ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Ряды, знаю, что Ряды есть не только на рынке, но и в математике. Поедем на Черкизовский.

- Там маслом торгуют?

- Там всем торгуют, это только некоторые думают, что натуральными шубами под лесных барсов, из самой Персии. И что самое главное:

- За треть цены. - Так не бывает

- Но люди верят.

- Потому что они хотят верить в то, что им доступно. Скажи вот, что асфальт натуральный, несмотря на то, что в него входят по полколеса, несмотря на клиренс, как у подводной лодки под Ниагарским Водопадом.

- Там есть к-клирэнс?

- А куда ему деваться, если она не лежит всё время, как рыба об лед - на дне? Ибо, клиренс - это расстояние между вами и вашим же:

- Дном.

- Это я понимаю.

- Если понимаешь, то значит и отсюда нам надо уходить. И знаешь почему? Ты была права:

- Никто не торгует растительным маслом, но, у меня, как говорится:

- Есть мнение, - могут подумать на кокаинум, растворенный в ём, - Тетя щелкнула по четверти, - до жидкообразного состояния.

- Поедем ко мне на дачу, - сказала Мотя, - там все торгуют у дороги, чем попало, значит, можно и маслом.

- У тебя есть дача? - пошутила Тетя.

- Так этот, как его, - тоже пошутила Мотя, - муж получил еще в 91-92, когда давали бесплатно всё, всем, кто хочет.

- Да, - поддержала подругу Тетя, - просто многие боялись и не брали, отказывались.

- Шли в отказ, - как говорят теперь о тех, кто много взял, но утверждают, что:

- Еще не всё.

- От чего тогда они отказываются?

- Так я и говорю: отказываются больше не брать.

Только они встали недалеко от Мотиного с мужем коттеджа - маленького, на 400 метров, не считая подземного бассейна в полу - тогда еще не делали настоящих - в олимпийском стиле. Оно и понятно, у Успенской тыща, а она пальцем о палец не ударила, чтобы, как это пишется и поется:

- Раздать всё лудям. - Пусть им будет хорошо в псарнях и овчарнях на выезде, хотя и:

- Не в Амстердам же всем, - некоторые живут даже просто в Австралии. - Прошу прощенья туда еще не доплыли:

- В благословенной Австрии, конечно, где родился и последний режиссер последнего Джеймса Бонда, переведший его на абсолютно боевиковые рельсы. Нам не попробовать?

- Драться, если не купят? - не поняла Мотя.

- Будем драться, если не дадут продать.

- Так по запарке можно продать не тому, кто этого заслуживает.

- И грохнут не того человека. Но мы - не должны за Них думать. Того - Этого. Как написано:

- В Содом и Гоморру попали не все, кто этого заслуживает. - Остались такие же, в принципе, беспринципные люди.

Одна баушка хотела купить эту четверть масла даже за сто баксов, но Тетя холодно ответила:

- Не продается.

- Че тогда здесь стоять, - и бабка даже замахнулась клюкой на это драгоценное масло, и так бы и снесла ему голову, как конногвардеец Нарумов, одному своему гостю, который не забыл завернуть пароле, но пароле-пе не загнул.

- А потом? - спросила Мотя.

- Потом извинился, мол, нечаянно. Но было, естественно, поздно:

- Графиня после такого начала должна была умереть обязательно, и не позже 25 марта, когда слякоть, ветер и холодно.

- Да, - поддержала подругу Мотя, - вот такая же вероятность и у нас хорошего конца, как у Графини угадать третью карту:

- Никто здесь нас не найдет.

Но бабушка была настырной, попросила показать, как она выразилась:

- Все верительные грамоты.

И так замахала клюкой, что многие решили:

- Это Дартаньян замаскировался.

Тетя вынуждена была защищаться четвертью, как Дартаньян от мадам Бонасье, что и привело к закономерному результату:

- Оба легли в одну кровать.

А в данном случае, как выразился один мудрец, выбиравший неподалеку молодые свежие огурчики и помидорчики:

- Хватит не на одного Ван Гога. - А это значит произошло то, чего так долго все ждали:

- Масло не выдержало и разлилось. - А как говорил Шекспир:

- Запивай подобное подобным: из него вырастет большое поле кукурузы, которое здеся можно использовать за тем же, зачем Вам Гог рисовал подсолнухи:

- Для их размножения вплоть до Японских Морей. - Здесь можно докатиться до ВДНХ.

Ну может в Манеже покажут.

И тут они узнали Н, он чуть улыбнулся, закупил килограмма три огурчиков, которые выбирал, помидор?

- Тоже три?

- Давайте, - вынул гербовую бумагу и передал Моте:

- Покажешь мужу, а то он уже забыл, что:

- Давно обещался провести трамвайную линию к свому дому.

Так-то понятно:

- Зачем?

- Ретро всегда стоит дороже, а значит:

- И нам надо-о.

Заранее никто бы не додумался, что вот именно здесь, среди людей, повсеместно радующихся жизни, так как - в отличии от Других - не отказались в Своё Время от всего им причитающегося, взяли его в свои, так сказать, собственные таежные, как у медведя лапы, и теперь, где что ни проведут:

- А всё рядом:

- З нами. - Вот даже трамвай, казалось бы:

- Зачем? - но ведь всегда лучче посмотреть на Это Дело из окошка, чем быть:

- Нет, не на месте преступления, а:

- На иво месте.

Хотя это не исключено, если на работе оставят после работы для очередной раздачи пензий, и тут как тут:

- Под трамвай, ибо:

- Аннушка уже разлила масло. - Как раз, как назло. Вот так:

- Шестнадцать в доме - пятнадцать на нем:

- Занимаются, однако, жертвоприношением-м.

Как жрецы племени Майя. На Вавилонской Башне.

Медиум:

Но Аннушка сам первая и попала на это кукурузное, как отмечали некоторые свидетели происшествия:

- Масло маде ин Хрущев Никита Сергеевич.

Она поскользнулась, но как хоккеист с большим стажем, никак не могла решиться упасть:

- Как сказал один мужик-шофер одной бабе:

- Не дрягай ногами, - и то в лесу.

И она справилась, только парик закачался и сдвинулся набок, так что миловидное личико Грейс Келли, особенно, когда она:

- С широко закрытыми глазами, - рассказывала о своей любви:

- В позе летчика. - Как все правильно и подумали.

Бац, и выплыла, однако прямо к нижним сорок седьмым лапам сокрушенного своим бесполезным поведением Н.

Но Мишка, бывший тут среди даже не покупателей, а продавцов цветов георгинов, выросших раньше времени - обычно только к первому сентября, когда надо:

- Опять в школу, - где спрашивается, да, учат, но чему? Непонятно. По крайней мере, не совсем.

Понял, что это не кто иная, как референтша, случайно попавшаяся на пути со своей апельсиновой газировкой, которой к тому же, кажется, и не было:

- Заметает следы. - Ибо.

Ибо попросилась жалобным голоском воображалы-сплетницы:

- Отнести ее в какой-нибудь приличный дом.

- Не хочу, - говорит умирать без музыки, - а только под Турецкий Марш Моцарта и Сальери. - Видимо, с детства запомнила их как близнецов-братьев, и теперь ни гу-гу, даже симфонию номер 40:

- Знает, но плохо.

И отнесли ее. Прямо в дом Распределителя:

- Всего, чтобы было нажито и так-то непосильным трудом:

- Всех предшествующих поколений, - имеется в виду, кто превращал всякую ерунду, типа мамонтов:

- В нефть, газ и другие бриллианты местного производства.

Как говорится:

- Подайте на мамонта, - буду всю жизнь кормить его, и редко, как Хемингуэй охоться, и только для того, чтобы потрепать себе нервы, измотанные, кстати:

- Не только алкоголем и красивыми блондинками, но:

- Беспрерывными войнами, которые народы не забывают вести между нами.

9
{"b":"574892","o":1}