руке Усатого они прямо-таки светились. Он потому мне их подарил, что уж больно мне понравились.

— Если сожалеешь, возьми обратно, — протянул руку Сергей.

— За все, что ты сделал для меня, я могу рассчитаться только жизнью. Всё остальное — мелочь.

Ланцов не стал распространяться об интимных подробностях встречи с Ириной, умолчал о ее, как ему показалось, невольном пожелании при расставании: «…чтобы ты оставался с ними». Он попросту не понимал смысла фразы на фоне явного недоброжелательства по отношению к Усатому, ревнующему брату.

Егор с недоумением воспринял рассказ о внешнем виде Усатого.

— Ничего не понимаю, — говорил он, недоуменно разводя руками. — Лицо у него довольно грубое, жилистая шея, фигура худосочная, без каких-либо намеков на женское начало. Я об этом уже говорил тебе и могу еще раз повторить.

Сергей вновь описал результаты своих наблюдений за Усатым, не забыв про ровные белые зубы.

— Я видел эти зубы довольно редкими и крупными.

— Надо проверить, — сказал Сергей, озабоченный непреклонностью Сатаны, — не водят ли нас за нос? Возможно, и мое назначение — липа? А то станем посмешищем.

— Распоряжение о твоем назначении я получил лично от Усатого, тут ошибки не может быть. А вот другое не мешает уточнить. Знаешь, чем грозит это нам, если мы тут самовольничаем? Или поддались на провокацию?

— Я помню Зитцера. Он тоже без разрешения свиделся с Усатым.

— У тебя такое разрешение было и передано мною. Тут тайны нет. Зитцера пришлось расстрелять за самовольство, хотя клялся ничего подобного не повторить.

— О чем же он докладывал Усатому?

— Ничего не сказал. Говорил, вроде бы просто случайно встретился с начальником, побеседовали о делах насущных.

— Похоже, после его навета возникло недоброжелательное к нам отношение Усатого, оно стало причиной твоего отстранения от руководства «Гидрой», — поддержал Сергей мнение о покойном Зитцере. — Интересно было бы узнать, с каким Усатым говорил Зитцер, с моим или тем, который подарил тебе часы? Жаль, не сможем уточнить.

— Проверить надо. Почему Усатый появляется в двух лицах? Не является ли один из них провокатором? — предложил Егор.

С большим нежеланием Сатана согласился инкогнито поехать в Чижи, когда Зверь будет вызван туда для отчета, посмотреть на беседующих, чтобы потом принимать какие-то решения.

Этой же ночью в Белые Журавли на базовую квартиру прибыл Кавригин. Надо было передать ему копии таблицы радиосигналов, познакомиться с изменениями, происшедшими за последнее время в «Гидре», обсудить вопрос «воссоздания» ее структур. Было решено обратиться к местным органам НКГБ с просьбой в срочном порядке подыскать для «Гидры» в населенных пунктах «осведомителей» из состава имевшегося вроде бы у Зитцера резерва лиц, избежавших ареста при проведении последней массовой проверки документов. Таким же образом должны были подобраться для Ивана бандиты-погромщики из «дезертиров», а для Юрия диверсанты из категории «отпетых преступников».

В новых условиях Роману поручался сбор информации от осведомителей, Сатана контролировал работу рынка, Марии поручалось наиболее ответственное дело — собственная безопасность группы. Угроза Усатого организацией слежки за сотрудниками «Гидры» была реальной. Возникла необходимость своевременно выявлять засланных для этой цели людей в Белые Журавли, ужесточить меры конспирации оперативной группы и других членов организации. В помощь Марии привлекался инвалид Тимофей. По согласованию с местными органами НКГБ он включался в оперативную группу Ланцова на правах члена бригады содействия. Такой же статус получил Игорь — шофер из МТС. Оба они находились на связи с Романом.

Вновь членам оперативной группы запрещалось открыто, без вызова посещать базовую квартиру у оврага. Кроме Ланцова, который размещался в бывших «апартаментах» Сатаны (одна комната в доме глухой женщины недалеко от свалки металлолома), другим оперативникам надлежало поселиться в качестве квартирантов у прежних хозяев: Юрию — у Нины Дмитриевны и Галины, Ивану — у бывшей домовладелицы покойной Жени, Роману — у Татьяны, Сатане — у Елизаветы.

После получения соответствующих распоряжений Сергей не заметил, чтобы кто-либо из подчиненных выразил несогласие или усомнился в целесообразности столь важного решения.

Перед расставанием Кавригин сказал:

— В донесениях Усатому делайте упор на то, что в полосе Юго-Западного фронта наблюдается интенсивная концентрация советских войск. Надо попытаться выявить, есть ли у него собственная агентура в «наших» населенных пунктах. Без этого переданная нами информация может вызвать подозрение, последуют проверки, перепроверки. С Ирой связь поддерживай. Надо выяснить, с кем, по ее мнению, ты не должен оставаться.

Ровно через неделю после возвращения из Чижей Сергей получил по радио от Усатого сигнал всего одной цифрой: «200», по таблице радиосигналов это означало «прибыть для отчета».

Меньше всего это обстоятельство обрадовало Сатану. На явный риск при появлении в Чижах он не был настроен, хотя уверял, кроме Усатого его никто там не знает.

Сергей не признавался себе, но ему хотелось увидеть Иру. Ее поведение подсказывало, девушка чего-то не договаривает. Он помнил, что она выглядела расстроенной, озабоченной. Сергей понимал, первые впечатления нередко бывают обманчивыми. Возможно, такое ее настроение было вызвано ревностью Усатого. Не верил он в искренность Ирины, считая ее эмоции быстро проходящими. Но…

Выехали в Чижи вчетвером обычным транспортом — на попутной автомашине. Юрию поручалась охрана Сатаны, без этого он наотрез отказался даже садиться в кузов.

— Не хотите охранять, как хотите. Но без охраны я не поеду в эти чёртовы Чижи, — твердил он.

Зверь мог бы прикрикнуть на заупрямившегося Егора, но здравый смысл подсказывал, от запуганного подельника вряд ли можно ожидать продуманного поведения в смертельно опасной обстановке. Не каждому такое по плечу в нормальных условиях. Сатана же должен был проявить хитрость и смекалку, не дрогнуть душой и телом в любой ситуации. От него зависело разоблачение Усатого, а возможно, и судьба каждого прибывшего в Чижи из оперативной группы Ланцова.

В кузов полуторки набилось до полутора десятков человек, сидели прямо на полу. Перед посадкой неожиданно напросилась поехать Мария.

— Побуду поблизости, посмотрю вокруг, авось что-нибудь примечательное обнаружу, да и пистолет у меня есть, Виктор подарил.

К месту встречи в Чижах шли порознь, на большом удалении друг от друга, разговаривая с попутчиками о трудностях поездки.

Усатый стоял возле акации на еще не заросшей дорожке, притоптанной Сергеем неделю назад. Он улыбнулся подошедшему уже знакомыми зубками, протянул ладошку, а Ланцов посмотрел на свои часы, развел руками, показывая тем самым, что времени много.

84
{"b":"568802","o":1}