ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Джо Алекс

Я расскажу вам, как погиб…

Клитемнестра

Вот я стою, гордясь, что дело сделано.
Убила. Отпираться я не стану, нет.
Накидкою, огромной, как рыбачья сеть, —
О злой наряд! — Атрида спеленала я.
Не мог он защищаться, убежать не мог.
Ударила я дважды, дважды вскрикнул он
И рухнул наземь. И уже лежавшему —
В честь Зевса подземельного, спасителя
Душ мертвецов, — я третий нанесла удар.
Так, пораженный насмерть, испустил он дух,
И с силой кровь из свежей раны брызнула,
Дождем горячим, черным оросив меня.
И радовалась я, как ливню Зевсову
Набухших почек радуется выводок.
Эсхил. «Орестея»
Перевод с древнегреческого С. Апта

1

Перед поднятием занавеса

В тот день мне исполнилось 35 лет, но я не стал никому напоминать, да и сам почти забыл об этом. Утром, взглянув на календарь, я только вспомнил торт, на котором ежегодно прибавлялась одна свечка, лица родителей, смутные очертания подарков. А потом вдруг вспомнился еще один день, когда я в сумерках подлетал к сверкающему внизу немецкому городу и, увидев тень истребителя с крестами на крыльях, подумал, что сегодня день моего рождения и, спустя минуту, я могу погибнуть как раз в тот день, когда появился на свет. Я давно избегал всякой мысли о личных праздниках. Я считал себя одиноким человеком и, судя по всему, не собирался изменять это состояние. Тем более сейчас.

Невольно я взглянул на стоящий на камине поднос, где лежали два театральных билета: я собирался пойти с Кэрол на «Макбета». И на то были свои причины. Во-первых, я стал ощущать, что в наших отношениях с Кэрол наметилась трещина. Кэрол симпатична и неглупа, и я знал, что я ей тоже не безразличен. Первый раз она появилась в моей квартире год назад. Затем мы провели неделю на море, в Брайтоне. Наши отношения были ни мне, ни ей не в тягость, и, возможно, именно поэтому мы не пытались их разорвать. В ту первую встречу нам было даже хорошо друг с другом. Я уже был в том возрасте, когда приходит пора подумать о том, чтобы найти подругу жизни. Мысль, что такая женщина, как, Кэрол, подошла бы мне больше всего, все чаще приходила мне в голову. Милый, уютный дом, красивая хозяйка, спокойная, ровная дорога жизни. Но для полного счастья мне не хватало пустяка — любви. Увы, Кэрол я не любил. Однако и терять мне ее не хотелось. Вот почему на столе лежали билеты на вечерний спектакль. Я ждал ее звонка. Но она не звонила. Если Кэрол сейчас не позвонит, она уже не позвонит никогда.

Но была и другая причина, почему я хотел пойти в театр — желание увидеть Сару Драммонд в роли леди Макбет. И не слава великой актрисы, не три часа, проведенные с глазу на глаз с бессмертным творением Шекспира, были тому виной. Все куда прозаичней — завтра утром я собирался поехать в ее имение, куда пригласил меня Ян Драммонд, муж Сары, и мне не хотелось, оказавшись в гостях, признаться, что не видел ее в этом году на сцене. Это было бы неприлично.

Ян Драммонд, я, Джо Алекс, и инспектор Скотленд Ярда Бен Паркер когда-то были частью экипажа бомбардировщика, который, возвращаясь после бомбардировки одного из портов противника, загорелся уже над Англией и рухнул с высоты шести тысяч футов. Из семи членов экипажа спастись удалось лишь нам троим. С тех пор мы стали неразлучны.

Ян Драммонд, сменивший профессию химика на полную смертельного риска судьбу военного летчика, после войны вернулся в свою лабораторию и прославился в научном мире.

Я стал довольно популярным автором детективных романов. До войны, признаюсь, я не ощущал призвания к литературному ремеслу, но, не желая возвращаться на государственную службу, которую оставил в девятнадцатилетнем возрасте, я решил испытать себя на новом поприще и, к своему удивлению, увидел, что мои романы пользуются спросом. К счастью, я прочитал много хороших книг, и поэтому такая сомнительная слава не вскружила мне голову. К тому же я старался делать свое дело как можно лучше, и это служило мне пусть слабым, но утешением.

Портативная машинка «Оливетти» стояла открытой на столе, а на вставленном в нее листе бумаги было напечатано два слова: ГЛАВА ПЕРВАЯ. И все. Уже две недели один и тот же лист торчал в машинке. Две недели я часами ходил по комнате, подходил к столу, садился, а потом снова вскакивал и начинал кружить по комнате. Я уже продумал, какая это должна быть книга. Замысел ее мне казался превосходным, интрига ясна, сюжетные ходы достаточно запутаны — лишь единственная узкая тропа, подобно нити Ариадны, вела через придуманный мной лабиринт. Но все это не имело никакого значения, поскольку я не мог начать.

Может быть, пришла мне в голову мысль, в тихом Саншайн Менор, заросшем старыми деревьями, прилепившимися к скалистому морскому берегу, окруженный вниманием Драммондов, я смогу сдвинуться с места? Я не сомневался, что стоит только начать, как все пойдет хорошо.

Посмотрев на часы, я перевел взгляд на молчащий телефон. Если Кэрол не позвонит через пять минут…

Телефон зазвонил. Я поднял трубку.

— Добрый вечер, — сказала Кэрол.

— Добрый вечер. Я уже стал думать, что ты не получила моей открытки, — произнес я, не скрывая раздражения.

— Получила, — в голосе Кэрол я почувствовал едва уловимое колебание. — К сожалению, я сейчас уезжаю, — вдруг проговорила она.

Я молчал, не зная, как на это отреагировать.

— Уезжаю надолго. Звоню, чтобы тебе сказать: до свидания, Джо.

— До свидания, Кэрол. Счастливого пути.

— Спасибо… Мне было очень хорошо с тобой, Джо, — произнесла она после небольшой паузы. — Надеюсь, что мы когда-нибудь еще встретимся.

— Конечно, — ответил я с вежливой уверенностью.

Она помолчала. Затем я услышал:

— До свидания, Джо.

— До свидания, Кэрол.

На другом конце провода трубка тихо легла на рычаг.

Я тоже опустил трубку, но в тот же миг телефон зазвонил снова.

— Слушаю.

— Это ты, Джо? — узнал я голос Бена.

— Привет, Бен.

— Что ты сейчас делаешь?

— Что делаю? — хмыкнул я. — Думаю, огорчаться мне или нет. Понимаешь?

— Понимаю. Думаешь, у полицейских не бывает поводов для огорчений?

— Ну раз так, — сказал я, — может, заскочишь? Я как раз иду в театр и…

— Значит, у тебя два билета на «Макбета» и ты не знаешь, что делать со вторым.

— Мне кажется… — начал я и вдруг спохватился: — откуда ты знаешь, что на «Макбета»?

— Просто догадался.

— Хм.

— Что «хм»?

— Ничего. Хочешь пойти?

— Не знаю. Хотя, признаться, я, как нарочно, в вечернем костюме, — произнес Бен. — Есть в Ист-Энде одно местечко, которое я был намерен посетить. Совместить приятное с полезным… Ничего особенного — текущая работа. Но раз у тебя билеты на «Отелло»…

— На «Макбета».

— А, ну да. Эта пьеса мне нравится. Правда, я бы мог немало добавить, если бы умел писать белым стихом.

— Значит, идешь?

— Да. Потом мы могли бы где-нибудь выпить по стаканчику. У меня к тебе небольшая просьба.

— Личная?

— Нет.

— Интересно, — сказал я. — До начала представления у нас двадцать минут. Успеем еще по дороге купить цветы. Куда за тобой заехать?

— Никуда, — прозвучал спокойный голос. — Я в баре напротив, и если ты раздвинешь занавески, то увидишь перед баром черный автомобиль. За рулем сидит толстенький молодой человек в серой шляпе. Его зовут Джонс. Он наш сержант.

— Так, значит, ты в данный момент на службе?

1
{"b":"571356","o":1}