ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Дом казался мне спасительной крепостью. Если я скоро не перестану смеяться, то начну икать, а это может длиться часами. Хватая ртом воздух, я открыла дверь, в то время как Пауль начал щекотать Джианну.

- Мама мия! Остановись, давай сделаем перерыв ... - Тяжело дыша, Джианна в узком коридоре опёрлась правой рукой о стену, а левую защищаясь, подняла вверх. - Не то можешь забыть про секс, Пауль, я серьёзно! Я больше не могу!

Пауль заметно замешкался. Возможно Джианна и сдалась, но я ещё не готова к перемирию. Угрожающе я подняла моё влажное полотенце вверх, сделав вид, будто хочу начать крутить им над головой. Мокрый песок, который застрял везде между тонких петель махрового полотенца, превращая их в снаряды, шелестя, посыпался на плитки.

- Сестрёнка, я предупреждаю тебя. - Стальной взгляд Пауля озорно вперился в мой. - У тебя нет ни малейшего шанса против меня. Кроме того, мне всё равно нужно посрать.

Двумя преувеличено жеманными прыжками, он доскакал до двери ванной. Я бросила ему вслед полотенце, но оно ещё только задело его зад.

- О Бооооже ..., - вздохнула Джианна. - Посмотри, как я выгляжу! Ой-ой! И почему Пауль всегда такой грубый? Разве он не может сказать, что ему нужно в уборную, как другие люди? Или в туалет?

- Пауль не знает слова «туалет». Я думаю, он ещё никогда его не использовал.

Хихикая, мы смотрели друг на друга. Песочные полотенца оставили красные полосы на наших бёдрах и руках, да и Пауль скорее всего выглядел не лучше. Но больше всего меня радовало то, что он пока что не выбился из сил. Его дыхание, только что, даже не дребезжало. Наконец-то он начал чувствовать себя лучше!

- Что же, давай прыгнем под душ. А потом придумаем план мести.

Я только кивнула, неспособная говорить. Да, этот день ещё далеко не закончился. Пусть парни узнают нас получше. Вместе, Джианна и я, пошли под душ в саду, чьей струйки после обеда едва хватало на то, чтобы смыть песок с тела. Надеюсь, воду скоро снова включат. Потом я развесила полотенца, чтобы подсушить их, а Джианна шмыгнула на кухню, собираясь сделать нам коктейли.

Сад уже в значительной степени находился в тени, но это не остановило цикад в их непрерывном стрекотании. До вечера будет ещё громче, прежде чем их время концерта закончится и настанет пора сверчков. Поэтому я не сразу услышала, что у нас появилась компания. Я как раз стояла на маленькой ступеньке перед дверью, ведущей в кухню, прислонившись бедром к перилам, и выжимала мои длинные, мокрые волосы.

- Мадам ... - Колин почтительно, но не менее насмешливо коснулся своего лба и провёл Луиса в конюшню, где привязал его и взялся подсоединять садовый шланг к канистре с водой, которую заполнил в ночные часы, чтобы в любое время можно было напоить и охладить лошадь.

- У нас гости! - защебетала я Джианне на кухне, которая как раз включала громче небольшую MP3-стереоустановку. Играла Welcome Home von Radical Face, песня из рекламы, в которую мы все влюбились. В эти дни она всегда приходила на ум, когда я ложилась спать. Джианна громко подпевала припев и сама, не желая этого, я присоединилась к ней. Джианна уже долгое время не пела. Мне нравилась её слушать.

Качая бёдрами, она вышла ко мне, в руке два пустых стакана, желая посмотреть, кто удостоил нас своим присутствием.

- Оооо, наш конюх здесь! - Захохотав, Джианна облокотилась рядом со мной на перила, где мы, с неистовым биением сердца, остались стоять и наблюдали за Колином. Он взял шланг и, включив воду, начал обливать Луиса - церемония, к которой Луис всё ещё относился скептично, но на которой Колин настаивал, потому что Фризская лошадь, по его мнению, не предназначена для таких высоких температур.

Нервно, Луис пританцовывал на месте, раскачивая своим огромным задом туда-сюда и тряс длинной, волнистой гривой, в то время, как Колин спокойно направлял струю воды на его мускулистые путовые суставы. Одно мгновение это выглядело так, будто обильная струя воды течёт не из шланга, а из самого Колина, и Джианна и я завизжали, словно подростки. Колин почти незаметно покачал головой. Да, да, глупые бабы.

- Знаешь, что мне напоминает эта сцена? - спросила Джианна. - Эту глупую рекламу, в которой две расфуфыренные фифы сидят на террасе своего особняка, пьют шампанское и наблюдают за скользким типом, который как раз чистит свою лошадь ... Знаешь, какой ролик я имею в виду? Это точно так же, как здесь у нас! Нам нужно шампанское, Элиза! - И вот она уже, стуча подошвами, помчалась назад в кухню. - Просекко!

- Нет, от него у меня болит голова! Что-нибудь другое!

- Хммм ... Кампари? С ободком из сахара? - Это изобретение Пауля. Он смачивал края стаканов лимонным соком и окунал их в сахар. Мне нравились ободки из сахара. Нам всем нравились. Тем не менее алкоголь был бы сейчас для меня ядом.

- Для меня что-то без алкоголя ... У нас есть ещё биттерино?

Биттерино - это маленькие бутылочки с красной жидкостью, в которых на вкус кажется есть алкоголь, но на самом деле его там нет. Своего рода аперитив для трезвенников.

- Allora, due bitterinо [8]!

Минуту спустя, Джианна и я, чокнулись, зазвенев стаканами. Биттерино с ободком из сахара. Жизнь хороша.

- Ты, насколько я помню, - заметила Джианна подчёркнуто громко, хотя Колин точно сможет услышать всё даже в том случае, если мы будем шептаться, - у конюха в рекламе нет рубашки.

Колин равнодушно повернулся к нам спиной. Как всегда, на нём были одеты тёмные, узкие штаны и одна из его обветшалых, льняных рубах. В конце концов, жара ведь его не беспокоит. Видимо ему нравится прикрывать тело. На наш вкус, слишком сильно прикрывать.

Сними её, подумала я требовательно и триумфально ухмыльнулась, когда Колин с пленительно благородным, но мужественным движением повернулся к нам и небрежно потянул за воротник рубашки, так что пуговицы вылезли из петель и он смог снять застиранную ткань со своих голых плеч. Насмешка в его зелёно-коричневом, сверкающем взгляде не сделала наши приглушённые, восторженные крики менее счастливыми. Он играл с нами. Луис с негодованием зафыркал, как будто приревновал. Скорее всего он действительно ревновал. Колин снова повернулся к нему, взял в руки щётку и начал водить ей опытными, сильными движениями по его насквозь промокшей шерсти цвета чёрного дерева. Фонтаны из тысячи крошечных капелек поднялись вверх и заблестели в убывающем солнечном свете, потом опустились на голую спину Колина и сразу же испарились. Хотя его кожа и прохладная, вода никогда долго не задерживается на нём.

Моё и Джианнено дурачество уступило место восхищению. Это идеальный момент - золотой момент. Я не осмеливалась пошевелиться, и казалось, Джианна чувствует тоже самое. Мы неподвижно стояли возле перил, направив наши широко открытые глаза на этого мужчину и его лошадь. Они оба такие красивые и одновременно необыкновенные. Капризный, несчастный случай природы, в своём собственном ограниченном космосе без какого-либо изъяна, устрашающий, но также такой неотразимый и безупречный, что мы затаили дыхание, чтобы помешать времени беспрерывно двигаться вперёд, только бы ничего не менялось. Всё должно оставаться так, как есть.

Я люблю тебя, подумала я. Я не испугалась и не испытала ревности, когда почувствовала, что думаю так не одна. Мы обе так подумали, Джианна и я, каждая любила его по-своему. Ведь это единственная мысль, которую допускали эти зачарованные секунды. Колин пустил нас в свой мир. Он на одно мгновение замер, потом снова продолжил водить по мокрой шкуре Луиса, в этот раз однако, настойчивее и деликатнее.

«Я тоже люблю вас, вы жалкие девки», - раздался его бархатный голос в моей голове.

В одно мгновение, в своём постоянно-одинаковом, монотонном движении, цикады умолкли, как будто их унесла эпидемия. Луис пронзительно заржал, панический крик во внезапной, парализующей тишине. Загремев, щётка упала на булыжник. Ветер переменился с одной секунды на другую и закрутил солому в горячем, нездоровом потоке воздуха. Луис закатил глаза, так что остались видны лишь белки. Даже Колину пришлось наклониться, чтобы увернуться от его тяжёлых копыт, когда жеребец встал на дыбы, и задёргал передними конечностями в воздухе. Его привязь натянулась до предела, при этом глубоко врезавшись в шею, но боль не смогла умерить его неистовство.

вернуться

8

Итал. тогда два биттерино

58
{"b":"569129","o":1}