ЛитМир - Электронная Библиотека

— Скажи лучше: ЧК обеспечивает скрытую дотацию своим.

— А чем это плохо? Корпорации экономят на рисках и принудительных контрактах, это нельзя поощрять.

— У корпораций — массовое производство!

— Угу, фигни всякой. Много ты узлов используешь в состоянии поставки? А у Кольца есть потенциал развития!

Как я уже сказал, Кольцо Рейда — образец для подражания, спорить о его недостатках практически бесполезно.

Алан подобрал с тарелки последнюю помидорину и ушел, абсолютно равнодушный к проблеме культурной идентичности с метрополией. Вот так строчка, появившаяся в базе данных малоизвестной конторы, для человечества означала еще один шаг на пути к распаду.

Единственным светлым пятном в происходящем было видеопослание с Каванараси (оно стояло третьим в очередности сообщений, сразу после обновления базы ЧК). С экрана на меня смотрели сразу четыре почти не отличимых друг от друга человека в строгих, траурно-черных костюмах и выражением неизбывного отчаяния на лицах. В кадр скользнула хрупкая, как эльф, девочка-подросток с большими, печальными глазами:

— О, господин Хитман, мы так сожалеем, так сожалеем! — дрожащим голосом запела она.

Я вздохнул и перемотал первые две минуты сообщения — у меня тоже есть нервы и они не железные.

— … от имени всей общины! Надеюсь, отсутствие портового сбора и пошлин на ввозимые товары поможет сгладить нанесенный нами ущерб. Мы всегда рады будем принимать вас в нашем доме!

Сертификат, подтверждающий особые условия посещения Каванараси, я, конечно же, сразу зарегистрировал (пусть будет). Надо послать им что-нибудь дружески-ободряющее — в такое время глупо считаться по мелочам. Жалко только, что получить удовольствие от бесплатной стоянки в ближайшее время не получится.

Мне предстояла именно та работа, которую глухо ненавидят все свободные капитаны — бесконечные перелеты межу мелкими поселениями, с жесткими сроками, минимальной выгодой и без возможности случайной подработки. Таким занимаются новички, чтобы наработать рейтинг, а потом найти себе место поприличней, в идеале — долговременный контракт на грузовые перевозки по фиксированному маршруту. А мне такое нравилось: новые места, новые люди. Навигационная практика, опять же. Долгие дни, проводимые в прыжках, меня не угнетали, напротив, появлялось время привести в порядок дела и мысли, умные книжки почитать (я себе список лет на двадцать вперед составил). Нашлось место и для капельки адреналина — семь часов на станции, принадлежащей Пан-Галаксис. Требовать об "Боби Шо" изменить маршрут я не стал (ни к чему посторонним людям знать мои слабости), но от деловых контактов с корпорацией на отрез отказался (это вполне соответствовал духу момента). Риск был иллюзорен — меня прикрывало свежекупленное покровительство "Голден Пис" — фирмы, за небольшой процент готовой признать себя владельцем любой летающей рухляди, если у ее истинных хозяев приличный рейтинг. В портовом регламенте, написанном с прицелом на большие корпоративные суда, от перевозчика требовалось сообщать идентификатор корабля и его владельца, кто конкретно сидит за штурвалом, с точки зрения закона, было не существенно. Чем все и пользовались.

Когда я обсуждал с Аланом "тур по захолустью", то предполагал, что меня зашлют куда-нибудь на далекий фронтир, куда зонды Астроэкспедиционного корпуса не добирались. Ничего подобного! Заполняя компьютер расчетами будущих прыжков, я, с удивлением, обнаруживал, что все эти агаты двадцать, кассандры сорок и даже Делонга-327 находятся иногда в тех же системах, где и вновь осваиваемые кислородные миры. Казалось бы, близость цивилизации, но в рейтинге ЧК такие станции имели метку "временное поселение" и рекомендовались для разовых контрактов, не подразумевающих серьезных вложений. К первой точке маршрута "Стриж" прыгнул с полным трюмом солнечных батарей — самой востребованной продукции Кольца Рейда. Я обменялся с администратором, чрезвычайно довольным выгодной сделкой, электронными подписями, проследил за сменой груза (место батарей заняла какая-то подержанная машинерия) и поймал себя на мысли, что задерживаться на этой станции не хочу. Это требовало осмысления: у человека, пересекающего космос в одиночку, не должно быть неконтролируемых всплесков чего бы то ни было, включая интуицию. Ибо чревато.

Я заставил себя замедлить шаг и выровнять дыхание, оплатить каюту на восемь часов и заказать обед в местном подобии ресторана. Еда имела отчетливые признаки использования сублимированных полуфабрикатов. В ресторане, за такие деньги. Над тарелкой субстанции, один в один копирующей паек курсантов-навигаторов, я, понял, в чем проблема: обстановка до боли напоминала недоброй памяти Селену-5. Потребовалось еще три прыжка, чтобы подтвердить то, что составители рейтинга отразили в цифрах: это тоже было Внеземелье, но ДРУГОЕ.

Различия начинались с мелочей, оседающих в подсознании и заставляющими разум сделать правильный вывод. Во-первых, за пределами зоны прибытия и кабинетов администрации эти станции были абсолютно безличными. На Каванараси, например, невозможно заблудиться, если только не забраться в какой-нибудь технический отсек. Планировки секторов серьезно не отличаются (их всего пять основных типов), но дезориентации не возникает — проектировщики заранее заложили в дизайн значимые для глаза элементы. А вот строители номерных объектов этой проблемой не заморачивались. Интерьеры временных поселений были удручающе однообразны, если только жители, пытаясь избавиться от психологического давления, не начинали исправлять положение сами. Получалось еще хуже: вместо нейтральных символов появлялась собственническая метка "мое" и дискомфорт испытывали уже посетители. Во-вторых, общим являлось отношение к амортизации оборудования: если объекты, важные для жизнеобеспечения, регулярно обслуживались, то все прочее работало на износ (все эти пожелтевшие плафоны и обшарпанные полы). И, наконец, рейтинг ЧК — величина, вычисляемая статистически и независимо. Неужели существует способ оценить его визуально?

На меня напал невыносимый зуд первооткрывателя. Откопав в бортовом компьютере архив со всемирной библиотекой, я надыбал учебников по социальным технологиям и задался целью объяснить явление научно.

Дело точно не в доходах, по крайней мере, не в доходах, исчисляемых деньгами — о том, что на контрактах со вновь осваиваемыми мирами проще заработать, во Внеземелье знают даже дети. И не в доступности предметов обихода — я ни в одном незарегистрированном поселении не встречал такой нищеты, как здесь. Может, местных разоряют налогами? В принципе, плюс Внеземелья именно в том, что тут не надо платить ни за аренду территории, ни за пользование недрами. Вопрос с подоходным налогом решается просто — большинство внеземельщиков не являются гражданами каких-либо планет, страховые выплаты выгодне сделать добровольно (рейтинг наше все!), а торговые пошлины от места обитания не зависят. Для прояснения вопроса я свел шапочное знакомство с парочкой словоохотливых техников, узнал, что оба они — граждане Кронта (да!), и вернутся туда сразу, как только смогут скопить достаточную для открытия собственной мастерской сумму.

Части головоломки сошлись вместе. Я прицельно опросил десяток человек и обнаружил, что все они по завершении контракта собираются куда-то возвращаться, никто не планирует остаться здесь. И внеземельщиков второго поколения тут тоже не было. Да что поколение! Администрация не поощряла деторождение, не создавала для него условий, а кое-где прямо запрещала в контракте. Все правильно — это временные поселения, им не дано стать для кого-то домом. Их вообще не следовало считать Внеземельем, скорее — филиалами планет, призванными накачивать ресурсы в экономику метрополий.

Открытие нового пласта реальности привело меня в состояние, близкое к эйфории, благодаря чему большую часть маршрута я проделал, сохраняя прекрасное настроение и здоровый оптимизм. Последняя остановка перед визитом во владения Пан-Галаксис пришлась на станцию под названием Арсенид-22.

25
{"b":"574935","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
The Power of Now. Сила настоящего
Лоренцо Великолепный
Творожные облака. Нежные пироги и сырники, чудесные начинки, волшебные блюда с творогом и не только
Дневники
Час Быка
Мисс Вареничная. Любимые и необычные вареники, пельмени и кое-что еще
Контрфевраль
Исчезнувшие. Последняя из рода
Свекла лечит. Укрепляем и очищаем организм