ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Мгновенное напряжение, охватившее было его, спало. Если бы Леда не следила за каждым движением Сэмьюэла, она, скорее всего, и не заметила бы этого.

— Это? — он взял конец белой полосы. — Подтяжки.

— А! — только и сказала Леда, затем взяла его жилет, рубашку и убрала в шкаф, ощущая запах его тела.

Воцарилось неловкое молчание. Казалось, им нечего сказать друг другу. Он остался в брюках и носках.

Что-то никакого халата или ночного костюма не было видно. Да и должны ли они быть? Конечно, мужчины должны иметь нечто подобное.

— Вы хотите, чтобы я ушел? — он отправился к боковой двери за шкафом и открыл ее. — Там есть кушетка.

Возможно, именно в той комнате, о существовании которой Леда до сих пор не знала, и располагались его вещи для сна.

Видимо, женатые мужчины ничего не имеют против того, чтобы спать в маленьких комнатах рядом со спальнями. Кажется, эти комнаты называются гардеробными. Не исключено; что несчастные супруги должны каждую ночь вопрошать свою половину, которая вольна позволить или не позволить мужу прилечь на роскошную постель вместо узкой кушетки.

— Я не хочу, чтобы вы уходили, — Леда озарила его великодушной улыбкой. — Вы никогда не должны спрашивать, мистер Джерард. Вы должны, если хотите, спать в спальне.

— Сэмьюэл. — В его голосе прозвучало раздражение, — Мы же женаты, черт возьми. Меня зовут Сэмьюэл.

Леда хотела упрекнуть его за несдержанность, но промолчала.

Он подошел к камину и поднял руку, чтобы потушить свечи, обрамляющие зеркало.

Если бы леди Тэсс не предупредила девушку, Леда могла бы не заметить шрама на его запястье. Но свет канделябра упал на его руку, высветив контраст загорелой кожи и белой полосы. Она глянула на второе запястье: такой же шрам.

— Вы не должны ругаться, Сэмьюэл, — голос ее не носил того поучительного оттенка, который она хотела вложить.

— Простите, — он посмотрел на нее с иронии.

Демонстрируя полное примирение, Леда улыбнулась:

— Для меня большая честь… То, что вы предпочитаете такое неформальное обращение с моей стороны. Я бы тоже была рада, если… — внезапно ее охватило смущение, — если вы будете звать меня Ледой.

Он задул последнюю свечу. Комната погрузилась в темноту.

— По-моему, я уже называл вас так… Когда забывался…

Его голос казался сердитым.

Леда завернулась в халат, направившись к кровати, чувствуя босыми ногами мягкость ковра. Воротник ее халата жестким углом врезался в шею, коща она легла, но девушка не решилась его снимать.

Леда натянула одеяло, аккуратно расправила его и затаилась на краю кровати, закрыв глаза.

Он лег не сразу. Кровать чуть качнулась. Его прикосновение удивило ее. Он обнял ее, прижал к себе всем телом. На нем не было ничего.

Он уткнулся лицом ей в плечо.

— Спокойной ночи, дорогой сэр, — прошептала она.

— Леда, — его рука тронула ее волосы. Вначале напряженная, затем расслабленная. Она чувствовала, как расслабляется все его тело.

— Дорогой сэр! — вновь шепнула она, положив руку на его плечо. — Приятных снов!

29

Леди Кэй в своей обычной приветливой манере выразила пожелание отправиться на станцию вместе с Ледой, чтобы проводить дам с Южной улицы. Экипаж не совсем подходил для пятерых; все знали, миссис Ротам предназначено место у окна, чтобы удовлетворить ее любопытство путешественницы, а молодые леди займут, естественно, переднее сиденье. Мисс Ловат уступила леди Коув более удобное место, чувствуя некоторое обязательство быть снисходительной по отношению к старшей сестре.

Мисс Ловат уселась и сказала,

— Ну, Леда, я ожидала случая сказать вам, что очень рада видеть, как вы мило устроены. У меня были опасения, признаюсь, когда я услышала о помолвке. Но ваш молодой человек очень приятен. Он лично пообещал прислать повара, чтобы тот показал, как готовить этот замечательный лимонад.

Разные истории были рассказаны по пути к станции. Как только экипаж остановился, мисс Ловат заключила:

— Боюсь, что брак — рискованная вещь. Я не уверена, что у меня хватило бы на это храбрости, Леда.

— У вас мрачный взгляд на вещи, — запротестовала Кэй. — Сэмьюэлу можно доверять.

— Конечно, леди Кэтрин, — мисс Ловат подняла брови.

— Я бы доверила Сэмьюэлу жизнь, как и мисс Леда, точнее, миссис Джерард.

Пока мисс Ловат наблюдала, как портье выгружал их вещи, леди Коув положила свою руку в перчатке на локоть Леды, улыбаясь при этом леди Кэй.

— Ребекка считает своим долгом всех запугивать. Боится, что молодые люди чрезмерно торопятся. Я полагаю, что доверие не такая уж плохая вещь.

Тишина воцарилась в экипаже по возвращению через зимние лужайки к Вестпарку, пока леди Кэй не сказала:

— Какие у вас милые друзья! Особенно мне понравилась леди Коув.

Леда чувствовала, что ей надо немного защитить мисс Ловат, когда леди Кэй внезапно ее прервала.

— Леда — могу я называть тебя так, ведь мы теперь почти сестры? Я хочу поговорить с тобой.

Сдержанное волнение в ее голосе заставило Леду встре-воженно взглянуть на нее.

— Конечно, — пробормотала она.

— Я надеюсь… Я думаю, что ты могла в последнее время… Я была недостаточно приветлива… Я надеюсь, ты простила меня!

Леда посмотрела на свои перчатки.

— Не стоит извиняться. Я вообще ничего не заметила.

— Ну, потому что ты была в таком состоянии…

— Да, все так внезапно.

— Леда, все не так просто. Я хотела объяснить… что ходил слух… когда ты и Сэмьюэл объявили о помолвке. Я верила — какое-то время. Я знаю, что это неправда! Сейчас я понимаю. Мне мама все объяснила, мне так стыдно, что я слушала эти ужасные вещи. Никогда больше не буду говорить с мисс Голдборо!

Леда ничего не ответила. Только почувствовала, как к-ее сердцу тянется ледяная рука.

— Я ревновала, наверное, — бесстрастно сказала Кэй. — Я так боялась, что ты и Сэмьюэл возьмете с собой Томми!

— Томми? —

— Я хочу, чтобы он был со мной, Леда! Если ты — не его мать, если он действительно сирота, я имею на него столько же прав, сколько и вы. Особенно с тех пор…

— Я — не его мать! — выкрикнула Леда. — Почему все должны верить или не верить…

— Нет, мама объяснила мне, что это невозможно. Мне так жаль, что я чуть было не поверила. А Сэмьюэл говорил, что усыновит его. Я тогда не знала, как повернется дело, — она сняла перчатку, посмотрела на Леду. — Лорд Хэй просит меня выйти за него замуж. Я дала согласие. Он тоже полюбил Томми, он сказал, что будет рад усыновить его. Ты видишь…

— Ты помолвлена? — быстро спросила Леда.

— Да. Сегодня вечером будет объявлено об этом. Мамочка и папочка просили нас подождать до тех пор, пока вы не поженитесь.

— О, дорогая!

— Ты не против, Леда?

— Что ты! Я желаю тебе счастья!

— Ты думаешь, Сэмьюэл не будет против, если Томми… — Леди Кэй нервно сжала руки. — Он говорил, что усыновит Томми, но, по-моему, Сэмьюэл относится к нему… обыкновенно. Хотя последнее время я плохо его понимаю. Ты понимаешь лучше.

Леда не смела посмотреть ей в глаза:

— Я не уверена, что понимаю что-либо вообще последнее время. Даже самое себя.

— Я знаю! Я знаю, что ты хочешь сказать!

Нет, Леда ошибалась. Стоило ей увидеть Сэмьюэла у камина в гостиной, как она поняла, что ему уже все сказали. Он поздравил леди Кэй с тем же напряжением, с каким держался во время помолвки с Ледой. Кэй тут же напала на него с разговором по поводу Томми. Он ничего не ответил сразу, только отметил, что нужно поговорить с родителями и с лордом Хэйем. Леда сочла это очень разумным.

— Тебе всего восемнадцать, — сказал Сэмьюэл.

— Через две недели будет девятнадцать. Ну и что? Какое все это имеет значение?

— Очень большое, — твердо произнес Сэмьюэл.

— Я полагаю, ты считаешь, что я еще не вправе сама все решать. Уверяю тебя, я достаточно взрослая, чтобы выйти замуж. И достаточно взрослая, чтобы желать детей. Томми только чуть-чуть обогнал моих собственных деток…

65
{"b":"571","o":1}