ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A
Врачи, пациенты, читатели. Патографические тексты русской культуры - _133.jpg

Рис. 5. «Проглоти, собака». Офорт Ф. Гойи из серии «Капричос». 1798 г.

Авторы литературных и особенно драматургических произведений в сатирическом изображении врачей редко обходятся без упоминания о кровопускании. Федор Эмин забавляет читателей «Адской почты» наставлениями в наиболее надежном способе врачевания: «Надо сколько возможно привести к ослаблению больного и, помучив его, приступить к главному лечению – кровопусканию». Князь Д. П. Горчаков вверяет ланцет врачу Абульфидару – персонажу комической оперы «Калиф на час» (1786), убеждающему зрителей, что именно так он вернет рассудок главному герою оперы – Абдалле, вообразившему себя калифом[208]. Екатерина II тогда же изображает в комедии «Обманщик» (1786) лекаря, верящего в кровопускание как в универсальное средство от всех хворей, и доктора, настаивающего как будто бы на необходимости лекарств, но, как выясняется, тоже лишь дополняющего ими кровопускания:

ДОКТОР: Кровь пустить! <…> Лекарство дать ей должно, и для этого мы здесь; но избрать из сотни помогательное на тот случай, в том искусство состоит. <…> Надлежит ей дать наперед прохладительного, потом очистительного, затем предупредительного, аки то гипококвана, минеральные воды… и прочее, тому подобное. <…>

ЛЕКАРЬ (к доктору): А кровь пускать ей не будете?

ДОКТОР (к лекарю): Разумеется, то есть пред начатием каждого лекарства [Екатерина II 1990: 277–278][209].

Нелишне заметить, что, когда самой Екатерине требовалась медицинская помощь, она была более покладистой в доверии к кровопусканию и «прочищающей» терапии. Судя по документальной «Записи о кончине высочайшей, могущественнейшей и славнейшей Государыни Екатерины II-й, Императрицы Российской в 1796 году», эта терапия была и тем последним, что ей довелось испытать в жизни:

1796 года в среду, 5-го Ноября, Ея Величество Императрица Екатерина II, Самодержица Всероссийская, проснувшись, по обыкновению, в 6 часов утра, пила в совершенном здоровьи кофе и, как всегда, села писать, чем и занималась до 9-ти часов. Полчаса спустя камердинер Захар Зотов нашел Ея Величество на полу в гардеробе, лежащею на спине <…> лишенная чувств, она полуоткрывала только глаза, слабо дыша. <…> По прибытии докторов, ей отворили кровь из руки; оттуда медленно потекла кровь, черная и густая. Всыпали ей в рот рвотных порошков, поставили мушку и несколько промывательных, но без всякого облегчения. <…> Агония Ея Величества, обнаруживаемая постоянным хрипеньем, подниманием живота и зловонною материею темнаго цвета, по временам вытекавшею изо рта, при закрытых глазах, продолжалась тридцать шесть часов без малейшаго перерыва[210].

Высмеивание и филиппики против врачей, практикующих кровопускание и клистир, не представляются сегодня особенно удивительными. Современная медицина отказалась от терапевтической практики кровопускания, допуская его в очень редких диагностических условиях (при гипертонических кризах, отеке легких) [Kluger 1978: 78–83; Seigworth 1980: 2022–2028]. В целебную пользу клистира сегодня тоже преимущественно верят энтузиасты альтернативных методов врачевания (например, гидроколонотерапии или аюрведической медицины)[211]. Между тем история литературной сатиры на предмет «прочищающей» терапии и история самой этой терапии выглядят менее тривиальными, если принять во внимание авторитет и известное разнообразие научных и собственно медицинских концепций, предписывавших ее использование не только во времена Мольера, но и на протяжении всего XVIII и первой половины XIX в.

В XVIII в. врачебное предписание кровопускания и клистира аргументируется большинством авторитетных концепций европейской медицины. В первой половине века особой популярностью пользуются теории Шталя и Гофмана [Foster 1970: 168 ff; Partington 1961: 655–659; Long 1965: 120; Geyer-Kordesch 1985: 89 ff][212]. Спиритуалистическая теория Георга Шталя (Stahl; 1659–1734) постулировала зависимость органических процессов от двух иерархически соотносящихся друг с другом сил – духовной силы, anima («archeus»’a, в терминологии фон Я. Б. ван Гельмонта), и «тонического жизненного движения», проявляющегося непосредственно в телесном соковыделении и кровообращении. Нарушения в «жизненном движении» выражаются в приливах, лихорадках, кровотечениях, спазмах. Избыточное скопление крови в воротной вене (v. portae) – наиболее частая причина болезней, а лучший метод лечения – кровопускание. В развитие теории Шталя Фридрих Гофман (Hoffmann; 1660–1742) «материализовал» принцип органической жизнедеятельности за счет особого рода летучей субстанции – эфира, выделяемого мозгом и распространяющегося по всему телу. Благодаря эфиру (подобному в своих частицах монадам – понятие Лейбница) в организме создается целесообразный для него жизненный тонус. В процессе органической жизнедеятельности механика тонуса выражается как в его напряжении, так и в ослаблении: напряжение тонуса вызывает спазматические явления, а ослабление – атонию сосудов: и то и другое способствует гуморальной дисфункции – скоплению крови, задержанию выделений, отделению солей, землистых частей и кислот. Болезни делятся на спазмодические и атонические, а средства лечения – лекарства и приемы, призванные расслабить или, напротив, усилить жизненный тонус. Замечательно, что очищение организма предписывается при этом как в случае спазма, так и в случае атонии: клистир помогает снять спазматическое напряжение, а кровопускание – устранить избыток крови, скопившейся в атонически ослабленной воротной вене. В России теория Гофмана нашла своего популяризатора в лице М. В. Ломоносова: в 1741 г. в издававшихся Академией наук «Примечаниях» к «Санкт-Петербургским ведомостям» (№ 80–83) была опубликована переведенная им статья акад. Г. Ф. Крафта «О сохранении здравия», реферативно излагавшая учение Гофмана[213]. Рекомендации Гофмана на предмет терапевтических свойств водолечения и, в частности, очистительных клизм воспринимаются как актуальные до конца века (в 1789 г. в Киеве отдельным изданием выйдет сочинение Гофмана «Рассуждение о воде как всеобщем врачевстве», а в 1798 г. во Владимире – содержащее те же наставления руководство «О продолжении жизни ученых по правилам диэтетики»).

Авторы более поздних медицинских систем – Иоганн Кэмпф (Kämpf; 1726–1787) и Максимилиан Штоль (Stoll; 1742–1788) переносят упор в объяснении болезней с кровообращения на желудочные нечистоты (на «желудочном» факторе особенно настаивал Штоль, тогда как Кэмпф усматривал засорение или, в его терминологии, «инфаркты» не только в кишечнике, но также в кровеносных сосудах [Kämpf 1784]). Патологические предположения разнообразят терапию, – в дополнение к традиционному кровопусканию практикующие врачи начинают увереннее, чем раньше, использовать рвотные, слабительные средства и клистир (по Кэмпфу, предложившему, между прочим, усовершенствованную модель так называемого парового клистира, особенно полезной считалась смесь корней одуванчика, молодой травы, душицы, чертополоха, белой маррубии, тысячелистника, ромашки, коровяка, пшеничных или ржаных отрубей [Neues Magazin für Ärzte, 1779])[214].

В конце XVIII в. наибольшего распространения удостаивается сенсуалистическая концепция шотландца Джона Брауна (Brown; 1735–1788), рассматривавшего болезни как результат раздражения, испытываемого организмом извне и изнутри[215]. Количество и качество раздражителей, по Брауну, сильно варьирует: химические элементы, попадающие в желудок и кровь с едой, воздух, мышечные сокращения, сердечные страсти, эмоции – все так или иначе влияет на телесное самочувствие. Здоровье определяется балансом раздражения и возбудимости, а болезни – либо избытком раздражения, вызывающего стению, либо недостатком раздражения, вызывающего астению. Все болезни делятся на стенические и астенические, а их лечение, соответственно, – на астенические (т. е. ослабляющие) и стенические (укрепляющие) средства.

вернуться

208

 Пользуюсь примерами Элизы Малек из: [Małek 2001: 251].

вернуться

209

 Сразу по написании комедия была поставлена в Эрмитажном театре и опубликована отдельным изданием [Арапов 1861: 119]. Комедия пользовалась успехом; Вольтер, не знавший о том, что ее автором является Екатерина, писал ей о появлении в России нового Мольера [Варнеке 1913: 251].

вернуться

210

 Цит. по: [Горелова 2002].

вернуться

211

 См., напр., предписание клизм, слабительных, терапевтической рвоты и кровопускания в: [Фроули 2001].

вернуться

212

 См. также предисловие Лестера Кинга в: [Hoffmann 1971: I–XXVI].

вернуться

213

 Об авторстве Ломоносова: [Громбах 1953: 129–130].

вернуться

214

 Экспонаты из коллекции старинных клистиров воспроизведены в: [Bennion 1979: 170–176].

вернуться

215

 О Брауне подробно: [Henkelmann 1981; Risse 1970: 45–51]. Русскоязычный читатель начала XIX в. мог узнать изложение теории Брауна по: [Шиферли 1804].

29
{"b":"568832","o":1}