ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Мамин торт
Девушки из бумаги и огня
Radiohead. Present Tense. История группы в хрониках культовых медиа
Криптия
Как быть успешной мамой: воспитание детей, карьера, творчество и счастливая семья
Гений общения. Как им стать?
Тексты, которым верят. Коротко, понятно, позитивно
Заложница олигарха
Сын лекаря. Королевская кровь
A
A

Это был его конек. Сменный Первый командир лидер-корвета «Основа Основ» — сменный лишь по названию, а не по факту, ибо в хорошо подобранном экипаже трудно сыскать негодяя, желающего оспаривать командование у того, кто более всего достоин этой роли, — коммодор Ульв-ди-Улан относился к высшей подгруппе класса полноценных граждан и воспринимал это обстоятельство со спокойным достоинством, приличествующим его положению. В каждом настоящем командире годы работы во Внеземелье развивают привычку не пресекать без нужды инициативу подчиненных, проявляя твердость лишь в безусловно необходимых случаях. Ульв-ди-Улан вовремя прикрикнул на корабль, по обыкновению не удержавшийся от издевки над ограниченно ценным. Во-первых, пусть не отвлекается во время маневра. Во-вторых, ограниченно ценный — еще не значит вовсе бесполезный. У хорошего командира ничего не пропадает зря.

«Уловил мысль, бездельник?»

«Точно так, ваше превосходительство. Уловил. Ой…»

«Попадание?»

«Точно так…»

«Не паникуй. Иди ровнее».

«Ой…»

Несмотря на все старания корабля погасить перегрузки, коммодора трясло и швыряло, и каска на затылке была как нельзя более кстати. Корабль рыскал из стороны в сторону, суматошно виляя на периферии метеорного роя. Получал по корпусу, огрызался огнем. Чаще всего на месте пробоины вырастал «глаз» — локатор дальнего обнаружения, реже — полушаровидная орудийная башня, а случалось — то и другое сразу. Лидер-корвет защищался.

Метеорный рой кончился. Впечатляющее кольцо планеты меркло и кривлялось в плазменном облаке, окутавшем корабль при рикошете от атмосферы. Корабль выл и рвался вверх. С коротким чмокающим звуком отсосало одну из бортовых башен. Лидер-корвет екнул реактором. Края раны моментально схлопнулись. Теперь на этом месте вырастет двойной или тройной слой брони, не иначе.

«Трус, — подумал Ульв-ди-Улан. — Боится боли».

Корабль вздрогнул.

«Позволю себе заметить, ваше превосходительство…»

«Помолчи. И перестань читать частные мысли. Что передает сторожевой спутник?»

«Старые справочные данные по планете, ваше превосходительство. Позволите доложить экстрактно?»

«Да, напомни».

«Пять шестых поверхности — океан, глубины до пяти километров. Один большой материк, острова. Следы тектонической деятельности незначительны. Сила тяжести на поверхности немного меньше земной, хотя сама планета больше. Магнитного поля нет. Климат ровный, атмосфера плотнее земной. Зафиксировано наличие растительного и животного мира. Планета кислородная, фотосинтез. Позволю обратить внимание вашего превосходительства на предполагаемое отсутствие в коре планеты значительных рудных месторождений. По-видимому, после наращивания активной оболочки планету целесообразнее использовать в качестве курорта».

«Без тебя разберемся. Продолжай».

«Прошу прощения, ваше превосходительство, это все. Спутник сообщает о неустранимой неисправности — около полутора тысяч мегасекунд назад он пострадал при пресечении попытки вторжения неопознанного корабля в охраняемое пространство. В связи с чем приносит искренние извинения и желает нам всяческого успеха. Позволите ободрить его от вашего имени?»

«Передай ему благодарность за службу. Этого достаточно?»

«Вполне, ваше превосходительство».

«Превосходительство, превосходительство… Надоело. Разрешаю быть менее официальным».

«Вполне достаточно, коммодор».

Планета медленно поворачивалась под «Основой Основ». Из-за края диска вставало солнце. Корабль шел от Северного полюса к Южному, пересекая линию терминатора. Все пятьдесят очистных бомб должны были лечь на пологую кривую, дважды наискось перечеркивающую материк — двадцать пять на этом витке и двадцать пять на следующем.

— Первый — вышел, — доложил Й-Фрон.

В выдвинутом к планете хоботе корабля, похожем на яйцеклад гигантского насекомого, неспешно продвинулись вперед бледные трехметровые шары. Второй, ставший теперь крайним в очереди, темнел на глазах — наращивал термоустойчивую оболочку.

Й-Фрон посторонился. Бледные шары пугали его. Пусть корабль также целиком состоит из активного вещества — к кораблю он привык. Кто знает, что на уме у этих шаров? Любой из них может поглотить ограниченно ценного, словно козявку, если додумается начать наращивать активную массу чуть раньше, чем следует.

— Второй — вышел.

Снова произошло движение. Третий шар, подкатившись к выходу, начал темнеть.

— Третий — вышел… Слышите меня?

Удар током показал Й-Фрону, что слышат.

— Четвертый — вышел.

Внизу потянулись леса — бескрайнее зеленое море. Проплыла полоса невысоких гор. Хитро петляя, змеились реки. Лесные озера казались темными провалами в бархате зелени.

— Пятый — вышел.

Далеко позади корабля прочертилась огненная нить — Первый вошел в атмосферу.

— Шестой — вышел…

Седьмой угодил в океан — в этом месте планеты узкий фиорд глубоко вклинился в сушу. Окутанный паром шар рухнул в зеленые волны, вздыбив столб кипящей воды выше прибрежных скал. Он легко мог избежать падения в море — механизм его класса умел маневрировать в атмосфере как угодно, — но решил ускорить охлаждение оболочки.

Окалина трескалась — шар менял форму, приспосабливаясь. Седьмой уже не был шаром. Он стал торпедой — узкой, хищной, рыщущей. Его тело со скользящим шелестом раздвигало ленточные водоросли. Пупырчатые гроздья соплодий бесшумно лопались, выбрасывая в воду мутные облачка спор. Фиорд был набит жизнью. Плоские, как блин, рыбы стремились укрыться от Седьмого, панически бросаясь из-под носа во все стороны. Выстрел разнес одну из них. Вильнув, Седьмой подхватил останки.

Это была разведка с дальним прицелом. Седьмой анализировал, запоминал. Он еще не решил, как будет действовать, но уже понял, что посетил фиорд не зря. Много жизни. Очень много. Рецепторы захлебывались, не успевая бегло анализировать одну форму живой материи, как попадалась другая. Незнакомые бактерии, потенциально опасные для человека. Уничтожить. Черви, кишечнополостные, иглокожие, плеченогие — плавающие, ползающие, копающиеся в донных отложениях. Истребить. Одноклеточные эукариоты, жгутиковые, амебообразные — возможные паразиты человека, источники поражения слизистой и кожного зуда. Пресечь. Вирусы, фаги. Смертельная угроза земным формам жизни, которые будут сюда завезены, — океан должен подвергнуться тотальной дезинфекции. Не теперь, потом, через стандартный год или около того, когда будет покончено с материком. Чересчур низкая соленость воды — придется менять русла рек, увеличивать смыв солей с суши.

Крупные хищники!.. Навстречу Седьмому быстро двигалось что-то огромное, раздвигая воду тупым рылом. Колоссальное китообразное пресмыкающееся ревизовало акваторию. Хозяин фиорда явился посмотреть на безумного чужака, вторгнувшегося в его владения.

Атака последовала сразу. Седьмой не воспротивился. Огромная беззубая пасть сомкнулась вокруг него, толстый язык толкал его вглубь, глоточные выросты кита терли и мяли добычу, пытаясь размолоть невиданное существо. Внутри животного кишела жизнь простейших — целые полчища бактерий, неспособных к жизни в океане, нашли себе здесь удобный приют. Убрать.

Снова став шаром, но уже пустотелым, Седьмой раздувался до тех пор, пока кит не лопнул. Шар выбросило на поверхность воды, он заплясал на волнах. Глубоко под ним напуганные пучеглазые рыбы осторожно приближались к разорванной туше хозяина фиорда, но фиорд больше не интересовал Седьмого.

Пора было приступать к работе.

Преобразовав себя во вращающийся плоский диск, Седьмой взмыл над водой и направился к берегу.

— Двенадцатый — вышел…

— Тринадцатый — вышел…

Первый падал на северную околополярную область материка. Когда трение об атмосферу стало причинять ему неудобство, он распался на сотню фрагментов, быстро погасил скорость в плотных слоях и задолго до приземления вновь собрал себя в единое целое.

43
{"b":"569115","o":1}