ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

21

Лесли Мердок был в зеленоватом костюме, и волосы его казались влажными, словно он только что из-под душа. Он сидел сгорбившись, смотрел на носки своих щегольских белых ботинок и крутил кольцо на пальце. Сегодня он был без черного длинного мундштука и выглядел каким-то одиноким и потерянным. Даже усы его обвисли еще больше, чем вчера.

Мерле была точно такая же, как и накануне. Наверно, она всегда выглядела одинаково. Ее медно-золотистые волосы были так же туго зачесаны назад, очки в роговой оправе были такими же огромными, а глаза сохраняли такое же отрешенное выражение. Она была все в том же цельнокроеном платье без рукавов — и без всяких украшений, даже без сережек.

У меня было странное ощущение, что все это когда-то уже происходило со мной.

Миссис Мердок глотнула вина и спокойно сказала:

— Значит так, сын. Расскажи мистеру Марлоу о дублоне. Боюсь, нам придется все ему рассказать.

Мердок быстро взглянул на меня и снова опустил глаза. Его губы судорожно дернулись. Когда он заговорил, голос его был ровен, устал и тускл, как у человека, делающего признание после изнурительной борьбы с совестью.

— Вчера я уже говорил вам, что должен Морни много денег. Двенадцать тысяч. Потом я отказался от своих слов, но это правда. Я должен ему. Я не хотел, чтобы мама узнала. Он сильно давил на меня, требуя долг. Я, конечно, понимал, что, в конце концов, мне придется во всем ей признаться, но оказался слишком безволен, чтобы решиться на этот разговор. Дублон я взял однажды вечером, когда она уже спала, а Мерле уже не было дома. Я отдал монету Морни, и он согласился держать ее у себя в качестве заклада, так как я объяснил, что он не сможет получить за нее ничего похожего на двенадцать тысяч, пока не предъявит родословную и не докажет, что не владеет монетой на законных основаниях.

Он умолк и поднял на меня глаза, проверяя, как я воспринимаю его рассказ. Миссис Мердок просто пожирала меня взглядом. Девочка же смотрела на Мердока, приоткрыв рот, со страдальческим выражением на лице.

Мердок продолжал:

— Морни дал мне расписку, что он согласен держать монету в качестве залога и не пускать ее в оборот без предварительного уведомления. Что-то в этом духе. Не могу утверждать, что эта расписка была юридически законной. Когда этот Морнингстар позвонил и спросил о монете, я сразу заподозрил, что Морни либо пытался продать ее, либо, по крайней мере, подумывает об этом и пытается оценить ее у знающих людей. Я страшно испугался.

Он снова посмотрел на меня и сострил какую-то гримасу. Вероятно, она должна была проиллюстрировать тот самый страшный испуг. Потом он вынул платок и вытер лоб.

— Когда Мерле сказала, что мама наняла сыщика… Мерле не должна была говорить мне, но мама обещала не ругать ее за это, — он посмотрел на мать.

Старая боевая лошадь сжала челюсти и насупилась. Девочка же не спускала с Мердока глаз и, казалось, совсем не была обеспокоена тем, что ее кто-то может ругать. Он продолжал:

— Я был уверен, что она хватилась дублона и поэтому наняла вас. И действительно не поверил, что она наняла вас отыскать Линду. Я все время знал, где находится жена.

Я отправился к вам в офис посмотреть, можно ли что-нибудь выведать у вас. Вчера вечером я поехал к Морни и все рассказал ему. Сначала он рассмеялся мне в лицо, но когда я объяснил ему, что даже мама не может продать монету, не нарушив завещания Джаспера Мердока, и что она, безусловно, напустит на него полицию, если я скажу ей, где монета, — он сдался. Он вынул монету из сейфа и, ни слова не говоря, вручил ее мне; я вернул расписку, и он порвал ее. Итак, я принес монету домой, и все рассказал маме.

Он умолк и снова вытер лицо платком. Глаза девочки неотрывно следили за каждым движением его руки.

В наступившем молчании я спросил:

— Морни угрожал вам?

Он помотал головой:

— Он сказал, что хочет вернуть свои деньги, что нуждается в них и я должен поторопиться и поскорей раздобыть их. Он не угрожал. Он вел себя очень прилично. Для такой ситуации.

— Где это было?

— В клубе «Айдл Вэли». В его офисе.

— Эдди Пру там был?

Девушка оторвала взгляд от Мердока и посмотрела на меня. Миссис Мердок хрипло спросила:

— Кто такой?

— Телохранитель Морни, — ответил я. — Не все время вчера я тратил попусту, миссис Мердок. — Я посмотрел на ее сына, ожидая ответа.

— Нет, вчера его не было, — сказал он. — Конечно, я его знаю в лицо. Его достаточно увидеть один раз, чтобы запомнить надолго. Но вчера его там не было.

— Это все? — спросил я.

Он посмотрел на мать. Та раздраженно поинтересовалась:

— Этого что, недостаточно?

— Может быть, — сказал я. — Где монета находится сейчас?

— А где, вы думаете, она может находиться? — грубо переспросила она.

Я чуть было не сказал где — просто для того, чтобы посмотреть, как она подскочит. Но мне удалось сдержаться.

— Поцелуй свою маму, сынок, и беги, — задыхаясь, пробасила миссис Мердок.

Он покорно встал, подошел и поцеловал ее в лоб. Она похлопала его по руке. Он опустил голову и вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь.

— Надо бы заставить его надиктовать все это вам, — сказал я Мерле, — и заставить его подписаться под письменными показаниями.

Мерле как будто испугалась. Старая леди прорычала:

— Конечно, она не сделает ничего подобного. Возвращайся к своей работе, Мерле. Я просто хотела, чтобы ты все слышала. Но если я еще когда-нибудь обнаружу, что ты злоупотребляешь моим доверием, ты знаешь, что с тобой будет.

Девушка встала с сияющими глазами и улыбнулась ей:

— О да, миссис Мердок, я больше не буду. Никогда. Можете мне поверить.

— Надеюсь, — рявкнула старая ведьма. — Иди.

Мерле неслышно вышла.

Две огромные слезы выползли из глаз миссис Мердок и медленно поползли по грубым слоновьим щекам, достигли крыльев мясистого носа и скатились на губу. Она порылась в поисках платка, вытерла губы и глаза, потом убрала платок, взяла свой стакан с вином и сказала безжизненным голосом:

— Я очень люблю своего сына, мистер Марлоу. Очень. Мне очень тяжело. Вы думаете, нам надо рассказывать эту историю в полиции?

— Надеюсь, нет, — сказал я. — Ему потребуется страшно много времени и сил, чтобы заставить их поверить во все это.

У нее отвисла челюсть, зубы сверкнули в полумраке. Потом она плотно сжала рот и, опустив голову, посмотрела на меня исподлобья.

— Что вы хотите этим сказать?

— Только то, что сказал. Эта история и не пахнет правдой. Она отдает поспешно состряпанной липой. Лесли сам все это придумал или авторство принадлежит вам?

— Мистер Марлоу, — глухо сказала она, — вы играете с огнем.

Я махнул рукой.

— Разве все мы не делаем то же самое? Хорошо, предположим, это правда. Морни от всего откажется, и мы вернемся туда, откуда начали. А Морни, безусловно, будет все отрицать — иначе получится, что он замешан в двух убийствах.

— А что, разве этого не может быть на самом деле?

— Зачем Морни, человеку с сильными покровителями, положением в обществе и даже с некоторым влиянием, совершать два дурацких убийства? Для того, чтобы развязаться с каким-то ничтожным делом типа продажи заклада? Мне это кажется абсолютно бессмысленным.

Она не мигая смотрела на меня и молчала. Я ухмыльнулся, так как в первый раз собирался сообщить нечто для нее приятное.

— Я нашел вашу невестку, миссис Мердок. Мне кажется несколько странным, что ваш сын, которого вы, казалось бы, так жестко контролируете, не сказал вам, где она находится.

— Я его не спрашивала, — ответила она странно спокойным голосом.

— Она вернулась на свое прежнее место и поет с оркестром в клубе «Айдл Вэли». Я говорил с ней. Девушка с характером. Она вас не особо любит. Допускаю, что именно она взяла монету — отчасти со зла. И почти настолько же допускаю, что Лесли знал об этом — или как-то узнал — и придумал эту небылицу, чтобы защитить Линду. Он ведь очень любит ее.

29
{"b":"5713","o":1}