ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Мой Чапаев и его Пустота - это тоже Дон Кихот и Ветряные Мельницы.

- Хреновина, - сказал Сори, и добавил: - И знаешь почему?

- Почему?

- Я бы заметил раньше, чем ты сказал, что он бьется не за народное счастье, а за своё собственное.

- Умею ли я играть в такой покер? - спросил Катаев, рассмотрев свои карты, и не найдя на столе открытых для осознания своего положения за этим карточным столом:

- Еще каких-нибудь хороших карт.

- Игра идет в темную, - грозно сказала Тетя.

И ребята, еще не получив личный прикуп, задумались, в надежде разгромить в пух и прах ее новый Лекси:

- А стоит ли? - Несмотря на то, что уже было ясно:

- Лишний Воздух - это только уловка, чтобы уговорить принца потанцевать этот праздничный танец:

- Вместе. - Ибо:

- Так хоть на время, на одну ночь вы можете побыть уважаемым человеком, а не обратите внимания на Этот Воздух - вообще:

- Над вами будут смеяться не только утром, но и всю оставшуюся жизнь.

- В какой валюте мира мы сегодня играем? - спросил Ильф. - У меня только рубли. И даю, значится, сразу сто.

- У тебя сколько? - хотел заглянуть ему - нет, не в глаза - в карты Катаев.

Но Ильф инстинктивно отшатнулся, что позволило Плинтусу увидеть Стрит.

- Сто и двести, - сказал он, а поставил сто долларов, ибо как человек, написавший уже двадцать две серии своего Гарри Поттера, где последняя серия называлась, кажется:

- Он против своего Зятя, - остальные закончили свое жизненное существование - имеется в виду незаконный муж своей первой матери - художник, мечтавший писать, как Пабло Пикассо, пока что не мог ничего сделать, чтобы вырваться из ауры Ван Гога.

И если продолжить то, что когда-то было начато:

- За эти двадцать две, - он получил не как все:

- Конец света, - но на Ламборджини пока что хватало.

А человек, меняющий даже такие тачки каждые два года, а точнее:

- Год, - не может пользоваться одними рублями, ибо должен носить за собой тогда ранец первоклассника ими битком набитый, чтобы сходить даже в кабак, где - бывает, как сегодня - играют в карты вместо того, чтобы танцевать, прямо за обеденным столом.

- Мне сколько сдачи? - добавил Пли, - и потер лоб, - отвык от действий над большими числами.

- Ну, где-то две семерки и два нуля, - сказал Войнич.

- Что это значит? Семь семьсот? Опять, что ли, курс пошел вниз.

- Всегда что-то идет вниз, - не стал с ним спорить Войнич. - Тогда я ставлю столько же. В том смысле, что: триста и семь семьсот дальше. Вот мои сто долларов.

- У меня не хватит, чтобы даже сравнять, - сказала СНС.

- Сейчас не ваша очередь, - сказал Пеле.

- Да? Я знаю, или теперь без очереди и слова нельзя сказать?

- Это вопрос? - спросил Войнич.

- Нет, вы не почувствовали? Это ответ.

- Так-к, мне сто и сто? - сказал Сори.

- Сейчас очередь Монсоро.

- Так не надо спать! - рявкнул Сори.

- Гут, - поддержал его Кот, - получи, мил человек сразу триста. Чтобы почувствовал тяжесть возложенной на тебя ответственности.

- У вас богатые родственники объявились? - спросила СНС.

- К сожалению, не у всех есть родственники, - печально ответил Кот - Монсоро, - тем более очень богатые.

- Откуда тогда деньги, - спросила Тётя, - ограбил Театр Варьете на все вырученные от продажи контрабандных билетов валютные поступления?

- Я не тот, за кого вы меня принимаете.

- А кто ты, Граф Монте-Кристо?

- Хватит болтать! - рявкнул Сори, - твоя очередь, милейший.

- Я дал уже триста долларов.

- Я имел в виду не тебя, а следующего подозреваемого.

- Это ты, мил человек, - сказала СНС, - и изволь вести себя лояльно в лояльном к тебе обществе.

- Я просто хотел разобраться в психологии контингента, который мне предстоит отправить на дно, - ответил Сори, и хотел что-то добавить про Запятые, в которые превращаются люди, едва сев за покерный стол, но решил поберечь свои разработки на будущее.

- Я могу закрыть твои триста? - спросила СНС у Пеле.

- Ты не дал ничего дальше? - удивился Сори.

- Ты тоже, - ответил Пеле, - пока так и идут триста Кота.

- Кота? - удивилась Тетя, - я не вижу здесь никакого Кота.

- Мне это, наверное, показалось - так по привычке, я думал на этом месте сидит Кот.

- Он что-то знает, - сказала Тетя.

- Увидел с Зиккурата своей пирамиды Майя Кота на месте Монсоро.

Некоторые посмеялись. Но на Кота все посмотрели еще по паре раз, ибо:

- Если так - все могут уйти отсюда без штанов - по крайней мере, верхних, и, как говорится, чем он не шутит: вдруг и без нижних, но в верхних, чтобы ужаснулись, но не коллективно, а в одиночестве своей кельи с бронированной камерой.

- Хорошо, - ответила СНС, - у меня есть тысяча, я ее использую сразу.

- Вы ставите под меня тысячу? - спокойно переспросила Тетя.

- Не поставите же вы две? - ахнул Катаев.

- Какая тебе разница, у тебя и одной нет.

- Я займу у Войнича.

21.03.16

Глава 71

- В игре нельзя занимать.

- У тебя три туза, что ли? - спросил Кот.

- Какие еще Три Туза! - ахнул Сори, - мы не в Трынку лепим горбатого, в Покер фигурируем.

- Сколько здесь самое большое? - спросил Катаев, как борец с борьбой.

- Флешь Рояль, - ответил Пеле.

- Это по японской системе, что ли? - спросил Ильф. - Я, например, ничего такого не знал.

- Сколько по-вашему? Три туза?

- Нет пять тузов.

- Мы играем без Дураков, в русской транскрипции: без Джокеров.

- Тем не менее, - обратился Катаев к Войничу: - Сколько вы мне может дать?

- В долг?

- Ну-у, если моей доли в ваших Лауреатских фунтах стерлингов нет - значит, в долг.

- Покажи сколько у тебя? - Войнич перегнулся в сторону стола, а не как это было принято в лучших банях местного самоуправления, где подсмотреть комбинацию могло население:

- Между нами.

- Вы соображаете, что делаете? - спросил грозно Сори.

- А что?

- Здесь не дешевая малина со своими правилами отрицательного вопреки здравому смыслу поведения.

- Ну, ладно, ладно, я пошутил, - бросил Катаев, - я бросил, буду ставить вместе с Принцем Ильфом на его хорошую комбинацию.

- Ты видел? - удивился Ильф.

- Я прочитал это по лицу Пли, он успел заглянуть к тебе за воротник, когда ты отвернулся от меня, как от твоего собрата по войне.

- Какой еще войне, что вы плетете? - удивилась Тетя.

- В войне за счастье Человека, - ответил Илья. - Какая еще может быть война.

- И да: вы оставили тысячу, или добавили еще одну? - обратился Ильф к Тете.

- Ты меня разозлил, - ответила Тетя, - была одна, теперь будет две. У меня деньги есть, только что получила аванс от Евросоюза за распространение там дополнительных Воздушных Средств Поражения Сознания.

- Похоже на ВЦСПС, - сказал Катаев.

- Я так и знала, что ты на это нарвешься, - ответила Тетя, и добавила:

- Ты, Петухов, у меня бесплатно учиться не будешь, хотя - не скрою - есть лица которые хотели заплатить за тебя Гранд.

- Ему пора на кладбище, а вы всё продолжаете:

- Учиться, учиться и учиться.

- Нет, - возразил Катаев - Петухов, - я сказал еще не всю правду, чтобы вот так просто уйти.

143
{"b":"574892","o":1}