ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Рыцарь страха и упрека
Метро 2033: Пифия
Шепот в темноте
День Нордейла
Маленькая книга BIG похудения
Катарсис. Северная Башня
Струны любви
Шпион среди друзей. Великое предательство Кима Филби
Супермен по привычке. Как внедрять и закреплять полезные навыки

– Есть револьвер, – сказал бармен, – В коробке из-под сигар. Отпусти мою руку!

– Это хорошо, – сказал я. Оказывается, я в течение разговора держал его за руку. – Теперь отодвинься немного в сторону. Еще не время вытягивать артиллерию.

– Ты говоришь, – хмыкнул бармен. – Говоришь... Он замолк. Его глаза вновь бешено завращались. Голова странно задергалась.

Из-за темной двери донесся глухой короткий звук. Может быть, это хлопнула дверь. Но я не думал, что это так. Бармен, похоже, тоже не думал, что это дверь.

Мы замерли, прислушиваясь. Никаких звуков! Я быстро рванулся к концу прилавка. Поздно!

Дверь с треском распахнулась, и вошел Лось Мэллой. Он застыл у кассы, ноги, как деревья, вросли в пол, на побледневшем лице непонятная гримаса, похожая на ухмылку, а может, на оскал.

Армейский кольт 45 калибра выглядел игрушкой в его руке.

– Не пытайтесь баловаться, – сказал он спокойно, по-домашнему – Заморозьте руки на стойке.

Бармен и я положили руки на стойку.

Лось Мэллой пошарил взглядом по комнате и, бесшумно передвигая ноги, пересек ее поперек. Теперь он выглядел человеком, способным взять банк одной левой даже в этой кричащей одежде.

Вот он подошел к стойке.

– Подыми руки, черномазый! – сказал он почти нежно. Бармен высоко поднял руки. Большой человек шагнул мне за спину и тщательно прощупал одежду левой рукой. Его дыхание обжигало мне шею. Потом оно отдалилось. И я услышал – Мистер Монтгомери не знал, где Велма. Он пытался объяснить мне это.

Я осторожно повернулся и посмотрел на Мэллоя. Его тяжелая рука поглаживала пистолет.

– Да, – сказал он, – ты знаешь меня. Ты не забудешь меня, приятель. Скажи этим придуркам, чтоб не теряли нюха.

Он потряс пистолетом.

– Ну, пока, гнилушки. Мне надо поймать машину. И пошел к выходу – Ты не заплатил за выпивку, – сказал я.

Он остановился, посмотрел на меня, прищурив левый глаз, словно целясь.

– Я не собираюсь вымогать, но, может, у тебя что-нибудь найдется, – сказал Мэллой и проскользнул через двустворчатые двери. Его шаги зазвучали отдаленно. Он спускался вниз по лестнице.

Бармен стоял, ссутулившись. Я перепрыгнул за стойку бара и оттолкнул его. Обрезанное ружье, укрытое полотенцем, лежало на полке под стойкой. За ним была сигарная коробка. В коробке – автоматический пистолет 38 калибра. Я взял и то и другое. Бармен прижался спиной к бутылкам, стоявшим рядами на полках.

Я прошел к распахнутой двери, что рядом с кассовым столом. За дверью был слабо освещенный коридор. Вышибала растянулся на полу без сознания, с ножом, зажатым в руке. Я нагнулся, высвободил нож из ослабевшей безвольной ладони и отбросил его подальше. Вышибала тяжело дышал.

Я перешагнул через него и открыл дверь с надписью «Оффис». В кабинете возле окна стоял большой обшарпанный стол. В кресле неестественно ровно сидел человек. Голова его была так сильно запрокинута назад, что нос указывал на верхнюю часть окна. Ящик письменного стола был выдвинут. В нем виднелась газета с масляным пятном посередине. Вероятно, отсюда взяли пистолет. Идея показалась бы хорошей, однако поза мистера Монтгомери доказывала, что она была неверна.

На столе стоял телефон. Я положил обрез, подошел к двери, чтобы запереть ее, прежде чем позвонить в полицию. Я чувствовал, что так безопаснее, да и мистер Монтгомери, кажется, не возражал.

Когда на лестнице раздались шаги ребят из патрульной службы, вышибала и бармен исчезли, и на месте происшествия я оказался единственным свидетелем.

Глава 3

Дело к расследованию взял человек по имени Налти, брюзга с узким ртом и длинными руками, которые во время нашего разговора он держал сложенными на коленях. Лейтенант Налти – следователь, приписанный к подразделению 77-й улицы. Мы беседовали в пустой комнате: два столика у противоположных стен – вся его мебель. Пространство между столами позволяло передвигаться по комнате, правда, если два человека не пытались ходить одновременно. Грязный коричневый линолеум покрывал пол, запах старых окурков висел в воздухе.

Рубашка Налти была изрядно потертой, а рукава куртки подвернуты на запястьях. Он выглядел достаточно бедным, чтобы казаться честным, однако он не выглядел человеком, способным разобраться с Лосем.

Он зажег половину сигары и швырнул спичку на пол, где уже валялась дюжина их с обгорелыми головками, Огорченно сказал:

– Еще одного черного пришили. А мне теперь возись) Вот чего я стою после 18 лет работы в полицейском управлении. Как зацепить убийцу? Ни фотографии, ни даже четырех строк в разделе «Разыскивается»!

Я ничего не сказал. Он взял мою визитку, повертел перед носом и швырнул обратно, – Филип Марлоу, частный детектив, Один из тех парней, а? Господи, ты выглядишь вполне круто. Что ты делал все это время?

– Какое время?

– Все, все время, пока Мэллой сворачивал шею этому черномазому.

– О, это произошло в другой комнате, – сказал я, – И Мэллой не сообщил мне, что свернет кому-нибудь шею.

– Давай, давай издевайся, – огорченно сказал Налти. – Еще один шутник нашелся. А что еще делать? Бедный Налти! Давай, запусти в меня еще парочку острот. Если надо посмеяться – Налти к вашим услугам.

– Я не пытаюсь подшучивать, – сказал я. – Все именно так и происходило.

* * *

– О, конечно, – сказал Налти через пелену табачного дыма. – Это я был там и все видел, не так ли? У тебя не было револьвера?

– Не для этой работы.

– А для какой?

– Я искал парикмахера, который сбежал от жены. Она считала, что его можно было бы уговорить вернуться домой.

– Ты говоришь о черном?

– Нет, тот грек.

– О'кей, – сказал Налти и плюнул в мусорную корзину. – О'кей! А потом ты встретил этого верзилу.

– Я уже рассказал. Я случайно там оказался. Я же по глупости сунул нос, чтобы выяснить, в чем дело. А он втащил меня на лестницу, – Он угрожал тебе оружием?

– Нет, тогда у него его еще не было. По крайней мере, он не показывал. Вероятно, он отобрал револьвер у Монтгомери. Он просто поднял меня и втащил.

– Не знаю, – сказал Налти. – Кажется, он поднял тебя слишком легко.

– О'кей! – теперь уже сказал я. – Зачем спорить? Я видел этого парня, а ты нет. Он может тебя или меня вместо наручных часов носить. Я не знал, что он убил кого-то перед тем, как уйти. Я слышал выстрел, но думал, что кто-то испугался и выпалил в Мэллоя, а Мэллой у того отобрал пушку.

– А почему тебе в голову пришла именно эта мысль? – почти вежливо спросил Налти. – Он ведь и банк брал с пушкой, не так ли?

– Не в такой одежде ходят убивать. Нет, нет, только не в этом наряде. Он искал Велму, девушку, которую близко знал до того как его посадили за банк. Она работала во «Флориансе» или как он там назывался раньше, когда был для белых. Да вы, лейтенант, возьмете его!

– Конечно, – сказал Налти. – С такими-то размерами и в таком наряде! Легко схватим.

– Возможно, у него есть другой костюм, – предположил я, – и машина, и укрытие, и друзья, и деньги. Но вы возьмете его.

Налти снова сплюнул в корзину.

– Я возьму его, – сказал он, – когда у меня вырастут новые зубы. Сколько ребят дали на это дело? Одного! Послушай, ну почему? И почему в газетах не отводят места для наших объявлений?

– Может, этого Мэллоя отпустили под честное слово, – сказал я. – Ниточка, но проследить не мешало бы. Только обращайтесь с ним повнимательнее, иначе он вырубит парочку твоих патрульных. Вот тогда, может, и напечатают в газетах.

– В таком случае у меня больше дел не будет, подамся в безработные, – усмехнулся Налти.

Зазвонил телефон. Налти ответил и печально заулыбался. Положив трубку, быстро записал что-то в настольный блокнот. В его глазах был слабый свет, как свет из глубины пыльного коридора.

– Черт, они нашли. Звонили из архива. Нашли его пальчики, фотографии и все такое. Господи, это уже что-то. Боже мой, вот это человек! Шесть с половиной футов, двести шестьдесят четыре фунта без галстука! Да, это парень! Ладнб, черт с ним. Они обещали о нем передать сейчас по радио. Возможно, в конце списка угнанных автомобилей. Делать нечего, будем ждать, – он бросил сигару в пепельницу.

3
{"b":"5706","o":1}