ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Были придуманы способы определения направления на постановщик помех, его пеленгации. И в «Алатау» были встроены специальные приемные каналы, пеленгационные. Их разработал тот же московский головной проектный институт, разработчик «Алатау». Георгия назначили на серийном заводе ведущим инженером — главным конструктором по встраиванию пеленгационных каналов в серийный «Алатау». В каждый из четырех каналов дальномера встраивалось еще по одному сложнейшему специальному логарифмическому приемнику. Два канала этого приемника подключались к основной и вспомогательной антеннам и после сравнения принятых сигналов вырабатывался сигнал, соответствовавший пеленгу на помеху. К тому времени появилась аппаратура АСУ — автоматизированных систем управления. Ее разрабатывал другой московский проектный институт, один из трех, специализировавшихся на АСУ ПВО. Возглавлял этот институт Генеральный конструктор системы ПВО страны.

Сигналы пеленгов от трех разнесенных радиолокационных комплексов (РЛК) поступали на узлы АСУ, и по их пересечению легко определялось местоположение постановщика помех. Если он один. Если же постановщиков помех было много, то задача столь усложнялась, что тогдашняя специально созданная ЭВМ (это теперь говорят — компьютер) захлебывалась от вычислений. Зато по вычисленным координатам можно было и наводить истребители, и давать целеуказание зенитно-ракетным комплексам зенитно-ракетных войск — ЗРК ЗРВ.

Впрочем, для ЗРВ существовали свои АСУ и свой проектный институт. Там вопрос решили проще. Непосредственно по пеленгу на постановщик помех пускали ракету, а если не помогало, то и еще. Первый такой вариант РЛК Георгию довелось вводить в строй и испытывать вместе со специалистами уральского проектного института на секретном военном полигоне Капустин Яр. Испытания прошли на боевом РЛК, стоявшем на охране ракетных объектов старейшего ракетного полигона страны, там, где С.П.Королев запускал свои первые баллистические ракеты, и где одна из них до сих пор стоит в качестве памятника эпохи. Испытания прошли успешно, комплекс с пеленгационными каналами был принят на вооружение.

Вот и до сих пор, спустя сорок лет, название полигона упоминается с осторожностью. А тогда, в начале шестидесятых, перед командировкой в Капустин Яр Георгий получал специальный инструктаж, предупреждавший, что нигде по пути следования нельзя даже упоминать это название. Что билет на поезд надо брать только в специальной воинской кассе, и с попутчиками разговоров не вести. Чтобы враг не догадался, что скрывается там, в астраханских степях. Каково же было удивление Георгия, когда он обнаружил в изданной у нас книге английского писателя-фантаста Кларка «Лунная пыль» рассказ том, как главный герой едет из Волгограда по прекрасному бетонному шоссе на ракетный полигон в… Капустин Яр! Ничего себе, секрет! Но в первом отделе завода Георгия успокоили. Мало ли кто чего напишет, а инструкция есть инструкция, и выполнять ее надо. Тем более, что и шоссе, как потом убедился Георгий на собственных боках неоднократно, было вовсе уж не таким прекрасным. Хотя и бетонным.

Мы еще, возможно, вернемся к драматическим событиям, сопутствовавшим попыткам обеспечить обнаружение постановщиков помех. Но это позже.

Защита от пассивных помех

«Как включают СДЦ,

все меняются в лице…»

(Ю.И. Пахомов, профессор, д.т.н., Лауреат Государственной премии СССР)

Ох, уж эта СДЦ — селекция движущихся целей! Или СПЦ — селекция подвижных целей. Так называлась система защиты от помех, вызванных посторонними отражениями. СДЦ в радиолокаторах радиотехнических войск противовоздушной обороны (РТВ ПВО) и СПЦ в радиолокаторах зенитно-ракетных войск противовоздушной обороны. Так уж повелось. Принцип защиты, тем не менее, один и тот же. Сигнал, принятый радиолокатором, задерживается на период повторения, до прихода следующего сигнала, и сравнивается с ним. Вот тут и можно выделить сигнал от движущейся цели и подавить вредный, ненужный сигнал, отразившийся от земли, деревьев, зданий и прочих, так называемых местных предметов. А еще и противник создает такие искусственные мешающие отражения, сбрасывая с самолетов полоски фольги или металлизированного стекловолокна. Получается этакий радиоэквивалент дымовой завесы. Применяться такие пассивные помехи начали практически одновременно с появлением радиолокации, еще во времена второй мировой войны. И очень эффективно!

Вообще, как и с любым другим видом оружия, сразу с его появлением создаются и средства защиты от него: меч и щит, стрела и кольчуга, снаряд и броня, радиолокатор и радиопомехи. Последняя пара, пожалуй, самая современная. Почему радары привлекли столько внимания, потребовали стольких сил и затрат на их создание, совершенствование, на борьбу с ними с помощью помех, и на защиту радаров от помех?

Все дело в том, что пока не найдено альтернативных радиолокации средств, позволяющих видеть сквозь ночь, туман и облака на расстояния в сотни километров. Позволяющих не только видеть, но и направлять в нужную точку средства поражения цели. Само название «радиолокация» образовано из слов «радиус» — луч, и «локус» — место. Определили место — лишили скрытности! Разумеется, противник всеми силами стремится восстановить эту самую скрытность, мешая работе радаров. Излучаются разнообразные сигналы, сбивающие работу радаров, подавляющие приемные устройства, маскирующие отражения от целей радиошумами, сбрасываются пассивные отражатели. Самолеты и крылатые ракеты опускаются к самой земле, предельно сокращая зону их видимости (земля-то круглая!), и вынуждая обнаруживать их на фоне всевозможных мешающих отражений, даже если и удалось поднять радар над землей.

Системы защиты от пассивных помех в шестидесятые годы строились, как и системы защиты от несинхронных импульсных помех, на потенциалоскопах, последних и сложнейших детищах вакуумной электроники. Море сопутствующих деталей, нестабильность характеристик, море органов регулировки, связанных друг с другом — все это удручало и изготовителей аппаратуры и войсковые расчеты. Но само появление аппаратуры СДЦ в армии заставило разработчиков искать новые пути решения проблемы подавления пассивных помех. Как решалась эта проблема, если вам интересно, расскажем далее.

Покабинная сдача

«Разделяй и властвуй!»

(Мудрость веков)

«Алатау» прочно входил в жизнь войск ПВО страны. Один за другим комплексы вывозились на заводской полигон, в лес. Их развертывали рядом друг с другом, практически вплотную. Все нормы, установленные для радиоизлучений, превышались многократно. Да и таскать эти многотонные махины по бездорожью было отчаянно трудной задачей. И даже позднее, когда построили, наконец, асфальтированную дорогу до полигона, задача привезти, развернуть, подключить, отстроить, проверить, предъявить и сдать заказчику комплекс практически в полевых условиях оставалась весьма и весьма трудоемкой.

А тут еще начались проблемы с космической разведкой «вероятного противника». Периодически полигон оказывался в зоне действия американских спутников-шпионов. И «органы» устанавливали такой, например, режим работы: с восьми часов до девяти пятнадцати запрет, потом три часа работы с выходом в эфир. Потом с двенадцати пятнадцати до шестнадцати часов снова запрет, и так далее. Чтобы враг не догадался, где куется оружие для страны. Но, конечно, долго скрывать это не удавалось. Хотя при транспортировке комплексов на полигон и обратно принимали самые хитроумные меры. Так, на всех прицепах крупно писали «Электростанция». И даже возили их в колонне завода на первомайские демонстрации.

Около одного из прицепов, на котором стояла приемо-передающая вращающаяся кабина, долго ходил, пока колонна стояла у железнодорожного переезда, любопытный поселянин и все допытывался: «А чего это электростанция стоит на лафете от зенитной пушки?! Я же служил зенитчиком, я же знаю!»

12
{"b":"569135","o":1}