ЛитМир - Электронная Библиотека

– В том числе и в ваших публикациях?

– Да у меня просто не было случая плохо отозваться о его работе! Вильдье во всем стремился к совершенству.

– Хотелось бы почитать ваши статьи. Сможете переслать? Порой открываешь любопытные вещи, так сказать, между строк.

Лора кивнула, давая понять, что будет рада помочь следствию.

– Не знаете ли вы случайно, что это за люди: А. и Ж. Бюиссоны, Ж.-Ж. Жирар и Ж.-С. Башле?

– Нет. А кто они?

– Это-то мы и пытаемся выяснить. Их имена вылезли в файле с нотсами[21] сотового телефона жертвы. Не знаете, получал ли Жюльен Вильдье сообщения с угрозами?

– Он никогда об этом не говорил, – растерянно произнесла Лора.

– Благодарю. А теперь постарайтесь припомнить, что вы делали сегодня утром, – спросил Тран непринужденным тоном.

– Я… Послушайте, вы что, меня подозреваете?

– А стоит?

– Я вовсе не то хотела сказать!

– Я тоже.

Лоре не понравилось то, какой оборот стала принимать их беседа. Она-то думала, что, явившись на набережную Орфевр, просто сделает все возможное, чтобы помочь следствию, и уж никак не рассчитывала оказаться в роли подозреваемой. Но волей-неволей ей пришлось подчиниться.

– День начался как всегда: встала в восемь, приготовила дочери и себе завтрак, потом быстро собралась и ушла, мне было нужно… не помню, куда… Наверное, тогда было уже девять или немногим меньше.

– Из чего обычно состоит ваш завтрак?

– Из чашки зеленого чая, булочки, масла и джема. Но не сегодня: у меня не было времени все это купить. Просто выпила чай.

– Скажите, во время завтрака вы смотрите телевизор?

– Нет, слушаю радио.

– И что вы услышали сегодня утром?

– Ничего, батарейки сели.

– И у вас нет запасных?

– Нет, нужны большие батарейки, которых днем с огнем не найдешь, – раздраженно заметила Лора.

Комиссар замолчал, воцарилась напряженная тишина.

– Еще поговорила с дочерью, – продолжила журналистка. – Она решила бросить занятия по латыни, несмотря на приличные баллы.

– Не тянет это на алиби – разговор с дочерью-подростком. Особенно если учесть вашу ссору с жертвой незадолго до убийства.

– Да что вы придумываете! – возмутилась Лора. – Никакой ссоры не было!

– Тогда какой смысл был в сообщении, посланном вами позавчера в двадцать два сорок семь? Цитирую дословно: «Вчера ты явно был не в духе, но все равно заслуживаешь звезду. Целую.»

Лора вздохнула. Теперь она понимала, откуда взялось подозрение, и в ее силах было прояснить ситуацию.

– Когда я ужинала в ресторане Жюльена, во время десерта мы немного поговорили о будущей сети кафе-бистро. По некоторым пунктам у нас возникли разногласия. Обычно он ко мне прислушивался, но в тот вечер был очень напряжен, даже агрессивен. Вернувшись домой, я подумала, что наверняка он с тревогой ожидал появления рейтинга, хотя и старался это скрывать. Мне пришла в голову идея немного подбодрить его, послав пару строк. Нетрудно представить, что он сидел как на углях в ожидании списка ресторанов, удостоенных звезд. Впрочем, упавшая с небес звезда настигла его сегодня утром…

– Вы хотите сказать, что от присуждения медалей зависело успешное развитие его сети бистро, ведь так?

– Звезд!

– Простите?

– «Красный гид «Мишлен» присуждает звезды, а не медали. С этим до сих пор путаница, но с 1926 года нет других наград, кроме звезд.

– Понял… Значит, бистро, которые были в проекте Вильдье, тоже получили бы три звезды?

– Нет. Кафе-бистро просто пользовались бы трехзвездной репутацией как спутники титулованного ресторана, но сами по себе они такой награды не получали.

– Но со временем могли получить?

– В теории, да. Один ресторатор может возглавлять несколько звездных заведений, однако не это было целью Жюльена.

– И какова же была цель?

– Повышение рентабельности. Создание сети с простой кухней на базе качественных продуктов, где, разумеется, важное место отводилось вину. И потом, сохранение трех звезд потребовало бы напряженной работы в главном заведении. Он бы не отважился на эксперимент, будь у него второстепенный ресторан.

– На мой взгляд, все это сплошная показуха… – признался комиссар.

– Ничуть не удивлена, – не без иронии заметила Лора.

Она намеренно перевела взгляд под стол, на корзину для бумаг, в глубине которой валялись бутылка из-под минералки, салфетки с пятнами от майонеза, обрывки листьев салата и хлебная корка.

– Я разоблачен, – согласился Тран, не теряя невозмутимости. – По правде говоря, на завтрак я могу потратить не больше четверти часа и, что самое удивительное, это меня вполне устраивает! Если уж вы варитесь в этом кулинарном котле, то расскажите мне немного об этих побрякушках.

Лора, пропустив мимо ушей обидное замечание, воспользовалась случаем, чтобы сесть на любимого конька.

– Представьте, что мы в начале двадцатого века. У одного фабриканта шин родилась мысль создать для автомобилистов, бороздящих дороги Франции, нечто вроде справочника, с помощью которого им легко будет найти ближайшую заправку, автостоянку, отель с телеграфной связью, медпункт и так далее. Нескольким годами позже для тех же водителей выходит подобный гид с классификацией ресторанов: одна звезда за очень хорошую кухню в своей категории; две – за отличную, заслуживающую того, чтобы ради нее сделать крюк на автомобиле; и наконец, три звезды – за кухню исключительного качества, достойную отдельного путешествия.

– Понял. А какова роль этих самых звезд?

– Звезды – показатель престижности. Как в отелях: от просто комфортабельных до элитных. Существуют, кстати, и другие классификации, например, «Го и Мийо»[22], от одного до пяти колпаков.

– Колпаков… как у…

– Да-да, как у поваров, поварских головных уборов, иначе говоря.

– Комиссар взял лист бумаги и записал то, что рассказала ему Лора. Затем он стал размышлять вслух:

– Странно, все-таки. Колпак лежал на груди, скрывая рукоятку ножа. Похоже на автограф убийцы, не так ли?

– Да, странно, но не представляю, что это означает.

– В любом случае спасибо вам за ценную информацию. Осталось только напечатать ваши показания.

После недолгих колебаний, пытаясь определить по лицу Трана, как далеко ей позволено зайти, Лора все же решилась:

– Могу я тоже задать вопрос? Вам известно время, когда погиб Жюльен?

– На теле жертвы был символ награды. Почему? – вместо ответа продолжил рассуждать комиссар.

– Интересно, дошла ли все-таки до него хорошая новость – о третьей звезде?

Комиссар откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. Только сейчас, кажется, он осознал удивительную иронию судьбы: посвятить всю жизнь одной цели и так и не узнать, что ты ее достиг.

8

– Госпожа Гренадье скоро будет, подождите, пожалуйста.

Девушка-хостес нарочито томным жестом, который она, вероятно, считала соблазнительным, указала на красный велюровый диван. Затем, демонстративно положив ногу на ногу, села и сняла телефонную трубку.

– Журнал «Кулинарные радости»! Слушаю!

Давид Бенайя подошел к металлической стойке, взял первый попавшийся номер журнала, пристроился в углу дивана и, слюнявя палец, начал небрежно перелистывать страницы. Взгляд его задержался на подборке статей, посвященных лионским кабачкам, где он сразу узнал на фото своего бывшего приятеля, который рекламировал торт пралине. Секретарша откровенно пыталась привлечь внимание посетителя: то и дело взбивала волосы, якобы записывая что-то в журнал, покашливала, бросала красноречивые взгляды в его сторону, но молодой человек никак на это не реагировал.

Когда Лора спустилась в приемную, он как раз изучал отзывы подписчиков, заинтригованный письмом из Амьена, в котором одна из постоянных читательниц уведомляла редакцию, что не все пикардийские блюда подходят для готовки в микроволновой печи.

вернуться

21

Нотсы – краткие записи на оппонентов, которые делаются во время игры в онлайновый покер.

вернуться

22

В 1970-е гг. XX в. два французских ресторанных критика Анри Го и Кристиан Мийо основали один из самых авторитетных гидов, символом которого стал поварской колпак.

7
{"b":"569109","o":1}