ЛитМир - Электронная Библиотека

Возвращаться в тело особого желания не было, но доктор прав. Если я не очнусь, то так ничего и не узнаю. Можно не один год провести в этой больничке, тщетно пытаясь пробиться через купола защитного поля. Но нет гарантии, что за это время очередной гений не создаст новые технологии по сканированию памяти. Как только моё тело станет ненужным - его уничтожат. А я останусь местным привидением.

Если до этого раньше в тело не загонят. Теми же полями.

Чёрт.

Прав этот Абрамыч. Трижды кругом прав.

Мне не оставили выбора.

Эх, Лёха... Держись теперь, знай. В серьёзные и непонятные игры меня втянули.

Я протянул руку, коснулся собственного тела и рухнул в открывшуюся черноту.

Последнее, что я запомнил, перед тем как сознание поглотила тьма: громкий электронный писк тревожного сигнала.

А ещё то, что сразу почувствовал себя очень хреново.

Глава 8. Джокер

Темнота нежно коснулась лица. Пуховым пером защекотала кожу. Мягкими пальцами прикоснулась к затылку, пытаясь проникнуть в голову. Я дёрнулся - и она тут же распалась на тени, тени расползлись по углам, меняя краски и перетекая в полусон - полубред...

- Итак, повторяю первый и последний раз! Каждый, оказавший сопротивление и не выполнивший мою команду, будет убит! - Хмурый и злой человек, в военной полевой форме Федерации без знаков отличия, с не импульсной, старой винтовкой наперевес, грозно смотрел на нас. Его товарищи, с таким же оружием, оцепили площадь и патрулировали вдоль ограды посёлка.

Я стоял в строю поселенцев, прижимаясь к матери. Одной рукой она обнимала меня за плечи, второй держала за ладонь. Я чувствовал, как она сдерживает дрожь. Мне тоже страшно. Я не знал, откуда взялись эти люди, но явно не с соседней базы. Пришельцы убили солдат, охранявших наш посёлок, и согнали нас на центральную площадь. Я не понимал, что они хотят, но чувствовал их звериную готовность убивать.

- Мы граждане Федерации! - Николай, начальник маминой группы. - И мы требуем...

- Заткнись! - Говоривший резко повёл стволом в нашу сторону. Мама вздрогнула, а я сильнее прижался к ней. Мне очень не нравилось всё это. Ну почему, почему я не могу защитить нас?! Откуда я знаю, чем всё закончится?!

Иди...

Что?! Кто это?!

Я, - улыбнулся внутренний голос и сдвинул память к новому моменту.

- Взять её!

Двое пришельцев ухватили мать за руки. Меня оттолкнули небрежным ударом приклада по лицу. Я упал на четвереньки, получив вдогон пинок в живот. Кровь из разбитого носа оставляла в пыли чёрные пятна. Пришельцы тащили мать к главному. Но никто не спешил нам на помощь, потому что...

Они боялись. Трусы. Они боялись этих подонков с винтовками. Боялись, вместо того чтобы сражаться! Чтобы заступится за меня и маму!

Иди...

Голос зовёт и исчезает. Наверно, понимает, что мне совсем не до него.

Вместе с голосом пропали остальные звуки. Тяжёлая тёмная капля медленно сорвалась с разбитого носа и понеслась к серой земле. В навалившейся на меня тишине я вдруг услышал глухой звук удара. Увидел, как поднялось вокруг упавшей капли облачко пыли, медленно оседая на металлически блеснувшей поверхности.

Ненавижу.

Кулак костяшками в пыль, ярость и ненависть клокочут в груди. Поднимаю взгляд.

Главный что-то говорит. Я вижу, как открывается его рот, но медленно, очень медленно. И так же медленно поднимается дуло винтовки, плюёт вспышками выстрелов. На белом платье появляются красные пятна.

Нет. Ненавижу!

В глазах поплыло от нахлынувшего откуда-то красного тумана. Но это не мешало видеть армейский нож, пристёгнутый к бедру убийцы.

- Тсс... Тихо, голубчик, тихо. Не волнуйся, старый доктор здесь, он поможет...

Через красную пелену пробился воркотливый голос. Я не понимал, что он говорит, но голос успокаивал, и красная пелена медленно и неохотно уходила, уступая место ласковым мягким теням.

- Ах, беспокойный ты какой... Потрепало тебя, да ничего, старый доктор тебя подлатает... Спи, голубчик, спи...

Тени густели, пока не слились в непроглядную черноту, поглотившую меня снова.

Темнота исчезла внезапно.

Вспышка.

Яркая ослепительная вспышка выстрела ударила по векам.

Рапистра.

Джунгли. Сочная зелень скользит под ногами, я очень устал. Мне холодно, хочется есть, но еды нет. Я не смог достать плоды случайно найденного дерева гуманги: они росли слишком высоко. Все попытки вскарабкаться по ровному, гладкому стволу потерпели неудачу. Есть что-то другое я опасался. Мать крепко вбила мне в голову, что джунгли Рапистры опасны и не изучены. Вместо еды я пил гнилую воду, собранную в устьях широких листьев неизвестных мне кустарников, и потому бредил.

Я слышал чужие, незнакомые голоса.

- Да, он выходит из комы...

- Как долго?

- Пока не могу сказать... Третья степень... Но у него наблюдаются странные импульсы мозговой активности.

- Бред?

- Не совсем. Это похоже на вспышки воспоминаний.

- Вы сомневаетесь?

- В его случае - да. Уже несколько раз во время таких вспышек отключались приборы.

- Док, хотите сказать...

- Я ничего не хочу сказать, я говорю как есть, Ингвар.

- Я могу показать его Даггер?

- Можешь. Только осторожно. Очень осторожно.

Дождь. По плечам и рукам застучали первые капли дождя. Кожа впитывала их, и вода струилась по венам. Я поднял голову и почувствовал, как медленно падают на меня тугие струи тропического ливня. Они смывали бегущие по щекам слезы.

Мама...

Темнота.

Голоса.

- Даг, прощупай его. По максимуму. Я хочу знать о нём всё.

- Поняла. Шафран Абрамович?

- Леночка, голубушка, мягко. Очень мягко. Он ещё нестабилен...

- А поле?

- Ноль, голубушка. Пока ноль...

Темнота обрела волю. Она скользнула в мою память, но на её пути вдруг возникло нечто.

Плёнка, тонкая непрозрачная плёнка. Я коснулся её, и плёнка ожила, обволакивая меня и втягивая внутрь. Только я.

Темнота осталась снаружи.

Я стоял на краю огромной воронки. Космический шлюп лежал в конце чёрной борозды. Запах раздавленной сочной зелени витал вокруг.

Я вздохнул и перелез через земляной вал.

До шлюпа не так далеко. И я хотел найти там помощь.

Иди...

Внутренний голос снова звал меня.

И я шёл на зов.

Шлюп вблизи оказался ещё удивительнее. Серебристая гладкая капля с двумя лонжеронами и хвостовым двигателем в широкой части. На корпусе - ни царапинки, словно шлюп только что сошёл с конвейера, а не потерпел крушение. На серебристой поверхности ни намёка на шасси, люк или кабину пилота.

Нежели им управляет робот?

Вот невезуха...

Я коснулся обшивки шлюпа и вдруг понял, что за мной наблюдают. Наблюдают изнутри, из темноты. Наблюдатель не может пройти сюда. Но пытается пролистать мою память, как книгу.

- Нет. Неправда. Это ты сам... - чужой голос попытался меня обмануть.

Ложь. Не верю. Не позволю. Вон из моей памяти! Это мой сон! Мой бред! Моя память! Убирайся!

Я разворачиваюсь к плёнке, стеной отделяющей меня от темноты, и выплёскиваю всю ненависть на неведомого наблюдателя.

ВОН!!!

Внезапный грохот, звуки бьющегося стекла и крики разрывают тишину. А ещё я чувствую запах горелой проводки.

21
{"b":"574888","o":1}