ЛитМир - Электронная Библиотека

Капитан Элиот породнился с Меридонами, женившись на племяннице старого маркиза, однако за неделю до того, как семья покинула Калькутту, родственники Грейс и Натаниел были для Грифа всего лишь безликими именами. Кузина Грейс умерла в Англии, когда Гриф был еще совсем ребенком, и ее овдовевший муж, находясь на службе в военно-морском флоте, исчез из поля его зрения. У Натаниела был сын Стивен – близкий Грифону по возрасту нарушитель спокойствия, который жил в Ашленде, в то время как его отец находился в море. Гриф знал об этом, потому что маркиза в своих письмах постоянно жаловалась на проделки внучатого племянника, а мать Грифа называла его «несчастным ребенком» и считала примером того, что происходит с мальчиками, когда они лишены материнской заботы.

Незадолго до того, как они отправились в Англию, капитан Элиот прибыл в Калькутту на военном корабле и, конечно, нанес визит семье покойной жены. Гриф очень хотел познакомиться с ним, готовясь признать его в качестве еще одного героя, но Элиот оказался нисколько не похож на любимого Грифом дядю Алекса. Гриф сразу заметил разницу между ними: капитан Элиот был человеком чопорным, молчаливым, не склонным шутить и уделять внимание надоедливому двенадцатилетнему мальчишке, который задавал слишком много вопросов.

Мать Грифа сочла большой удачей то, что отплытие корабля капитана Элиота совпало с отплытием «Арктура», хотя отец и дядя Грифа посмеивались над слухами, будто бы пираты Китайского моря замечены у восточных берегов Цейлона. Гриф, конечно, тоже посмеивался, беря пример с дяди, и считал излишним эскорт в виде военного корабля королевского флота. По своей наивности он думал, что сражение с пиратами в одиночку будет выглядеть более героическим.

В то время «Арктур» был совсем новым кораблем – одним из первых среди британских чайных клиперов, – являясь красивой игрушкой аристократов, построенной с целью состязания с быстроходными американскими кораблями на пути из Шанхая в Ливерпуль. Самым забавным в судьбе «Арктура» было то, что за все время своего существования он ни разу не перевозил контейнеры с чаем. Этот рейс он также совершал пустым, поэтому шел легко и быстро, имея на борту только пассажиров.

Пираты ни за что не поймали бы их, если бы не устроили трюк с горящим кораблем. Для тех, кто находился на «Арктуре», искусно имитированный пожар выглядел весьма достоверным и ужасным. Когда первые «выжившие» оказались на борту, только Грейди и дядя Алекс догадались, что представляла собой эта смесь рас и языков в грязной ковбойской одежде; команда же и пассажиры «Арктура» приняли их, ничего не подозревая, и таким образом обрекли себя насмерть.

Воспоминание о последовавшей резне походило на беспорядочный калейдоскоп страшных видений, которые Гриф никогда не сможет забыть: пронзительный крик сестер, кровь отца, дико расширенные глаза человека, который нанес Грифу удар дубиной по голове. Мальчик остался в живых только потому, что нападавшие в спешке бросили его умирать среди остальных. Он не мог помнить это, однако, очнувшись и почувствовав боль, понял, что произошло. Впоследствии эти ужасные сцены не раз являлись ему в ночных кошмарах.

Как удалось уцелеть Грейди, Гриф не знал и никогда не спрашивал его об этом; когда к Грифу вернулось сознание, помощник капитана держался за раненое плечо и стонал. Семья Грифа и вся команда уже были похоронены в море, палубы очищены от крови, а дядя Алекс находился при смерти. Однако он еще смог написать завещание, согласно которому все его имущество переходило к Грифону Артуру Меридону, последнему прямому наследнику Ашленда. Гриф до сих пор хранил этот трогательный, испещренный каракулями документ в сейфе, как и кольцо с печаткой дяди Алекса и подлинное название корабля, который также был передан ему. Однако все это хранилось лишь как напоминание о минувших страшных событиях. Ни для одного суда эти документы не имели законной силы, а если бы даже и имели, Гриф ничем не мог удостоверить свою личность. Корабль и золотое кольцо с изумрудным крестом Ашленда могли быть идентифицированы, но не мальчик, ставший мужчиной. Только Грейди и сам Гриф могли на словах подтвердить подлинность документов и личность Грифона Артура Мсридона, но их показания не имели никакой юридической силы.

«Probitas Fortis», – вспомнил Гриф надпись на кольце, что означало: «Честь превыше всего».

От того, что случилось сразу после нападения пиратов, у него мало что осталось в памяти. Они медленно двигались вперед на приспущенных парусах, и Гриф спешно учился управлять кораблем, со страхом стоя у штурвала, в то время как Грейди ухитрялся справляться со снастями одной рукой. Только позже Гриф осознал, что это был почти сверх человеческий подвиг. Шторм отнес их к югу, и они два месяца дрейфовали в Индийском океане, оставаясь в живых благодаря наличию провизии, заготовленной в расчете на тридцать человек.

Прошла неделя после удара по голове, прежде чем зрение Грифа восстановилось окончательно. В течение двух следующих недель его не покидали мысли о корабле капитана Элиота; еще несколько дней потребовалось на то, чтобы эти размышления привели его к мучительному вопросу, и тогда он спросил у Грейди, почему военный корабль не спас их.

В ответ тот только пожал плечами, и Гриф больше не стал спрашивать.

В тот день, когда дядя Алекс умер и они похоронили его, Грейди спросил Грифа, куда он хотел бы отправиться.

– Домой, – без промедления сказал мальчик, и этим ограничились его планы на будущее.

– Домой в Англию или в Индию?

Гриф подумал о пони, оставленном в Калькутте, и о любимом мангусте по имени Себастьян, а также о своей семье, об их бунгало и комнатах, которые теперь опустеют и где уже больше не будет звучать смех матери и сестер. В этот момент он начал понимать, какая жизнь ждет его впереди.

– В Ашленд, – ответил Гриф.

Туда они и направились.

Когда они подошли к юго-восточному побережью Африки, Грейди высадился на берег и вскоре вернулся с двумя мужчинами. Потом они опять отплыли и двинулись на юг. На пути в Кейптаун они останавливались еще четыре раза, но Гриф так ни разу и не ступил на берег. В конце концов на корабле собралась пестрая команда, включающая самого Грифа, Грейди, трех американцев, одного датчанина, француза и африканца.

Таинственная скрытность Грейди смущала Грифа, и его первым побуждением было обратиться к властям и сдаться на их милость. Теперь-то он понимал, что тогда представляли собой «Арктур» и его команда. Это был лакомый кусочек для тех, кто хотел бы завладеть кораблем. Гриф уже знал по собственному опыту, что на весах правосудия справедливость не могла противостоять силе: власти были бы рады взять «Арктур» под свою протекцию и отправить подальше его юного владельца на произвол судьбы.

Гриф сделал большой глоток рома и откинул голову на твердую переборку. Он никак не мог отделаться от страшных воспоминаний, и ему хотелось напиться, чтобы не думать о прошлом. Смерив взглядом то, что осталось в бутылке, он понял, что едва ли этого будет достаточно. Впрочем, через четыре часа все равно придется вставать: обязанности капитана не позволяли ему долго отдыхать.

Он осушил стакан и встал. Его взгляд скользнул по наполненным книгами ящикам у противоположной стены. Это были книги дяди Алекса, перенесенные из капитанской каюты для большего удобства леди Коллир, а также потому, что Гриф не хотел оставлять их там, где доступ к ним был затруднен. Благодаря этим книгам он повышал уровень своей образованности. Это было смешанное собрание, включающее Платона и Чосера, Джонатана Свифта, реестр британских торговых судов от 1849 года, поэзию Клафа и несколько томиков Джейн Остин. А также сочинения Вольтера и Виргилия, Данте и Дюма, Бентама, По и РалфаУолдо Эмерсона – все, что поражало воображение Грифа. Ящики пополнялись, пока не переполнились, и теперь Гриф уже не мог сразу найти то, что хотел.

Неожиданно Гриф вспомнил библиотеку в Ашленде, представлявшую собой большую, заставленную книжными полками комнату, которую он видел только раз в жизни и всего лишь в течение полминуты. В его памяти неизгладимо запечатлелось ошеломленное лицо Натаниела Элиота в тот первый момент, когда он узнал Грифа, появившегося в Ашленде через шестнадцать месяцев после нападения пиратов на «Арктур».

11
{"b":"570","o":1}