ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Полицейский, который хотел отобрать у меня пистолет, сказал:

– Пора кончать, шеф. Нам лучше поторопиться. Эти федералы...

У Фулвайдера тряслась челюсть. Лицо его посерело, а уши плотно прижались к черепу. Сигара судорожно подергивалась у него во рту.

– Погоди минутку, – ответил он сдавленным голосом и обратился ко мне. – Ну, так зачем же вам понадобилось звонить?

– Чтобы выманить вас туда, где вы представитель закона не больше, чем какой-нибудь годовалый малыш, и чтобы посмотреть, не тонка ли у вас кишка совершить преднамеренное убийство в открытом море.

Сейнт засмеялся. Он негромко, переливчато засвистел сквозь зубы. В ответ ему раздалось прерывистое звериное рычание. Дверь рядом со мной отворилась с таким грохотом, словно в нее въехала упряжка взбесившихся мулов. Оттуда прыжком вылетела, мгновенно оказавшись в другом конце каюты, большая овчарка. Ее серое тело просвистело в воздухе. Грохнул никого не задевший пистолетный выстрел.

– Ешь их, Фосс! – завопил Сейнт. – Ешь их живьем, братишка!

Каюта наполнилась выстрелами. К завываниям собаки присоединились сдавленные крики смертельного ужаса. Фулвайдер и один из полицейских лежали на полу. Собака вцепилась в горло Фулвайдера.

Девушка закричала и спрятала лицо в подушку. Сейнт тихонько сполз с постели и теперь лежал на полу. По шее у него широкой полосой медленно стекала кровь.

Полицейский, который еще оставался на ногах, отпрыгнул в сторону так, что чуть не растянулся на койке, где сидела девушка, но потом все-таки удержал равновесие и одну за другой с дикими, остановившимися глазами, даже не пытаясь делать вид, что целится, стал посылать пули в длинный серый бок собаки.

Полицейский, который лежал на полу, попытался оттолкнуть пса. Тот зарычал и чуть не откусил ему руку. Человек закричал. По палубе загрохотали шаги. Снаружи тоже закричали. Что-то ужасно щекотное потекло по моему лицу. Ощущение было странное, словно с головой что-то не в порядке, но я понятия не имел, что с ней случилось.

Пистолет в моей руке стал горячим и тяжелым. Я застрелил собаку, хотя мне очень противно было это делать. Пес скатился с Фулвайдера, и я увидел дырочку, пробитую шальной пулей точно посреди лба полицейского между его глаз – идеальная точность чистого случая.

Пистолет стоявшего на ногах полицейского щелкнул пустой гильзой. Он выругался и с бешеной скоростью принялся его перезаряжать.

Я потрогал свое лицо и посмотрел на кровь. Она казалась очень черной. Свет в каюте понемногу тускнел.

Внезапно сверкнуло блестящее лезвие рассекшего забаррикадированную телом шефа и стонущего рядом с ним на полу полицейского дверь каюты топора. Я не мог отвести глаз от сияющего металла и глядел, как он исчез, а потом появился в другом месте.

Потом, очень медленно, все огни стали гаснуть, как бывает в театре перед поднятием занавеса. В ту самую минуту, как стало совсем темно, у меня вдруг ужасно заболела голова, хотя я еще не знал тогда, что пуля пробила мне череп.

* * *

Я очнулся спустя двое суток в госпитале и провел там еще три недели. Сейнт не дожил до виселицы, но прожил достаточно, чтобы успеть рассказать свою историю. Видимо, он рассказал ее неплохо, потому что они отпустили миссис Джерри (Фермер) Сейнт домой к тетушке.

К тому времени верховная коллегия штата приговорила половину полицейских кадров маленького прибрежного городка к разным срокам. Говорят, в управлении теперь куча новых лиц. Я слыхал, что один из новичков – большой рыжеволосый сержант по фамилии Норгард и что он уверяет, будто был должен мне двадцать пять долларов, которые ему, однако, пришлось употребить на новое обмундирование, когда его взяли на старую работу. Вроде он обещает вернуть мне долг из первого жалованья. Я просил передать, что постараюсь дождаться.

11
{"b":"5693","o":1}