ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Разумеется. Я же не полный кретин, – ответил я.

– И не вздумай подсовывать нам куклу. Деньги сразу же будут проверены и пересчитаны. Оружия не бери. Тебя обыщут, и к тому же у нас достаточно людей, чтобы все время держать тебя на мушке. Твою машину мы знаем. Так что без фокусов, и дело пройдет гладко. Только так мы и привыкли работать.

Кстати, какие у тебя деньги?

– Стодолларовые банкноты и лишь несколько из них новые.

– Вот и умница! Тогда до восьми. Веди себя хорошо, Гейдж.

Трубка щелкнула мне в ухо, и я положил ее. Почти в ту же секунду телефон зазвонил снова. На этот раз это был тот самый голос.

– О, Уолтер! – воскликнула Эллен. – Я была несправедлива к тебе. Прости меня, ради всего святого. Мистер Гэллемор мне все рассказал и, теперь я очень за тебя боюсь.

– Бояться совершенно нечего, – сказал я с теплотой в голосе. – А миссис Пенраддок знает?

– Нет, милый. Мистер Гэллемор просил меня ничего ей не говорить. Я звоню тебе из магазина на Шестой улице. О, Уолтер, мне и в самом деле страшно. Хенри пойдет с тобой?

– А мне совершенно не боязно, – постарался успокоить ее я. – К сожалению, мы уже обо всем договорились. Они не позволят этого, и мне придется идти одному.

– О, Уолтер! Я просто в ужасе. Неизвестность просто невыносима.

– Бояться абсолютно нечего, – повторил я. – Это обычная сделка. И в конце концов, я же не ребенок.

– Хорошо, Уолтер, я очень постараюсь быть смелой. Но только ты должен дать мне одно маленькое, ну просто малюсенькое обещание.

– Ни капли! – заверил я. – Можешь мне верить, ни единой капли я себе не позволю.

– О, Уолтер!

Мы еще немного поболтали о вещах, приятных для меня, но вряд ли интересных кому-то еще. Потом мы простились, и я пообещал, что позвоню немедленно, как только моя встреча с мошенниками состоится.

Бросив трубку и повернувшись к Хенри, я обнаружил, что он тянет виски прямо из бутылхи, которую достал из своего кармана.

– Хенри! – крикнул я возмущенно. Не отрываясь от бутылки, он смерил меня взглядом, в котором читалась решимость.

– Слушай, друг, – сказал он. – Из твоего с ними разговора я все понял.

Тебе придется встречаться с этими подонками где-то в темном месте среди густых зарослей. Я отлично знаю, чем кончаются такие встречи. Они дадут тебе по башке и оставят валяться без чувств, а сами удерут, прихватив и денежки, и ожерелье. Нет, так дело не пойдет! Верно тебе говорю: не пойдет!

Последние слова он почти прокричал.

– Хенри, – возразил я ему спокойно. – Это мой долг, и я обязан его выполнить.

– Ерунда! – усмехнулся Хенри. – Ты, конечно, чокнутый, но парень я общем-то славный, И я говорю: нет. Хенри Эйхельбергер из Висконсина – а впрочем, меня можно назвать и Энхельбергером из Милуоки, – говорит решительно: нет. А слово мое твердое.

И он еще раз приник к горлышку бутылки.

– Ты вряд ли сможешь помочь делу, если нарежешься. – заметил я довольно-таки язвительно.

Он опустил бутылку и посмотрел на меня с неподдельным изумлением, которое читалось в каждой черточке его некрасивого лица.

– Я нарежусь? – переспросил он обиженно. – Ты действительно считаешь, что я могу напиться? Разве кто-нибудь видел когда-нибудь пьяного Эйхельбергера? Чтобы это увидеть, нужно по меньшей мере месяца три. У нас с тобой просто нет на это времени. Вот когда у тебя будут свободные три месяца, пять тысяч галлонов виски и воронка, чтобы заливать его мне в глотку, я с радостью посвящу свой досуг и покажу, как выглядят Эйхельбергеры, когда они пьяны. Зрелище будет невероятное, можешь мне поверить. От этого города не останется ничего, кроме груды дымящихся развалин и битого кирпича, и ни души живой в радиусе миль эдак пятидесяти. А посредине будет преспокойно валяться на спине и щуриться на солнышке Хенри Эйхельбергер. Пьяный Хенри Эйхельбергер. Причем не в стельку, не в дугу и не в дупелину. Но по крайней мере тогда я не обижусь, если ты назовешь меня пьяным.

Произнеся эту речь, он сел и вылил еще. Я хмуро смотрел в пол. Мне было нечего сказать ему.

– Но это как-нибудь в другой раз, – сказал Хенри. – А сейчас я просто принимаю необходимое мне лекарство. Я сам не свой без небольшой дозы алкоголя. На нем меня взрастили. Я отправляюсь с тобой, Уолтер. Где расположено то место?

– Поблизости от пляжей, но только ты не поедешь со мной, Хенри. Хочешь пить – пей, но со мной ты не поедешь.

– У тебя просторная машина, Уоятер. Я спрячусь сзади на полу и накроюсь подстилкой. Это прекрасная мысль, согласись.

– Нет, Хенри.

– Уолтер, ты – отличный малый, и я поеду с тобой, чтобы помочь обтяпать это дельце. Можешь не сомневаться, моя помощь тебе понадобится. Глотни-ка виски, у тебя что-то нездоровый вид.

После битого часа препирательств с ним у меня разболелась голова. Меня стали одолевать усталость и дурные предчувствия. Именно в тот момент я совершил ошибку, которая могла оказаться роковой. Уступив уговорам Хенри, я выпил немного виски – чуть-чуть, в чисто лечебных целях. Мне сразу же стало настолько лучше, что я принял еще одну, более крупную дозу. Этим утром я вообще ничего не ел, а ужин накануне был очень легким. К концу следующего часа Хенри успел сбегать еще за двумя бутылками виски, а я чувствовал себя легким, как птичка. Все проблемы исчезли, и теперь уже я охотно согласился, чтобы Хенри отправился со мной на это рандеву, спрятавшись между сиденьями.

Словом, мы приятно проводили время, но в два часа я почувствовал, что меня неудержимо клонит в сон, завалился на постель и погрузился в забытье.

Глава 7

Когда я проснулся, уже почти совсем стемнело. В панике я вскочил с кровати, и мои виски снова прорезала острая боль. Часы показывали половину седьмого, и это меня несколько успокоило. В квартире я был один. Выставка пустых бутылок на столике произвела на меня удручающее впечатление.

Пораженный внезапной мыслью, которой я, правда, почти в ту же секунду устыдился, я кинулся к пиджаку, висевшему на спинке стула, и запустил руку во внутренний карман. Пачка банкнот оказалась на месте. После мгновенного колебания и с легким чувством вины я аккуратно пересчитал деньги. Ни одна бумажка не пропала. Положив деньги снова в карман, я включил, свет и отправился в ванную, где чередованием горячего и ледяного душа попытался вернуть себе утраченную ясность ума.

Растеревшись полотенцем, я как раз надевал белье, когда в замке проскрежетал ключ, и в квартиру ввалился Хенри Эйхельбергер с двумя завернутыми в бумагу бутылками под мышками.

– Ну и здоров ты дрыхнуть, приятель, – сказал он. – Пришлось вытащить у тебя из кармана ключ, чтобы не разбудить. Мне нужно было пожрать и купить еще выпивки. Я пропустил пару стаканчиков в одиночестве, хотя, как я тебе уже говорил, это против моих правил. Но ведь и день сегодня особый. Вот только с пьянкой придется пока завязать. Мы не можем себе позволить расслабленности. С этими словами он снял крышку с одной из бутылок и налил мне немного виски. Я тут же проглотил его и сразу почувствовал, как тепло разливается по моим жилам.

– Держу пари, ты уже слазил к себе в карман и проверил, целы ли твои доллары, – сказал Хенри с усмешкой.

Я понял, что краснею, но не сказал ничего.

– Ладно, ладно, ты поступил правильно. В конце концов, ты же совсем не знаешь, что за тип этот Хенри Эйхельбергер, верно? А у меня есть еще кое-что.

Он запустил руку в карман брюк и достал короткоствольный автоматический револьвер.

– Если парни начнут зарываться, эта железка поможет мне преподать им хороший урок. Можешь мне верить, Эйхельбергеры редко промахиваются, когда стреляют.

– А вот это мне не нравится, Хенри, – сказал я сурово. – Это нарушение уговора.

– К черту уговор, – сказал Хенри. – Мальчики получат наличность, но только я считаю своим долгом проследить, чтобы взамен они честно вернули жемчуг и не вздумали отмачивать номера.

Я понял, что спорить с ним бесполезно.

9
{"b":"5709","o":1}