ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Хрустальные Звёзды
Наследница. Служанка арендатора
Самообучающиеся системы
Вредная девчонка – староста
О чем мы молчим с моей матерью
Американские боги
Корея. Все тонкости
Джеймс Миранда Барри
Большая книга психологии: дети и семья

- Ужасно правда? Я такая жалкая. Как ты догадалась, что я именно эту фотографию хочу забрать?

- Выбивалась из контекста. На остальных фотографиях ты ловила чужие эмоции, а здесь видно, что не справилась со своими.

- Не думала, что так заметно…

- Не хочешь, чтобы знакомые увидели?

- Ага, - опустив голову, тихо ответила Саша, - меня и так все считают неудачницей, если еще и эту фотку увидят…

- Зачем фоткала тогда?

- Случайно вышло, я в парке была и его увидела, сначала подумала, что он один, потом эта девушка появилась… ну и… мне он давно нравился… он хвалил мои работы… общался со мной… когда фотку проявила, поняла какой дурой была, - по лицу ее лицу одна за другой начали скатываться слезинки. Складывалось впечатление, что до этого ей не кому было рассказать это или просто не с кем пообщаться.

Протянув ей пару салфеток со стола, Лана подозвала официантку и сделала заказ. Через пару минут напротив каждой появилось по кружке капучино и по вазочке шоколадного мороженого. Слезы все еще продолжали литься из голубых глаз фотографа, а руки ее продолжали держать злосчастную фотографию. Сделав пару глотков кофе, блондинка спокойно оглядела шатенку, а затем встала и забрав фотографию разорвала ее и выбросила в ближайшую урну. Сказать, что на лице Саши был шок - ничего не сказать. От подобного поступка у нее даже рот приоткрылся, а Лана как не в чем не бывало, отряхнула руки, уселась на место и с равнодушным выражением лица продолжала пить кофе, заедая мороженым.

- Ротик прикрой, а лучше займи его тем же, чем и я. Больше пользы будет, - смотря на прохожих сказала она.

Вздрогнув, шатенка потянулась к чашке кофе и одним махом опрокинула его в себя, вновь уставившись на блондинку.

- Ты кушай, кушай. Говорят шоколад и сладкое повышают настроение и заставляют мозг работать активнее.

- Намекаешь, что я дура? - недовольно пробурчала Саша, запихивая в рот ложку мороженого.

- Мне нельзя, я еще твои фотки не повесила, а мне их еще снимать, - ухмыльнувшись ответила Лана.

- Знаешь, я была в шоке, когда тебя увидела, - замялась фотограф, - ощущение огромной внутренней силы, и то как ты выглядишь, как будто отображение тебя самой.

- Ты всегда так прямолинейна?

- Вообще-то да, - потупившись ответила девушка.

- Иногда лучше промолчать…

- Наверно…

- Но ты мало с кем общаешься, поэтому, когда есть возможность выговориться - говоришь все, что думаешь и в лоб. Глядя на тебя можно сказать, что друзей у тебя нет, а тот парень на фото решил, что с тобой будет забавно пообщаться, при этом его авторитет не страдал, а наоборот, за твой счет он наверняка прослыл добрым самаритянином, чем и привлек ту цыпочку, которую целовал. А тем как он смотрел в объектив дал понять, что такой как ты вряд ли будет светить в ближайшее время, что-то подобное, - взглянув на Сашу и перегнувшись через стол Лана ткнула ту пальцем в лоб, сказав - Пора меняться. И не смей опять тут слякоть разводить. Кстати мне нужна от тебя еще одна фотография взамен той, что я не смогу уже повесить. По чеку я распечатала 100 фотографий, а не 99 и представить потом для сдачи я тоже должна буду 100. Так что она нужна мне к пятнице уже распечатанная. В общем жду звонка.

Расплатившись, похлопав по плечу Сашу и выдавив из себя прощальную улыбку, Лана направилась в сторону дома. “И почему именно мне такие попадаются?”

========== Часть 9 ==========

Следующие два дня прошли для Ланы относительно спокойно. В универе после удачного запуска стула ее начали игнорировать и отпускать за спиной колкие замечания, сбиваясь в группки. Подобное детсадовское поведение она считала забавным, так как необходимости в общении с одногруппниками она не испытывала и ранее, да и никаких унизительных действий, свойственных этой ситуации, те не предпринимали, разумно опасаясь получить отпор. Рей с Максом конечно кипятились, но после того как девушка дала понять, что не хочет ни малейшего их вмешательства в ситуацию, сдались.

Во вторник с ней связалась Саша и после назначенной встречи отдала недостающую фотографию. То, что планировалось как мимолетная встреча, переросло в полуторачасовой монолог фотографа о своей жизни. Дорвавшись до молчаливого слушателя, она выплеснула все то, что как говорится накипело в ее душе. Про вечно занятых родителей, про чрезмерную неуверенность в себе, абсолютное отсутствие вкуса, неумение сдерживать свое мнение и в то же время обычную немногословность, про работу в библиотеке и отсутствие друзей в силу перечисленных ранее пунктов. Выплескивая наболевшее девушка то и дело поглядывала на Лану глазами потерявшегося щенка, складывалось ощущение, что она боится, что в эту секунду ее оборвут на полуслове и оставят одну, дальше переживать свою никчемность и одиночество. Но молчаливая собеседница все сидела и уходить вроде никуда не собиралась, может в силу того, что их связывали еще рабочие обстоятельства, может еще по какой-то причине, которую Саша не знала. Ей было абсолютно все равно, ведь главное, что она наконец смогла выговориться, чувствуя в то же время огромное доверие к сидевшей рядом почти незнакомке.

Внимательно слушая дрожащий голос неуверенного, но талантливого фотографа, оперевшись локтями в колени и устремив взгляд в пустоту, Лана по-человечески ей сочувствовала и понимала. Ведь прекрасно знала, что такое одиночество, каково это, когда не можешь поделиться своими переживаниями и получить поддержку, просто без повода кому-нибудь позвонить, когда не можешь от чистого сердца рассмеяться или заплакать в чьем-то присутствии. Они были похожи, но при этом совершенно разные. Так Саша была светлым открытым существом, тянущимся к другим, но отвергаемая ими, в то время как Лана считала себя чем-то темным, нарочно подавляющим в себе всякие эмоции, запечатывая их в себе, как будто вешая на сердце очередной замок и выкидывая от него ключ.

Выговорившись, Саша будто сжалась к комок и уставилась в пол. Повисла тяжелая пауза. Распрямив затекшую спину, Лана цокнув языком посмотрела на собеседницу и произнесла: “Да уж, жизнь не сахар”.

- Ну а ты? Расскажешь о себе? - отчего-то покраснев, спросила Саша.

- Во мне нет ничего интересного. Живу, учусь, по ночам иногда вешаю чужие картины или фотографии, - взглядом лениво обводя прохожих ответила блондинка.

- Ясно.

“Обычно так отвечают, когда не находишь, что сказать” - подумала Лана, - “оно и к лучшему”.

- Можно мне еще с тобой встретиться, пообщаться или позвонить? - неуверенно произнесла шатенка.

“Боже, ну и как мне от тебя отмахнуться, горе луковое? Если ведь скажу “Нет”, то как только уйду, погрязнешь в депрессии или опять разрыдаешься…”

- Звони, если хочешь, но встречаться мне сейчас будет некогда, скоро экзамены и с работой напряженки могут быть, - слегка скривившись как от зубной боли солгала Лана.

- Извини, что навязываюсь.

- Не извиняйся, просто я мало с кем сама общаюсь и собеседник и подружка из меня хреновые. Ты не при чем. Кстати, мне пора, - поднявшись Лана, как и в прошлый раз, хлопнула Сашу по плечу и улыбнулась на прощание.

Уходя, в голове ее крутилась одна и таже мысль “На сколько еще меня хватит? Как долго можно прожить отгораживаясь от других? На сколько глубок тот сундук, куда я сваливаю все то, что считаю нужным не показывать? Что будет когда он переполнится?”

На следующий день ее ждал весьма неожиданный сюрприз. День начался как обычно. Проснулась, оделась, поспешила в универ. Прошло 2 пары, следующая должна была проходить в соседнем корпусе, путь в который проходил через проход на втором этаже, соединяющий оба корпуса или по улице. Благо стоял конец жаркого мая и прогулка по улице привлекала больше тесного коридора, вечно забитого снующими студентами.

7
{"b":"574873","o":1}